Яся удивленно посмотрела на меня, на несколько мгновений вглядываясь в мои глаза и перебирая мои волосы на затылке. А потом неожиданно кивнула.
Сердце сделало немыслимый скачок в груди. Она доверяет мне! После всего, на что я обрек ее, моя девочка все же на моей стороне.
— Я не знаю, что сейчас будет твориться в моей жизни, что будет с клубом и даже со мной, — все-таки я решил до конца быть с ней честным.
— Я буду рядом, — пообещала моя храбрая девочка.
— Спасибо! — я не мог ей не сказать этого.
— За что? — удивилась она.
— За то, что появилась в моей жизни, за то, что сейчас ты здесь, за то, что несмотря на все, делаешь меня самым счастливым человеком, — такие чуждые мне слова легко срывались с моих губ, рождаясь где-то в глубине души.
Раньше я даже не предполагал, что способен на них, на такие чувства, которые сейчас распирали меня изнутри… Но в этой новой жизни, в жизни, где появился мой собственный лучик солнца, дорогой мне человек, они стали для меня естественны, как воздух, проникающий с каждым вдохом в мою грудную клетку. Она приручила меня, сделав сопливым романтиком!
— Тогда не могу не поблагодарить тебя за то же, — шепнула она мне, даря новый, какой-то особенный поцелуй.
В этом прикосновении губ было гораздо большее, чем просто касание: в этот миг будто наши души несмело нашли друг друга, сливаясь в одно целое, — столько нежности было в нем.
Мы осторожно целовались, открывая для себя это новое чувство, которое робким цветком расцветало где-то внутри. Яся нырнула теплыми ладошками мне под футболку, аккуратно касаясь груди, а мне казалось, самого сердца. Я еще крепче прижал ее к себе, желая никогда в жизни больше не отпускать. Наконец, я нашел свою путеводную звезду, свой островок спокойствия и любви, и отныне мне стало поистине для чего жить!
Раньше мои цели были объективны и логичны: вылечить мать, обеспечить ей достойную жизнь, выиграть бой, открыть клуб, а потом — поставить его на ноги…
Сейчас моя цель была эфемерна, у нее не было четкой картинки, она лишь состояла из чувств и желаний: я хотел быть с этой девушкой, хотел ее постоянного присутствия в моей жизни, мечтал сделать ее самой счастливой, подарить ей все те чувства, которые она открыла во мне… Но никогда еще достижение цели не было столь мной желанным! Ради нее стоило собрать все свои силы, сделать невозможное и побороться! Этот бой я не имел права проиграть!
Сидя посреди кухни, я утопал в море ощущений, которые сплелись в яркий и запутанный клубок. И вдруг совершенно четко понял одно: я люблю ее! Люблю так, как никогда даже не думал, что умею! Лишь от нее одной зависело, буду ли я жить или сдохну, придавленный плитой из этих чувств. Я будто стоял с собственным сердцем в руках, протягивая его ей, надеясь, что она примет его, а не бросит под ноги!
Оторвавшись от сладких губ, я посмотрел Ясе прямо в глаза.
— Я люблю тебя! — с глухим стоном вырвалась эта тайна из моей груди.
Она удивленно посмотрела на меня, очевидно, не готовая к подобным признаниям, но мне было жизненно необходимым сказать ей это.
— Так быстро? — улыбается она. — Всего-то месяц, а ты уже признаешься мне в любви? — ласково провела она пальчиками по моей щеке, которая осталась неразбитой.
— Наверное, это или есть или этого нет, — пожал я плечами, запустив цепную реакцию из боли, пробежавшейся по покалеченному телу, но виду не подал, зная, как остро она отреагирует. — Можно прожить жизнь в ожидании этого, а иногда хватает и нескольких мгновений, чтобы все случилось. Мне кажется, я любил тебя уже в ту минуту, когда первый раз увидел на танцполе.
— Тогда у тебя очень нестандартное проявление чувств, Артур Борисович, — хриплым шепотом рассмеялась она, припомнив наше знакомство.
Я рассмеялся, стараясь сильно не тревожить корпус. Обезболивающее стало отпускать, и каждое движение обжигало всплеском неприятных ощущений.
— Я сам весь какой-то неправильный, — ухмыльнулся я.
— Ты самый замечательный человек на земле! — прошептала она.
От этих слов закружилась голова, прямо сейчас захотелось сделать что-то такое, чтобы оправдать это звание, совершить подвиг во имя нее… Боже, ну и понесло меня!
Хотелось о многом поговорить, помечтать вместе с ней о времени, когда все это останется позади: закончится вся муть, поднятая сегодня в болоте этого города, — но нас прервал телефонный звонок.
Яся потянулась к моему телефону, лежащему на столе и, даже не взглянув на дисплей, подала мне.
— Яша, — вздохнул я, моментально вырванный из собственного рая.
Она кивнула и встала с моих коленей, в потом вышла из кухни, прикрыв тактично дверь.
— Да, дружище, — со очередным вздохом принял я звонок.
*61*
Яша выяснил многое.
Аркадий заранее договорился с двумя охранниками, отвалив им приличную сумму, за которую один из них должен был беспрепятственно провести его в клуб, не сообщив при этом мне о его появлении. Второй же охранник был на всякий случай, но он понадобился в итоге, чтобы провести его в служебный коридор, когда никого не было поблизости и когда Аркаша, впечатленный танцем Яси, пошел ее искать. Изначально он, видимо, шел ко мне, чтобы поговорить о ней, хотел, чтобы я свел его со своей танцовщицей, но неожиданно наткнулся на переодевающуюся девушку, которая неосмотрительно плотно не прикрыла дверь, видимо, находясь в раздрайве после проведенного со мной временем.
Охранников Яша вышвырнул из фирмы с волчьим билетом, больше приличную работу им явно не найти! Но это меня не успокаивало! Друг понимал и разделял мои чувства, ведь это ЕГО люди так оплошали! Не просто подставили, а довели до случая убийства, до преступления в стенах моего клуба! Они претендовали на места соучастников, и друг уволил их задним числом, оставив на отработке по документам, однако, ситуацию это не изменило.
Друг не стал утопать в пространственных выражениях, полностью признавая вину своей команды. Но мне от этого не легче!
Встреча сильных этого города уже прошла. Стервятники налетели сразу, как только пронеслась новость о смерти Аркаши. В руках покойного было слишком много власти, чтобы его уход можно было проигнорировать. Чем это грозило моему клубу, можно было только догадываться!
Когда несколько лет назад у клуба, который едва проработал пару месяцев, начались проблемы, я вспомнил об Аркадии, который стал моим спонсором в последних и самых удачных боях. Я обратился к нему, пообещав откат и персональное обслуживание в любое время. Он, к слову, не раздумывал, сразу согласился, и с тех пор каждый месяц я платил ему мзду и два раза в месяц встречал его в своем клубе. Это позволяло мне не думать о проблемах крыши и благополучной работы моего заведения. Покровительство Аркадия давало белый билет в шоу-бизнес!
Я старался никогда не зарываться и привечал Аркашу как дорогого гостя. Поначалу думал, что он будет бесплатно пользоваться клубом, но он всегда платил, порой не просто покрывая убытки, а превосходя по сумме затраты. Одна его плата за вечер, проведенный в Ясиной компании говорит о многом. И все было бы просто замечательно, если бы он не посягнул на то, что ему никак не могло принадлежать!
Впервые после того, как меня вычеркнул из своей жизни родной отец, я чувствовал себя жалким! Что бы ни говорила Яся, я чувствовал виноватым себя за все! За то, что с ней произошло, за оплошность охраны, за новые раны Алекса. И за смерть Аркаши! Если бы я не был таким идиотом, он был бы жив!
— Про судьбу клуба никто не говорил? — вздохнул я.
— Нет, — тоже вздохнул Яша. — Придется ждать того, кто встанет у руля. Либо он примет шефство над твоим клубом, либо отпустит его в свободное плавание… Только, Тур… Ты же понимаешь, что ни в том, ни в другом случае пока никто тебе не скажет точно, какие будут эти условия существования… Возможно…
— Возможно, они будут такими, что клубу будет проще прикрыться, — я в беспомощности стукнул кулаком по столу.
— И это тоже… — сочувствие в голосе друга заставило крепче сжаться мою челюсть.
