Его слова вызвали у нее улыбку. Может, это вовсе не любовь, а просто сильное физическое влечение? Но возможно, этого вполне достаточно. Ведь, так или иначе, когда-нибудь все закончится, и чувства ее, вероятно, останутся в прошлом. Жизнь неизбежно возвращается в нормальное русло. Однако Виктория была далеко не уверена, что ей этого хочется.
– Чепс, не смей так смотреть на меня. Если не перестанешь, я брошу тебя в воду прямо в твоей амуниции. С Красным Герцогом ты выглядела куда счастливее, чем сейчас со мной.
Виктория тряхнула головой, отбрасывая прочь меланхоличное настроение. Сейчас у нее не было другого желания, кроме как испытать минуты блаженства. Корд делал ее счастливой, и она собиралась доставить себе наслаждение, а дальше будь что будет.
– А если ты снимешь с меня одежду, все равно сбросишь в воду? – с хитрой улыбкой спросила Виктория.
Корд отодвинул в сторону то, что осталось несъеденным, и сжал ее в объятиях.
– Ты не представляешь, как я соскучился. Я просто сгораю от страсти.
Он вытащил шпильки из ее волос, запустил пальцы в свободно упавший поток и запрокинул ей голову назад, обратив к себе лицом. Он покрывал ее поцелуями от подбородка до глаз. Потом припал жарким ртом к ее устам. Когда он стал продвигать язык глубже, она застонала. Вторгшееся в нее острое жало возбуждало ее, все настойчивее требуя отклика, пока не добилось своего. Она протолкнулась языком в глубь настойчивого рта.
Пока Корд целовал ее, его рука расстегивала на ней рубашку. Затем он рывком сдернул ее, открыв прикрытую сорочкой грудь. Сжал ее ладонями и начал поглаживать, отчего сам с каждой секундой распалялся все больше и больше.
– Чепс, мне безумно не хватало тебя! И я так беспокоился за тебя, что временами делалось просто дурно. Я не хочу, чтобы повторилось что-то подобное. Довольно того, что было.
После этого он поставил Викторию на ноги и принялся раздевать. Когда она стояла перед ним обнаженная, он притих и долго смотрел на ее тело под лунным светом, словно хотел навсегда запечатлеть его в памяти.
– Если б ты была хоть чуть-чуть красивее, я бы, наверное, засомневался, что ты существуешь на самом деле. – Корд потрогал два розовых бутона и подождал, пока они затвердеют. – А если б ты была еще более страстной, я бы подумал, что все это мне пригрезилось. И хотя я знаю, что ты есть, иногда мне кажется, что я живу скорее в выдуманном, нежели в подлинном мире. А все потому, что ты так внезапно вошла в мою жизнь и полностью ее перевернула.
– Корд, я могу сказать, что ты сделал со мной то же самое.
Виктория расстегнула его рубаху, распахнула ее и пробежала пальцами по темным завиткам. Прикосновение к его обнаженной груди доставляло ей огромное удовольствие. Когда он судорожно глотнул воздух, она поняла, что он испытывает те же ощущения.
– Довольно, – севшим голосом сказал Корд. Он рывком стащил с себя сапоги и джинсы, подхватил ее на руки и, прошагав к водоему, бросил ее в воду. – Я никогда не забываю своих обещаний.
Виктория почти мгновенно вынырнула на поверхность. Струи стекали по ее лицу. Фыркая и отплевывалась, она откинула назад волосы. Перебирая ногами, чтобы оставаться в вертикальном положении, она разгневанно смотрела на Корда.
– Это нечестно!
– Все честно, – засмеялся он. – Я тебе заранее сказал.
– А ну-ка плыви сюда! Сейчас мы выясним, кто что сказал.
Корд в красивом прыжке рассек воду и вынырнул рядом с ней.
– Я тут, – сказал он, обхватывая ее за талию. – Так что будем выяснять?
– А вот это.
Она быстро положила руку ему на макушку и с силой толкнула вниз, а сама поплыла к берегу.
Однако уплыть далеко ей не удалось. Корд быстро поймал ее и притянул к себе. Ее грудь оказалась против его груди. Они находились так близко, что чувствовали тепло друг друга. Корд осыпал ее лицо поцелуями, пропуская пальцы сквозь длинные волосы.
Наконец он оторвался от нее и поднял голову.
– Нимфа, ты соблазняешь меня, чтобы увлечь в пучину. Ты знаешь зазывные песни сирен?
– Пойдем, ковбой, – протяжным голосом искушала его Виктория, – плыви за мной.
Она развернулась к берегу и потащила его за собой. Когда ее рука коснулась грунта, она, нащупав опору, притянула Корда к себе. Тем временем ее свободная рука пробежала по тугим мышцам его спины и опустилась к ягодицам. Налившееся крепостью мужское естество всей длиной вторглось к ней между бедер, исторгнув из нее сладкий вздох. Она придвинулась ближе и застонала.
– Чепс, мы так долго не были вместе, – посетовал Корд, гладя ее по спине и подтягивая за бедра к себе. – Ты так нужна мне.
– Не больше, чем ты мне. Давай же, Корд.
– Меня не нужно просить дважды. Вот только помогу тебе вылезти из воды.
– Нет. Здесь и сейчас. Я не могу ждать.
Виктория уперлась обеими руками в дно и откинулась назад, предлагая себя ему. Она чувствовала, как он гладил ее тело, сначала плечи, потом грудь, пока из нее снова не вырвался стон.
– Это и есть моя песнь сирены.
– Тогда я буду считать наши любовные игры самым благословенным делом, потому что я могу до бесконечности слушать эти звуки. Я готов не видеть и не чувствовать ничего, кроме тебя, Чепс. И другого пути я не желаю.
– Возьми меня. Сейчас.
Она запрокинула голову, когда он обхватил ее за бедра и слегка приподнял. Затем ощутила его в преддверии своей плоти. Тело напряглось от желания и прихлынувшего тепла, возбуждающего и готовящего к дальнейшему наслаждению. Когда он полностью протолкнулся вглубь, она, застонав, обратила глаза к небу. И увидела луну, вместе с сияющими звездами омывающую серебряным светом их тела. Затем перевела взгляд на Корда. Его темные глаза загорелись страстью, когда он начал двигаться внутри ее. Он был такой горячий по сравнению с прохладной водой вокруг них.
Он наклонил голову и, прежде чем глубоко погрузиться языком в ее рот, слегка прикоснулся к губам. Одновременно его ладони накрыли ее руки, переплетясь с ее пальцами. Она обвила ногами его бедра и оставалась в таком положении, пока он ужесточал и ускорял движения, приближающие их обоих к пику блаженства.
Вцепившись друг в друга, они качались на волнах страсти. И чем больше сближались их тела, тем прочнее сливались души. Втянутые в этот бешеный танец, неподвластный времени, оба не хотели его окончания, несмотря на отчаянное стремление к завершенности.
Наконец Виктория со стоном прервала их долгий поцелуй.
– Корд, скорее. Ну пожалуйста.
– Сейчас, – прохрипел он, двигаясь еще напористее и быстрее, упиваясь захватившим их безумным желанием.
После нескольких сильных рывков настал момент наивысшего удовлетворения. Прильнувшие друг к другу тела замерли в неподвижности и в совершенном единстве воспарили ввысь, прежде чем снова возвратиться на землю.
