— Это был бред, — пряча глаза, возразил Стас. Почему он не хочет сказать ей правду? Он сам не знал этого. Впрочем, знал. Он боялся. Боялся, что это еще больше отдалит от него Элор.
— Когда кто-то в бреду повторяет то, что говорил, когда был здоров… Значит, он говорил правду. Ты думал, что умираешь, — повторила она. — Ты вцепился в меня и сказал, чтобы я запомнила: ты не ставр, а человек. И я запомнила.
— Бред, — криво улыбаясь, произнес Стас. Он проклинал себя за трусость.
— Ты назвал свое имя.
Он вздохнул. Она смотрела так, что он отвел глаза.
— Не лги мне. Я хочу знать правду, Стас из Пентерборга!
Он поднял голову:
— Из Петербурга, Элор. Да, я пришелец. Это не мой мир.
Она ждала этих слов и все же отшатнулась.
— Я… Я не ставр, Элор. Я человек в обличье ставра. Это правда. Сейчас я не брежу.
— Но как такое возможно? — прошептала она.
— Я тоже думал, что невозможно, но теперь верю во все. Я не знаю, что выдернуло меня оттуда, какая сила, только вдруг оказался здесь, в вашем мире, в теле ставра! Не человека, а ставра! Ты что, боишься меня, Элор?
— Нет, — прошептала девушка. — Но… Я словно вижу тебя впервые. Не знаю, как поверить в это!
— Тяжело, согласен. Каково же мне было оказаться здесь, да еще в таком виде! А хочешь — не верь! Так будет проще, ведь я останусь в этой шкуре навсегда! — он стукнул кулаком по лбу. — Все это: рога, морда, копыта — не мое! Мне тяжело, потому что я хочу быть человеком!
— Ни один ставр не сказал бы такого!
— Вот именно. Ты все еще не веришь.
— Верю. Но не понимаю. И боюсь.
— Тебе не надо бояться, Элор. Что с того? Я остался тем же Мечедаром.
— Но ты — не Мечедар.
Ему было неловко от ее взгляда, словно она пыталась рассмотреть что-то за толстой шкурой ставра.
— Расскажи, какой ты по-настоящему? Каким ты был? Как жил? — Ее глаза зажгло любопытство.
— Ну, — пожал плечами Стас. «Что ей расскажешь? Поймет ли она?» Но, повинуясь внезапному импульсу, он заговорил в распахнутые глаза. Элор слушала, глядя на него, как на ожившего пророка. О жене Стас умолчал, не считая это обманом. Здесь иной мир, назад ему все равно не вернуться.
— Поэтому я не похож на остальных ставров! Поэтому знаю то, чего не знал твой великий механик Свеарн! В моем мире люди достигли многого.
— Я чувствовала, — прошептала Элор. — Я всегда чувствовала в тебе что-то… чужое. И там… у реки… ты вел себя, как человек. Человек… в шкуре ставра!
Она улыбнулась так, что Стас забеспокоился.
— Почему ты не сказал мне раньше?
— Ты бы не поверила. Никто бы не поверил.
— Это правда, — согласилась она. — Ты много рассказал, но я и сейчас…
Стас рассмеялся. Разоблачила — и боится поверить!
— Ты же постоянно твердила, что я — необычный. Ты не могла объяснить мои странности, а теперь не веришь!
— То, что ты рассказал, не умещается в голове. Другой мир. Где он, твой мир?
— Не знаю, — признался Стас. — Знал бы где…
Он осекся. Если б знал где, ушел бы назад? Вернулся бы? Стас не находил ответа. Ведь он рожден человеком и хочет быть человеком. Но Элор знает его таким, какой он есть. Ставром. Верни он прежний облик — будет ли она с ним? Не человек спас ее из темницы, а ставр. Не Стас, а Мечедар вызволил ее из рук предателя Мортерна!
— Значит, ты — человек, — Элор прильнула к нему, обхватив за шею, и посмотрела в глаза. — Ты не сказал, каким ты был?
— Твоего роста, наверно, не такой высокий, как сейчас. И не такой сильный. Кожа не такая белая, как ваша.
— А лицо? Какое у тебя лицо?
Лицо? Стас уже и не помнил.
— Лицо как лицо. Глаза темные… как шкура Уника.
— А сейчас синие, — она присела на колени и взяла его за руку.
— Я люблю тебя, Элор, — сказал он. — Я всегда тебя любил. Ты — все, что у меня есть в этом мире.
— Я верю тебе, Стас из…
Элор закрыла глаза, и он поцеловал ее нежно, как только мог. Этой ночью никто из них не уснул.
Утром двинулись в путь. Стас шел пешком, Элор ехала на Унике. Они спускались все ниже, отдаляясь от скалистых вершин. Лес мельчал, становился реже и светлее, все чаще попадались усыпанные цветами луга. Из-под ног прыскали непуганые ящерки, огромные белые птицы парили в высоте, и Стас не успевал любоваться все новыми, открывавшимися глазам красотами.
Он мог убить любое из существ, доверчиво бродивших неподалеку, но не было огня, чтобы приготовить мясо. Пользуясь носом, как чувствительным маяком, в пряной сладости луговых запахов Стас отыскивал съедобные растения, но не знал, можно ли предложить их девушке. Элор стойко терпела голод, но он понимал: долго так продолжаться не может.
— Куда мы едем?
— Я думаю, надо добраться до моего клана, — ответил Стас. — Мне кажется, он должен быть недалеко.
— Ты надеешься, что там нам помогут?
— Там мой брат. Посмотрим.
На самом деле он не знал, зачем едет туда, но чувствовал: им просто нужна цель, нужно ехать куда-нибудь, иначе эти бесконечные скитания сведут его с ума. Хорошо, что Элор так стойко переносит все трудности… С другой стороны, путешествие в родной клан могло оказаться опасным, ведь один раз его уже продали аллери. Что ж, вот и возможность поквитаться! Вот Зримрак удивится! А Скалобой как обрадуется! Вспомнив о названом брате, Стас невольно улыбнулся, и ему действительно захотелось домой.
Они ехали до полудня, как вдруг Элор крикнула:
— Там ставры!
Стас вгляделся в горизонт. На другой стороне раскинувшегося перед ними луга действительно кто-то был.
— Точно ставры? Не аллери?
— Ставры, — твердо ответила девушка.
Стас кивнул. С аллери им лучше не пересекаться.
— Тогда идем к ним.
Ставры с красивой, отливающей медью кожей с удивлением глазели на странную пару: женщину-аллери в невиданной здесь одежде, верхом на единороге и косматого полуголого ставра и к тому же без рогов. Стас чувствовал: не будь Элор, которую приняли за его хозяйку, его бы прогнали. Обратясь от имени Элор, он вызнал, что клан Меднокожих находится неподалеку. Один из местных вызвался их проводить и, косясь на Элор, пытался выспросить у Стаса, кто они и откуда едут. Стас молчал, как партизан. Кто знает, куда потом утекут эти сведения?
Через час они въехали в поселок значительно меньший, чем родной клан Мечедара. Местные с удивлением взирали на них, тем не менее по просьбе Стаса в одном из домов быстро накрыли стол, и проголодавшиеся путешественники накинулись на горячую еду.
— Госпоже еще что-нибудь надо? — спросил явившийся вождь — пожилой, огромного роста ставр с рваным ухом. Спрашивал он у Стаса, думая, что аллери не понимает его.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
