сила. Цейтнот же, следуя в русле избранного сравнения, – вещь ужасная. Из-за опоздания маршала Груши Наполеон проиграл Ватерлоо. Из-за дефицита времени великие шахматисты терпели поражения в заведомо выигрышных окончаниях. Из-за спешки, бывало, мужчины упускали единственный шанс, подаренный им желанными женщинами, отчего кусали локти и иные, обычно недостижимые места, до конца дней своих.
Топтыжный также убедился в этом, когда в восемь ноль-ноль готовился выйти из номера ведомственной спецгостиницы в Архангельске и убыть на космодром Плесецка. К нему постучался Евгений Говоров и почти с порога, едва-едва прикрыв за собой дверь, огорошил:
– Иван Сергеевич! Павлов летит утренним рейсом!
– Чего-о! – порвал шнурок на туфле полковник. – А дневной?
– Вот. Он переиграл…
– Кто сказал?
– Что, кто сказал? – глуповато переспросил Евгений.
– Ч-чёрт!…Кто сказал, что он переиграл? – нервничая, зло переспросил Топтыжный.
– А-а-а…Наш источник в группе Павлова вышел на связь. Билеты уже переоформлены. Это подтвердил и начальник
космодрома. Сам Павлов выехал на космодром.
– А что «куклы»?
– Места им внезапно туристы из «Британского Консультатива».
– Во сколько утренний рейс?
– В десять тридцать. Дежурный вертолёт ждёт…
Майор не закончил фразу, оборванную новым стуком в дверь. В тамбур номера втиснулся начальник управления КГБ по Архангельской области Игорь Ладыгин.
– Разрешите доложить, – обратился он к столичному эмиссару. – Донесение, не терпящее отлагательства.
– Докладывайте.
– Боббик уже на подходе к космодрому, а Уоттл выезжает туда из трансагентства «Аэрокосм».
– Та-ак, спецподразделения поднять по тревоге, дежурные службы космодрома привести в состояние готовности на случай ЧП, – распорядился Топтыжный.
До космодрома оперативная группа добиралась вертолётом, весомо опережая Уоттла. По радиосвязи Топтыжный отдал распоряжение начальнику космодрома о готовности в случае особого указания придержать старт «Бурана» с туристами под каким-то благовидным предлогом. Теперь, когда опасная развязка была отсрочена, возникла пауза для относительно спокойного анализа кризисной ситуации. В отсутствие спешки полковника и озарило небезынтересное предположение. Взглянув на Говорова, он понял, что и у того, что называется, проклюнулась аналогичная догадка.
– Никак, Женя, о чём-то хочешь спросить? – опередил он сослуживца.
– Угу, – от неожиданности, чуть приподнял брови тот.
– Давай.
– Вас не удивляет…кгм…согласованность в действиях группы Павлова и американских марионеток? Первые круто меняют планы, и вторые – шаг в шаг за ними. Удивительное совпадение.
– Для меня оно уже не удивительное.
– Вы полагаете…
– Полагаю…
– То бишь, есть танцмейстер, под дудочку которого пляшут и те, и другие?
– Абсолютно верно. А далее?
– А далее, – воодушевляясь, «по-пацански» шмыгнул носом майор, – если наш источник в команде Павлова вычислит, кто подбил спикера на утренний рейс, тот и работает на скунсов. Тот и есть крот.
– Молодец, – словесно поощрил его руководитель. – А далее?
– Пока…всё…, – смущённо признался Говоров.
– А я тебе так скажу, – вплотную наклонился к его уху Топтыжный, – что танцмейстер не кто иной, как сам Ликвидатор.
– Ликвидатор?! Да ну…На Павлова-то у него какие каналы воздействия?
– Да через того же крота, – усмехнулся Иван Сергеевич. – Вот скажи, Евгений, мы выводим из игры нашего информатора в группе Павлова?
– Н-нет.
– А почему не выводим? Ведь он же полетит в «Буране», который, предполагается, пойдёт на таран?
– Хэ! – возразил ему заместитель. – Мы же не допустим диверсии.
– Но наш-то осведомитель о том не знает.
– Н-да, – почесал затылок Евгений.
– И крот от полёта не отказался. Ведь сведений, что крысы побежали с корабля Павлова, у нас нет?
– Нет.
– Следовательно, и крот, и Павлов в равной мере про теракт не в
курсе. Крот – второстепенный фигурант, которым крутит командир
кукол.
– Резонно, – согласился Говоров.
– Крот явно используется втёмную, – размеренно продолжал Топтыжный. – Скорее всего, Ликвидатор для него – незримый начальник. Отсюда единственно верный вывод: кроту провернуть акцию со сменой билетов приказал Ликвидатор. Мотивы? Да какие угодно, но правдоподобные. К примеру, за Павловым «хвост».
– Значит…, – произнёс майор.
Диалог превал Ладыгин, в шлемофоне выглянув из кабины пилотов.
– Разрешите доложить?
– Валяй, – кивнул ему полковник.
– Наши спецы сообщают, что обнаружили волну, на которой держит связь агент Уоттл с Ликвидатором.
– Так.
– Сигналы зашифрованы.
– Что с дешифровкой?
– Криптографы говорят, что степень кодированности исключительно высока. Понадобится до получаса.
– Зараза! – выругался Топтыжный. – Это, несомненно, кукловод дёргает марионеток за верёвочки. Кстати, где Уоттл? – осведомился он, глядя через иллюминатор и по манёвру вертолёта определив, что машина заходит на посадку.
– Уоттл будет на космодроме минут через сорок.
5
Оперативный штаб заседал в кабинете начальника космодрома. Все дежурные и спецслужбы были приведены в состояние чрезвычайной готовности на случай происшествия. Вот только конкретных команд им не поступало. Не поступало потому, что руководящий орган лихорадочно искал выход из тупика. Силовики перебрали массу предложений, но все их сами же отвергли за явной негодностью.
Параллельно члены штаба заворожено взирали на голограф. На экран телеприёмника через спутниковую систему транслировалось движение с трассы «Архангельск-Плесецк-Космодром». Именно по ней мчалось такси с Дуайтом Уоттлом.
– …если неприемлем физический захват кукол, то, давайте, поручим дорожному патрулю остановить такси, якобы, для проверки, – горячился Ладыгин. – Шофёра ведут на освидетельствование на предмет опьянения, а террориста мы подрываем к чёртовой матери! – продолжал он, бросая хищные взоры на экран. – Через полчаса будет поздно – в скоплении людей его не подорвёшь.
– Велик риск для жизни шофёра, – резонно опроверг его предложение Говоров. – И главное, после подрыва Уоттла мы опять возвращаемся на исходную: Ликвидатор и третий клон не выявлены, Боббик не обезврежен. Возможность совершения им теракта не исключена – ведь он же получит сигнал в случае ликвидации Уоттла.
– Давайте вообще отменим рейс, – проявил инициативу заместитель Ладыгина Хуртаев, сидевший поодаль от стола.
– Ну, отменим, а дальше? – возразил Говоров. – Запретить полёты навсегда? Остановить технический прогресс? А обоснование? Полумифические куклы? Представьте себе, как разорётся тот же Павлов! А какой разгорится международный скандал? Да и диверсанты по команде Ликвидатора залягут на дно.
– А если мы убьём британского подданного Уоттла, международный скандал не разгорится? – укрощая бурный темперамент, вдруг тихо-тихо проговорил Ладыгин. – Ликвидируем без единого доказательства, что он – террорист…Что он клон…
И чекисты разом замолчали, дружно повернув головы в сторону Топтыжного.
– Надо добыть доказательства, – внушительно проговорил Иван Сергеевич. – Сеанс связи между Ликвидатором и Уоттлом у нас зафиксирован. Да, пускай понадобится время на дешифровку, но результат будет. Стало быть, Уоттла можно убирать, так сказать, брутальным способом. И Боббика убирать. Синхронно с Уоттлом. Но за тем немаловажным исключением, что от Боббика следует
избавиться так, чтобы не допустить взрыва, и чтобы сохранить доказательства, что это биоробот. Значит, должны уцелеть и биопроцессор в башке Боббика, и суперзаряды в теле. Сделаем это, никакая Великобритания и не пикнет.
– Легко сказать, – тише прежнего вымолвил Ладыгин, – а как исполнить?
И оперативный штаб в полном составе выжидательно уставился на своего лидера.
– Творец этих зомби говорил, что идеальный способ – остановка кукол по программе, либо отключение их мозга по единой команде, – взвешенно проговорил Иван Сергеевич, сбивая ажиотаж безмолвия. – Такая операция не в нашей власти. Посему, майор, – повернулся он к Говорову, – запасной вариант «Капитация» дополняем предложением Ладыгина о подключении к операции дорожного патруля. Действуем следующим образом…
6
Дальнейший ход событий развивался по сценарию, спланированному Топтыжным. Космических туристов, отправляющихся первым рейсом
