и больше, и если бы с ним не было пищи, то бы ему непременно надлежало умереть с голоду, потому что на оных горах никакого произрастания не находилось. Между тем спустился он в одну долину с горы и услышал тамо происходящий ужасный рев и вой. Он несколько остановился, вникая более, от чего бы оный происходил, но как начал озираться на все стороны с великим опасением и страхом, думая, не Ног ли птица летит за ним вслед, то вдруг увидел льва с драконом-змеем, сильно бьющихся между собою. Брунцвик-королевич, увидя сие, несколько пришел в самого себя и, остановясь, рассуждал, за которую сторону ему вступиться. Напоследок заблагорассудил принять сторону льва и, нимало не медля, обнажив свой меч, вступил в бой со змеем, у которого было двадцать голов и изо всякой головы исходило пламя. Лев, видя, что Брунцвик-королевич пришел к нему на помощь, упал на землю немного отдохнуть, потому что змей уже начал было льва одолевать. В то самое время, как лев отдыхал, Брунцвик срубил змею шесть голов и от нестерпимого пламени приходил в изнеможение и бессилие. Лев, приметя, что королевич ослабевает, вскочил со своего места с яростью и, разорвав змея на многие части, размешал его. Потом, подошед к королевичу, положил ему свою голову на колени, чрез что свидетельствовал свою благодарность за его помощь. Королевич ласкал льва к себе, который также и сам к нему ласкался. После сего Брунцвик-королевич пошел искать пути, как бы выйти из сих мест, в чем ему последовал и лев, не отставая от него ни на шаг.
Долгое время бродили они по горам и лесам, как в один день королевич взошел на высокую гору и взлез на дерево, с которого во все стороны смотрел, не увидит ли какого города или государства. К счастью своему, увидел он море и город в недальном расстоянии. Он, сошед с дерева и с высокой той горы, пошел прямо по той дороге, которая лежала к виденному им городу. Чрез несколько дней достиг благополучно оного города и весьма удивлялся крепкому оного зданию и великолепию. Подходя к сему городу, рассуждал сам с собою королевич так: «Хотя худо, хотя хорошо со мною случиться может, однако я пойду в сей город для того, что с голода умереть в оном не могу».
Но как только взошел он в тот город, то чрезвычайным объят был страхом от того, что добровольно попался в руки к чудовищам, ибо он увидел короля, у которого и спереди и сзади были глаза, на руках и на ногах по осьмнадцати острых когтей. Окружающие же его придворные были собою зверообразны и страшны: иной с рогами, другой о многих головах, у иного собачья голова, и прочие, сим подобные. Видя сие, Брунцвик хотел возвратиться назад, но Амбриус, король сего государства, закричал страшным голосом на Брунцвика: «Как ты осмеливаешься, дерзкий, возвращаться из сего города без моего позволения?» Брунцвик остановился и не знал, что делать. Король, приметя его страх, несколько поласковее начал с ним говорить: «Брунцвик! Мне имя твое известно, но я не знаю только, зачем ты сюда пришел. Скажи, пожалуй[ста], мне, волею ты пришел или неволею?» — «Милостивый государь! — отвечал Брунцвик. — Я по воле выехал из своего королевства для странствования и получения себе славы, но претерпевать таковое несчастие осужден по неволе». — «Я уведомляю тебя, — подхватил король Амбрус, — что ты из областей моего королевства никогда не выйдешь, и я имею немалую нужду в твоей храбрости. Когда же ты оставил свое отечество для приобретения себе славы, то ты в сем обманулся, ибо с сего времени я не отпущу тебя из своих областей, и ты остатки жизни своей проводить будешь у меня в неволе». Таковые слова Брунцвика-королевича привели в несказанную печаль и уныние, и столько он сделался бесчувственен, что никакого не мог на сие дать королю ответа.
Король Амбриус, приметя отчаяние Брунцвика, сказал ему: «Слушай, королевич, если ты хочешь видеть свое отечество, то я отпущу тебя из своих областей и пропущу сквозь железные вороты, которые мне принадлежат, и от меня зависит, кого пропустить и кого нет, только ты мне сослужи верную службу: достань мою любимою дочь Африку, похищенную драконом, который живет в городе Острове, и оный стоит на пустом море, расстоянием от моего королевства на триста миль. И когда ты оную службу мне сослужить не отречешься, то я даю тебе верное слово королевское, что здесь тебя держать не буду». Брунцвик, услыша такое обещание короля, весьма сему обрадовался и уверял Амбриуса, что все возможное употребит старание возвратить похищенную драконом его дочь. На третий день приказал он изготовить для себя корабль; и как оный привалил к берегу, то он, взяв с собою довольное количество съестного запаса, сел со львом в корабль и поехал прямо к городу Острову.
Сей город был весьма прекрасен, и королевич по приезде своем к оному весьма удивлялся его великолепию и огромности; потом корабль свой оставил у пристани, а сам со львом пошел прямо к городу. И когда пришел к первым воротам того города, то увидел у ворот двух весьма ужасных зверей, прикованных на серебряных цепях и стерегущих ворота того города. Оные звери назывались Менендрусами, кои имели головы человеческие, стан лошадиный, а хвост свиной. Лишь только они увидели подходящего к воротам Брунцвика-королевича, то устремились его растерзать, от сильного же их движения потрясся весь город. Брунцвик-королевич, не щадя нимало своей жизни, с удивительною отважностью подходил к воротам и, вынув свой меч-кладенец, начал биться с теми зверями. Лев, видя, что королевич изнемогает, с великою яростию бросился на одного зверя и в ту ж самую минуту растерзал его в мелкие части, что потом учинил и с другим. И таким образом прошли все ворота до самого города. Как взошли внутрь города, то Брунцвик-королевич удивлялся приятности оного. Напоследок шел он далее и, пришед на королевский двор, взошел прямо в палаты, в которых увидел Африку, дочь короля Амбриуса. Она была собою весьма прекрасна, но только обезображивало ее то, что она вместо ног имела два хобота змеиные. Африка-королевна, увидя Брунцвика, спросила его о имени и о причине, для которой он пришел в сей город; по сем, не дожидаясь от него ответа, спрашивала у него, каким образом он мог пройти в сей город. Брунцвик-королевич, объявя Африке о своем имени, потом сказал, что «родитель твой, король Амбрус, послал меня
