был одновременно разозлён и обеспокоен. И это при крайне скудной мимике стревлогов, по крайней мере, на обычный человеческий взгляд.
А вот Сареф удостоился внимания большего, чем все его спутники, вместе взятые. Оба главы клана поприветствовали его, выразили благодарность за доверие присутствовать здесь, и пожелали ему удачи во все его начинаниях. Сареф, не растерявший своих навыков кланового этикета, вежливо поблагодарил глав за гостеприимство, отметил, что Вильгельм не раз очень помог ему, выразил ещё одну благодарность семейству Чёрный Ветер и сказал, что если клану будет нужна какая-то помощь, то он, в меру своих скромных сил будет рад её оказать. После чего пожелал удачи обоим Чемпионам кланов, которые должны были участвовать в Системных Состязаниях расы гномов через 3 недели. Эндриан был удивлён таким ответом и одобрительно посмотрел на Вильгельма. Вероятно, по его меркам племянник был весьма шустр, раз умудряется налаживать отношения с Чемпионами других рас.
Правда, когда Сареф уже садился, то почувствовал на себе чей-то неприязненный взгляд со стороны круглого стола. И это явно были не члены клана Чёрный Ветер, которые, наоборот после слов Сарефа смотрели на него с лёгким любопытством. Нет, это кто-то с другой стороны стола. Сареф пробежался взглядом по гномам клана Каменного Солнца… и внезапно с удивлением узнал своего старого знакомого. Янгур, которому он с Магмовым Арбалетчиком два года назад от души надрал задницу, сидел на тринадцатом месте от своего главы и, снова подняв глаза и увидев, что Сареф смотрит на него, поспешно отвёл взгляд.
Сареф же внимательно осмотрел остальных членов клана Каменное Солнце. Нет, судя по тому, как равнодушно они на него смотрели, Янгур не стал делать из случившегося скандал, чтобы избежать насмешек за поражение, которое произошло полностью по его вине. И всё же… наверное, и ему, и Бреннеру стоит быть осторожным. Если теперь Янгур знает, что у Бреннера есть свой дом… кто знает, что он может выкинуть из желания отомстить. Хорошо хоть, что дом Бреннер купил не на территории Каменных Солнц. Там бы Янгур ему вообще житья бы не дал.
Дальше всё произошло так, как Сареф и планировал. Ещё полчаса вялого обмена новостями — после чего главы кланов объявили, что официальная часть на сегодня окончена. Сразу после этих слов гномы встали из-за круглого стола, и он исчез. Зато появилось два длинных прямоугольных стола с закусками, к которым тут же все устремились. Когда все гости начали негромко переговариваться, Сареф подошёл к Бреннеру.
— Ты тоже об этом подумал, да? — тихо спросил он друга.
— О чём? — Бреннер, сунув в рот бутерброд с куском красной рыбы, удивлённо посмотрел на Сарефа.
— О Янгуре, — пояснил Сареф, — если он узнал, что ты купил себе дом — он же тебе житья теперь не даст.
Бреннер, сделав могучий глоток, посмотрел на Сарефа так же снисходительно, как и в первый день знакомства, когда гном всё-таки согласился работать охранником на настырного мальчишку.
— Поверь, Сареф, — тихо сказал Бреннер, — лично Янгур к моему дому на пушечный выстрел не подойдёт, если в его планы не входит стать всеобщим посмешищем. А если он пришлёт кого-то неофициально… Дирк и Виенна встретят их так, что они и сами навсегда забудут дорогу в мой дом, и остальному отребью передадут, что туда лучше не соваться. Поверь, я не просто так нанял именно их.
Сарефу в ответ на это оставалось лишь пожать плечами. В конце концов, это теперь был дом Бреннера, ему там жить — и Сареф не чувствовал себя вправе лезть со своими советами. Бреннеру, в конце концов, виднее. Как-никак, он прожил здесь всю жизнь.
Наконец, когда все гости насытились (вернее, когда закуски и напитки кончились), началось предсказанное Сарефом представление. Главы кланов объявили небольшой турнир, ставкой на котором стал Высший Пункт Развития. Изюминкой этого турнира стало то, что участвовать в нём могли лишь те, кто имел в качестве одного из умений вызов питомца. И, собственно, сражаться могли только питомцы. Хозяин, вызвав питомца один раз, до конца боя больше не мог использовать ни одного Системного умения и должен был находиться строго за пределами арены.
Со стороны клана Чёрный Ветер выступали, как ни странно, Хайери, которая могла призывать огромного красавца-тигра, а так же один из молодых гномов, у которого было умение на призыв крупного зубастого ящера с чёрно-зелёной чешуей. Сареф даже затруднился бы определить, что это за животное.
Среди их соперников были два юноши из клана Каменного солнца. Первый мог призывать скелета — и, судя по ауре силы, которая исходила от него, это была далеко не обычная низкоуровневая нежить. А что-то если и не уровня Кладбищенского Чемпиона, то где-то на 2–3 уровня ниже. У второго гнома, самого низкого, но при этом крепкого и крайне угрюмого, зверем был огромный северный медведь.
Вид медведя вызвал у Сарефа странную тоску. Он вспомнил Уайтхолла и его дочь, которую тот довёл до смерти — и Сарефу лишь оставалось прекратить её страдания. Вслед за этим потянулись и остальные воспоминания. Интересно, как там Адральвез и остальные члены клана Зинтерра? Он в своей погоне за артефактом даже не выделил несколько дней, чтобы навестить их. До сих пор ли драконы спускают шкуру с Адейро за его ошибки, или, удовлетворившись его полным подчинением, всё же оставили его в покое? Смог ли Гидеон противостоять нападкам Виктора, которые точно были, Сареф в этом не сомневался. И только сейчас Сареф понимал, что эта одержимость артефактом просто сожрала целый год его жизни… и почти ничего не дала ему взамен.
Тем временем прямоугольные столы тоже исчезли, оставив площадку совершенно пустой, чтобы, собственно, освободить место для поединков. Гости расселись в полукруге, с интересом ожидая начала турнира.
К сожалению, для опытного бойца уровня Сарефа всё было предопределено ещё на стадии представления питомцев. Хозяин белого медведя был явным фаворитом в борьбе за Высший Пункт Развития. Хайери и её тигру в первом раунде достался именно он. И несмотря на то, что Хайери своего питомца явно усердно тренировала (к удивлению Сарефа, питомец самостоятельно использовал в поединке стихию холода, пусть и всего через одно умение), против белого медведя, который был воплощением несокрушимой мощи, шансов у тигра просто не было.
А вот в поединке между ящером и скелетом победителем, как ни странно, вышел скелет. Впрочем, судя по зубам ящера, его умения явно были заточены на то, чтобы бросаться, кусаться и отрывать от врага куски мяса. В итоге, хотя боевой потенциал у этого зверя и был вполне приличный, ему просто достался слишком неудобный соперник.
Впрочем, в финале этот скелет не мог сделать медведю ничего. Помимо холода и яда он явно использовал какие-то умения на прямой вампиризм, но беда в том, что в белом медведе было слишком много жизни, и его атаки он почти не ощущал. В итоге спустя три минуты медведь просто прижал своего соперника к земле, и тот, рассыпавшись, просто исчез.
— Наши поздравления Гвалиору Ингерос-Каменное Солнце, — сдержанно похлопал Эндриан победителю, — твой отец не преувеличивал, когда говорил о тебе: ты будешь достойным представителем своего клана на Состязаниях в этом году. Твой приз.
Гвалиор подошёл и со словами благодарности чуть поклонился Эндриану и своему главе, однако брать Высший Пункт Развития в руки он не спешил. Вместо этого он повернулся и, лукаво сверкнув глазами, спросил:
— Впрочем, не кажется ли вам это несколько несправедливым, дядя Эндриан? Мы собрали столько важных гостей — и заставили их целый час смотреть, как мы развлекаемся между собой. Может быть, — повысив голос, он посмотрел в сторону приглашённых, — кто-то из наших гостей желает побороться за этот Пункт Развития? Никаких переигровок, никаких жеребьёвок — вам просто нужно выйти и вызвать своего питомца, чтобы он победил моего. И тогда — Пункт Развития ваш.
Признаться, у Сарефа мелькнуло небольшое желание принять этот вызов. Но всё же он сдержал его. Гвалиор — явный фаворит в своих Состязаниях, и если он в них победит — то будет третьим гномом в его цикле, который станет потенциальным соперником Сарефа уже в его Всесистемных Состязаниях. Поэтому… неразумно было столь показательно бравировать
