Так именно Иоанн имел голову у груди Иисусовой, иначе сказать, возлежал на Его лоне. Пользуясь этим, св. Петр сделал знак св. Иоанну, чтобы тот спросил Господа о предателе. Это показывает, что сам Петр не был столь близко ко Господу, не занимал первого места около Него, с точки зрения тогдашних обычаев (вопреки ложному учению римо-католиков о первенстве Петра). С особым дерзновением, на какое мог решиться только возлюбленный ученик св. Иоанн, припадши совсем близко к груди Иисусовой, тихо вопросил Господа:"Кто есть?" И Иисус отвечал:"Ему же Я, омочив хлеб, подам: и омочив хлеб, дал Иуде". Хлеб на пасхальной вечери обмакивали в особый соус из фиников и смокв. Глава семьи раздавал иногда такие куски в знак своего особого благоволения. И этим, конечно, Господь хотел еще раз пробудить в Иуде чувство покаяния.
Это было ясно только для Иоанна. Другим же апостолам Господь сказал о предателе, как повествуют об этом первые три Евангелиста, в общем выражении:"Опустивший со Мною руку в блюдо, этот Меня предаст". "Горе человеку тому, которым Сын Человеческий предается" - Господь останавливает здесь внимание не на гнусности предательства, но на несчастной судьбе предателя и выражает скорбь о нем."Но иной скажет", говорит св. Златоуст:"Если написано, что Христос так пострадает, то за что осуждается Иуда? Он исполнил то, что написано. Но он делал не с той мыслью, а по злобе. Если ты не будешь смотреть на цель, то и дьявола освободишь от вины. Но нет, нет. И тот, и другой достойны бесчисленных мучений, хотя и спасалась вселенная. Ибо не предательство Иуды сделало нам спасение, но мудрость Христа и величайшее Его помышление, обращающее злодеяния других в нашу пользу. Что же, спросишь ты, если бы Иуда Его не предал, то не предал ли бы кто-нибудь? Если бы все были добры, то не исполнено было бы строительство нашего спасения. – Да не будет. Ибо Сам Премудрый знал, как устроить наше спасение, хотя бы и не случилось предательства. Премудрость Его велика и непостижима. Потому-то, дабы не подумал кто, что Иуда был служителем домостроительства, Иисус называет его несчастнейшим человеком". Тем, что Господь дал Иуде кусок хлеба, Он хотел пробудить в нем раскаяние, но с омраченной душой Искариота произошло совершенно противное:"И после сего куска вошел в него сатана".
Несмотря на предостерегающие слова Господа и на этот жест Его, призывающий к покаянию, Иуда еще больше ожесточился против Господа, как бывает с душами, глубоко погрязшими во зле. Господь, как Сердцеведец, видел, что делается в душе Иуды, но не хотел его обличить явно перед всеми учениками, дабы ученики не предприняли каких-либо насильственных мер против Иуды и не возымели бы тщетной мысли воспрепятствовать Божественному предопределению, а потому сказал лишь ему одному понятные слова:"Что делаешь, делай скорее". -"Делай скорее, что ты задумал" – это властительное приказание Господа, жаждавшего скорее осуществить волю Божью и совершить Свой подвиг Искупителя человечества, и вместе с тем благовидный предлог освободить общество учеников от присутствия Иуды, установить без него, как недостойного, великое таинство Евхаристии и дать ученикам последнее прощальное наставление.
Св. Иоанн утверждает, что никто не понял этих слов Господа, в том числе и сам Иоанн, не подозревавший, что предательство совершится в эту же ночь, а все подумали, что Господь делает Иуде распоряжение о покупке всего требуемого к празднику. Вот это еще новое доказательство, что праздник еще не наступил и что, следовательно, Тайная Вечеря была совершена накануне наступления иудейской Пасхи 13-го Нисана. В самый вечер праздника нельзя было бы ничего купить, нельзя было и нищих найти, чтобы им помочь, ибо тогда все – и богатые и бедные – не выходили из своих домов, празднуя по закону Пасху."Была же ночь, когда изыде", как предполагает бл. Феофилакт, здесь Евангелист, быть может, имеет в виду и ту мысленную ночь, ту духовную тьму, которая покрыла окончательно омраченную сребролюбием душу Иуды-предателя.
Далее св. Иоанн начинает излагать прощальную беседу Господа с учениками, начинающуюся словами:"Ныне прославился Сын Человеческий", которая читается у нас за богослужением в качестве 1-го Евангелия св. страстей в Великий Четверток вечером. Необходимо, однако, предположить, что тотчас же по выходе Иуды Господь сначала установил таинство Евхаристии (о чем повествуют первые три Евангелиста, но умалчивает Иоанн), а потом уже обратился к ученикам с теми словами, которые подробно излагает св. Иоанн, как дополняющий не рассказанное первыми тремя Евангелистами.
Установление таинства Евхаристии (Матфея 26:26-29; Марка 14:22-25 и Луки 22:19-20)
Все три синоптика повествуют об этом приблизительно одинаково. Господь прием, то есть"взял" хлеб и благословив преломил, и, раздавая ученикам, сказал:"Приимите, едите: сие есть Тело Мое". "Хлеб" здесь по-гречески называется"артос", что значит"хлеб поднявшийся", вскисший на дрожжах, в противоположность"аксимон", как называется хлеб пресный, употреблявшийся евреями на Пасху. Надо полагать, что такой хлеб нарочито был приготовлен по повелению Господа для установления нового таинства. Значение этого хлеба в том, что он как бы живой, символизирующий собой жизнь в противоположность пресному хлебу, хлебу мертвому."Благословив","благодарив" указывает на словесное выражение благодарности Богу Отцу, как это было, напр., еще в момент воскрешения Лазаря: просимое было исполнено в самый момент прошения, почему в тот же момент стало предметом благодарения.
Чрезвычайно важно то, что Господь сказал:"Сие есть Тело Мое": Он не сказал"сей", то есть"сей хлеб". а именно сие, потому, что в этот момент хлеб уже перестал быть хлебом, а стал подлинным Телом Христовым, только вид имевшим хлеба. Не сказал Господь:"Сие есть образ Тела Моего, но сие есть Тело Мое" (Златоуст и бл. Феофилакт). Вследствие молитвы Христовой, хлеб принял существо Тела, сохранив только внешний вид хлеба."Поскольку мы слабы", говорит бл. Феофилакт,"и не решились бы есть сырое мясо, особенно человеческую плоть, то нам преподается хлеб, а на самом деле это есть плоть"."Отчего ученики", спрашивает св. Златоуст,"услышав сие, не смутились? Оттого, что Христос прежде много важного говорил им о сем таинстве" (вспомнив Его беседу о хлебе, сходящем с небес, Иоан. 6 гл.). Под"Телом Христовым" разумеется все физическое существо Богочеловека, нераздельно соединенное с Его душой и Божеством. Это же самое существо Богочеловека дается под видом вина, дается не в другой раз, а только для полноты его видимого явления, почему выражение"причаститься под двумя видами" есть совершенно точное выражение – подразумевается: причаститься одной и той же сущности.
Но это не значит, что Тело может заменить собой Кровь и что достаточно причаститься только одного Тела. Если бы это было так, тогда не устанавливал бы Господь причащения именно под двумя видами. А причастив Своих учеников Тела, Он взял, как повествуют все три синоптика, чашу и снова благодарив, то есть молитвенно призвав Духа Отче, прелагающего вино в истинную Кровь Христову, сказал:"Пейте от неё все: сия есть Кровь Моя Нового Завета, за многих изливаемая, во оставление грехов". Не напрасно прибавлено все. Вино нельзя было разделить, как разделен был хлеб, который Сам Господь разломил и разделил между учениками. Чаша была одна и должна была передаваться из рук в руки. Чтобы кто-нибудь не был обнесен или сам не пропустил чаши мимо себя, Христос настоятельно говорит:"Пейте от нее все". Здесь нельзя не видеть обличения для римо-католиков, которые лишили мирян чаши Христовой."Поскольку твердую пищу можно принимать не всем", поясняет бл. Феофилакт:"а только тем, которые имеют совершенный возраст, пить же можно всем, то по этой причине и сказал здесь Христос: пейте все". Опять сказано:"Сия есть Кровь Моя" - не образ только, не символ крови, но истинная и действительная кровь.
Что значит:"Нового Завета?""Как Ветхий Завет", поясняет св. Златоуст,"имел овнов и тельцов, так и Новый Завет имеет Кровь Господню. Этим также Господь показывает, что Он претерпел смерть, почему и упоминает о Завете и вспоминает вместе о первом, поскольку и тот завет был обновлен кровью. Слово"завет" по своему первому значению тождественно со словом"завещание". Завет содержит в себе обетования, а вместе с тем и условия получения этих обетований, в данном случае – соблюдение заповедей Божьих. С этой точки зрения слово завет, может быть объясняемо, как"договор" между Богом и людьми".
