В Москве они образовали с бывшим киномехаником и с бывшим унтер-офицером коммуну. Как и в корпусе, честь и чувство товарищества — высоко, с мучительной страстью — держал Борис Эрлих… Оттого ли, что раса его так долго лишена была лучшего из человеческих свойств — дружбы в поле битвы, в бою, — Борис испытывал потребность, голод к дружбе и товариществу. [И чувство это было] так болезненно, что в этом отношении его к дружбе можно было заметить болезненную горячность. И в этой горячности и рыцарственности и самопожертвовании было то [облагораживающее], что делало всегда конуру Бориса клубом «красных комиссаров».
Клуб этот пышно расцвел, когда к столу вместо колбасы МСПО и водки стала подаваться фаршированная рыба — в форме которой вся история проперченного этого народа. Вместо жестяного чайника появился самовар, привезенный из Кременца, и чай разливала старушечья успокоительная рука. Много лет Алексей Селиванов и его бригадные командиры не видели старушки за самоваром. Эта перемена была им приятна. Как-никак — а лучше говорится о победе социализма, когда запиваешь эту надежду чаем…
Старой Эстер нашлось место в столице СССР. Старуха была кротка и боязлива и тиха как мышь, а в фаршированной рыбе чувствовалась истинная с большим перцем страсть.
Поначалу из-за этой рыбы на [Остоженке] сгустились тучи. [Дело в том, что] жилица-профессорша [соседка] сказала в кухне, что, благодарение богу, квартира совершенно провонялась. И действительно — с переездом Эрлихов душок чесноку, жареного луку [ощущался] уже в передней…
<На этом рукопись обрывается.>
Комментарии
Работа над рассказом*
Впервые: Смена, 1934, № 6, подзаголовок: Из беседы с начинающими писателями.
Возьмите Горького… Кто помнит его рассказ «Едут»? — Речь идет о рассказе из цикла «По Руси» (1913). Этот четырехстраничный текст по объему, теме, изобразительной динамике близок бабелевской поэтике.
Эренбург Илья Григорьевич (1891–1967) — советский писатель, позднее — автор воспоминаний о Бабеле и предисловий к его сборникам.
…в кацавейке Баранцевича, Рышкова или Потапенко. — Баранцевич Казимир Станиславович (1851–1927), Рышков В. А. (1862–1924), Потапенко Игнатий Николаевич (1856–1929) — писатели-бытовики, натуралистически изображавшие русскую жизнь рубежа веков — отсюда и метафорическая «кацавейка».
Речь на Первом всесоюзном съезде советских писателей*
Впервые: Литературная газета, 1934, 24 августа, заглавие: Содействовать победе большевистского вкуса.
Полный текст с авторской правкой: Правда, 1934, № 234, 25 августа, заглавие: Пошлость — вот враг! Речь т. Бабеля.
Печатается по: Первый всесоюзный съезд советский писателей. 1934. Стенографический отчет. М., 1934. С. 278–280.
Бабель произносил речь на одиннадцатом, вечернем, заседании 23 августа 1934 г., на нем выступали также Ф. Панферов, Б. Ясенский, В. Вишневский, Ю. Либединский, Андрэ Мальро и др.
…статьи Горького о языке… — в статьях 1930-х гг. Горький выступал за чистоту литературной речи, боролся с неумеренным употреблением диалектов и жаргона.
И ведь дошло уже до того, что объекты любви начинают протестовать, вот как Горький вчера. — Имеется в виду реплика Горького на девятом, вечернем, заседании 22 августа 1934 г.: «Мне кажется, что здесь чрезмерно произносится имя Горького с добавлением измерительных эпитетов: великий, высокий, длинный и т. д. <…> Говоря фигурально, все мы здесь, невзирая на резкие различия возрастов, — дети одной и той же очень молодой матери — всесоюзной советской литературы» (Первый всесоюзный съезд советский писателей. 1934. Стенографический отчет. С. 225).
…посмотрите, как Сталин кует свою речь, как кованны его немногочисленные слова, какой полны мускулатуры. — Бабелевское сравнение неожиданно перекликается с одним из вариантов несколькими месяцами ранее (ноябрь 1933) написанного стихотворения О. Мандельштама «Мы живем, под собою не чуя страны…», посвященного тому же «кремлевскому горцу»: «Как подкову, кует за указом указ — Кому в пах, кому в лоб, кому в бровь, кому в глаз…»
Если сказать словами Зощенко, это получается форменная труба. — Зощенко Михаил Михайлович (1895–1958) — советский писатель, с которым не раз сравнивали Бабеля; выражение «форменная труба» встречается в рассказах «Отхожий промысел» (1924) и «Муж» (1925).
Вслед за Горьким мне хочется сказать, что на нашем знамени должны быть написаны слова Соболева, что все нам дано партией и правительством и отнято только одно право — плохо писать. — Соболев Леонид Сергеевич (1898–1971) — советский писатель; на восьмом, утреннем, заседании съезда 22 августа 1934 г. начал свою речь со слов: «Партия и правительство дали советскому писателю решительно все. Они отняли у него только одно — право писать плохо» (Первый всесоюзный съезд советских писателей. 1934. Стенографический отчет. С. 203–204). Эти слова вспоминал Горький в упомянутой выше реплике.
Старый Шлойме*
Впервые: Огни (Киев), 1913, № 6, 9 февраля.
Элья Исаакович и Маргарита Прокофьевна*
Впервые: Летопись (Петроград), 1916. № 11.
Ему было объявлено, что если не выедет он из Орла с первым поездом, то будет отправлен по этапу. — В царской России постоянное проживание евреев допускалось в так называемой черте оседлости, за пределами больших городов (главным образом — в западных и южных губерниях). Исключения делались лишь для лиц с высшим образованием, людей некоторых «свободных» профессий, купцов первой гильдии. Герой рассказа, мелкий торговец, к ним не относится, поэтому ему и грозит высылка.
Мама, Римма и Алла*
Впервые: Летопись (Петроград), 1916. № 11.
Мировой судья — служащий мирового суда, рассматривающий мелкие уголовные и гражданские дела
Домашняя щегольская серая куртка с брандебурами — куртка с короткими рукавами, застегивающаяся на пуговицы.
Девять*
Впервые: Журнал журналов, 1916, № 49, цикл: Мои листки, подпись: Баб-Эль.
…не признает новой литературы, ни, знаете, Андреева, ни Нагродскую… — Андреев Леонид Николаевич (1871–1919), Нагродская Евдокия Аполлоновна (1866–1930) — представители «новой литературы», относившиеся в 1910-е гг. к разным культурным этажам; первый воспринимался как серьезный модернист, вторая — как автор для массового читателя, эксплуатирующий модную тему «свободной любви»; в сопоставлении этих писателей есть несомненная ирония.
Агасфер (Вечный жид) — герой средневековой легенды, еврей, осужденный Богом на вечную жизнь и скитания.
…погибла Иудея… — речь идет об Иудейском царстве, древнем еврейском государстве в Южной Палестине (ок. 928–586 до н. э.), которое в 587 г. было завоевано вавилонянами.
Вдохновение*
Впервые: Журнал журналов, 1917, № 7, рубрика: Мои листки, подпись: Баб-Эль.
Doudou*
Впервые: Свободные мысли, 1917, 13 марта, рубрика: Мои листки.
В щелочку*
Впервые: Журнал журналов, 1917, № 16, рубрика: Мои листки, подзаголовок: рассказ И. Бабеля.
Повторно: Силуэты (Одесса), 1923, № 12, рубрика: из книги «Офорты».
Авторская датировка: 1915.
В примечании указывалось, что рассказ «В щелочку» царская цензура вырезала из ноябрьской книжки журнала «Летопись» за 1916 г.
Печатается по: Перевал. Сб. 6. М.; Л., 1928.
Шабос-нахаму*
Впервые: Вечерняя звезда (Петроград), 1918, 16 марта.
Шабос-Нахаму — еврейский религиозный праздник, суббота утешения.
Кугель с изюмом — сладкое блюдо из лапши с яйцами, напоминающее пудинг или запеканку.
Гершеле Острополлер — герой цикла популярных еврейских анекдотов, остряк и пройдоха.
…рождалось больше планов, чем у царя Соломона насчитывалось жен. — Соломон — царь Израильско — Иудейского царства (965–928 до н. э.), величайший мудрец, которому приписывается авторство нескольких книг Библии; в его гареме, согласно преданию, насчитывалось 700 жен и 300 наложниц.
На станции*
Впервые: Эра (Петроград), 1918, № 6, 13 июля.
Повторно: Русская мысль, 1996, № 4113. Публикация А. Ю. Галушкина.
Печатается по: Вестник, 1999, № 16, 3 августа. Публикация К. П. (электронный вариант).
«Набросок с натуры» был опубликован в газете-однодневке, выходившей всего неделю (8–17 июля) вместо закрытых большевиками «Эха», «Петербургского эха» и «Молвы». По проблематике и стилю он примыкает к циклу петербургских очерков, публиковавшихся писателем в газете «Новая жизнь» (см. т. 1). Однако время и место действия («Было это года два тому назад на забытой Богом станции, неподалеку от Пензы») не совпадает с маршрутами бабелевских скитаний. Возможно, это уже полноценная бабелевская новелла (центральный мотив внезапного обнаружения мертвеца напоминает экспозицию «Конармии» — «Переход через Збруч»), замаскированная под физиологический этюд.
