сделал это вовремя. Наталья дома, жива и здорова.
Глава рода открыл ящик в столе и достал оттуда два бокала и бутылку початого виски.
— Будешь?
— Давай, — ответил Иван.
Когда они сделали по глотку, отец спросил у сына.
— Я так понимаю, показаний Натальи не хватило для того чтобы доказать причастность Тулеева к её похищению?
— Нет, — скрепя от злости зубами, ответил Иван. — Самого графа или кого-то из его родственников она не видела. Как ты уже знаешь, я не мог присутствовать, когда Наталью допрашивали на полиграфе. Кроме камеры и лиц гвардейцев она ничего не видела.
— А брошь? Вы же нашли брошь в темнице Тулеева? — спросил Александр.
— В связи с тем, как мы её получили, она не может являться уликой. — Посмотрев отцу в глаза, он продолжил. — В общем, когда я написал рапорт, в котором аргументировал необходимость немедленного задержания графа Тулеева и проведения в отношении его рода следственных мероприятий, мне ответили отказом. По сути, наши доказательства косвенные.
— На, прочти, — сказал Александр, протянув сыну лист с нарисованным гербом императорского рода.
— Что это?
— А ты прочти и всё поймёшь.
Иван взял в руки лист бумаги, на котором был напечатан машинописный текст. Прошло чуть больше минуты, прежде чем Иван, выругавшись, вернул его отцу.
— Вира за противоправные действия его слуг, — чуть ли не выплюнул эти слова Иван.
— Это всё, на что мы можем рассчитывать. Император сказал, что не потерпит, если между нашими родами начнётся война.
— Ты ведь уже всё решил?
— Да, — ответил Александр, и оставил размашистую подпись на бумаге.
Когда Иван вышел от отца, то заметил, что его караулит Наталья.
— Иван, это ведь ты всё узнавал про Селезнева? Ты можешь мне рассказать, что о нём узнал?
Брат тяжело вздохнул.
— Всё, что ты рассказала о нём, подтверждается. Он, как и ты, закончил в этом году школу. Отец умер, когда он был очень маленьким. Ранняя инициация в двенадцать. Участвовал в отражении нападения на Кемерово. В принципе, интересный парень и, если бы он не остался в том мире, я б предложил ему со временем стать слугой нашего рода.
— А что я с ним… — покраснев, она не стала продолжать вопрос, но Иван и так понял, что она хотела сказать.
— Спала? Так ты свободная молодая девушка. И честно, я рад, что твой первый раз был с человеком, к которому ты прониклась теплыми чувствами. Однако я очень надеюсь, что ты не забудешь долг перед родом. Или тебе напомнить о…
— Я всё прекрасно помню, — перебила его сестра.
— Тогда скажи уже, чего ты от меня хочешь? Я узнал, как живут Селезневы. Да, у них были финансовые проблемы, но в настоящее время их смело можно назвать зажиточными. К тому же мать Константина вышла замуж за управляющего гильдией охотников.
— Она вышла замуж, когда пропал Костя? Как она могла праздновать…
— Они просто расписались в ЗАГСе. Свадебное торжество они отменили. У них были непредвиденные обстоятельства, чтобы не откладывать свадьбу… — он сделал паузу, чтобы Наталья сообразила о каких обстоятельствах может идти речь, и заметив, как у сестры вновь заалели уши, продолжил. — Охотники обшаривают окрестности в его поисках. Но сама понимаешь, что найти его шансов у них нет.
— Может им сообщить…
— Нет, — перебил её брат. — Ты уже знаешь, что Тулееву твоё похищение сошло с рук. И если до него дойдёт слух кто помог тебе выжить, то как думаешь он поступит с семьёй Селезнева?
— Может их перевести к нам?
— Наталья, — начиная заводится, сказал Иван. — Забудь его. У него почти нет шансов вернуться обратно. — Он ненадолго замолчал. — Но если он вернётся, то в его же интересах не рассказывать о том, что вы были там вместе.
* * *
— Ты уверен, что не станешь ничего с собой брать? — спросила Селеста.
— Я прислушался к твоему совету. И я лучше вернусь сюда, когда стану сильнее.
Два дня назад три чёрта открыли портал, и в него тут же помчались существа. Что творилось на той стороне я не знал, однако вчера к вечеру через портал вернулся раненый свин. И это могло значить лишь одно. Им смогли дать отпор.
Перед тем как покинуть подземелье, я внимательно изучил местность через сферу. И убедившись, что рядом с порталом остался всего один чёрт и около двадцати жнецов, поспешил к выходу. Для меня открылся самый лучший шанс на возвращение домой.
До места я добежал за полчаса. Портал был открыт очень близко к подземелью Тарри. На пути мне встретились два жнеца, и я не тратя время выстрелил в них из артефактного пистолета. Почувствовав дважды легкую отдачу, я снова ощутил прилив энергии. В этот раз я не стал тратить время на заметание следов, и даже не стал вынимать из существ камни силы, а быстро побежал вперед. Портал был открыт в руинах, и когда я забрался на обросшую мхом каменную крышу какого-то строения, начал искать взглядом чёрта. Жнецы стояли прямо у портала, но вот свинья куда-то спряталась.
Я уже начал думать, что тот перебрался на ту сторону, или вообще свалил, когда снизу услышал хрюканье. В тот момент я подумал, что меня засекли. Однако проходило время, но никто не нападал. Тогда я медленно, стараясь не издавать ни единого звука, подкрался к краю крыши, и посмотрел вниз.
В нос тут же ударил отвратительный запах, и я понял, что этот чёрт ГАДИТ! Эта сука буквально гадит подо мной!
«Ну, лови фашист гранату!» — разогнув на двух гранатах усики, я одновременно выдернул чеки и кинул их чёрту.
Думаю, свин даже не понял, как умер. Однако вместе со взрывами крыша, на которой я лежал, начала обрушиваться. До земли было метра три, максимум четыре, и я просто спрыгнул вниз.
В мою сторону сразу же ломанулись жнецы, но смысла прятаться больше не было, и я просто вжал курок автомата, расстреливая жнецов одного за другим. И артефактные пули не давали им шансов на выживание.
Немного подумав я вернулся к чёрту. Сволочь обмазался весь в своём дерьме и, судя по вздымающейся грудной клетке, был ещё жив. Достав нож, я вскрыл ему горло, и с радостью вытащил оттуда красный камень. И поменяв
