Читаем без скачивания Клинок белого пламени - Анна Тьма

Они не будут друг друга убивать. И пока не закончится их вооружённый нейтралитет даже воевать за "место под солнцем" не будут. Придёт время, две личности одного демона снова сойдутся в битве. Но пока... Почему бы не погреться у одного костра?

На рассвете пошёл дождь. Мелкий, противный, холодный. Траэллита, не сомкнувший глаз этой ночью, сидел на окне и бездумно скользил взглядом по серой пелене раннего утра. Думать не хотелось, и разрозненные мысли скользили по краю сознания. Разные это были мысли...

О том, что он, Змей, предатель и хвостатая скотина, а не бог. О том, что вина, как бы ни хотелось обратного, всё сильнее сдавливала в тисках свою чешуйчатую жертву. О Литисе и Альтаире... О Ястребе...

Они все были едины, но так получалось, что Коган чаще всего пропадал с Литисом, Альтис с Арохом так вообще были неразлучны. Только Ал мог сказать Ароху, что тот плешивая, блохастая, драная беспородная псина, и не получить за это в морду. Только Литис мог безнаказанно подпалить Ястребу перья и обозвать его жареным воробушком. Ветер и Змей являли собой ещё один "боевой тандем". Альтаир, по праву старшинства, стоял чуть-чуть в стороне, но легко и часто делал небольшой шажок в сторону братства, становясь звеном в их цепи.

Воспоминания снова пробудили притихшую было, неизбывную тоску по братьям... Прикрыв глаза, Змей со всей ясностью понял, что не сможет так жить. Просто не сможет!..

Стук каблуков по дереву заставил его поглядеть на тренировочную площадку внизу. Кого это принесло в такую рань и столь мерзкую погоду?

Резкими рывками перехватывая скользкий канат, по деревянной стене спортивного комплекса поднималась Пламенная. Мокрая верёвка под пальцами исходила паром, подошвы ботинок со стуком впечатывались в вертикальную деревянную стену.

В груди у бога что-то дёрнуло острой болью. Что она делает здесь в такую рань? Повинуясь своему порыву, он скользнул вниз, легко прыгнув с высоты третьего этажа. Нужно помириться с ней, нужно объяснить...

Преодолев полосу препятствий, девушка прыгнула на турник и стала подтягиваться.

-- Алин...

Остановившись, она повисела секунду, потом перекинула ноги через перекладину. Зацепившись за турник, свесилась вниз и, закинув руки за голову, продолжила тренировку, игнорируя ламия.

-- Линка... не хочешь разговаривать, хотя бы выслушай!

Пепельные волосы ламия, обычно крупные кудри, в этой холодном дождичке, больше похожем на морось, начали завиваться мелкими колечками. Из одежды на нём были только штаны в блестящих как чешуйки заклёпках и собственная шевелюра, укрывшая плечи. Привыкший последнее время к человеческому облику бог мёрз и мок в это гадкое утро.

Алина сжала зубы покрепче и продолжила своё дело. Сам виноват, придурок в чешуе. Под коленками вдруг хрустнуло, турник переломился надвое, и в следующий миг девушка оказалась не в луже на земле, а у ламия на руках. Повернув голову, глянула на судьбу турника -- деревянная палка прогорела и обуглилась в тех местах, где она её касалась.

-- Ли-ин... ну прости ты меня, дурака старого...

Алина поглядела на него пытливыми, пронизывающими синими глазами. Скользнула по ментальной сети, на мгновенье неглубоко, по самой поверхности окунаясь в его душу. Обняла за шею, приподнялась в его больших и сильных руках, поцеловала вместо ответа.

Оторвавшись друг от друга, некоторое время бессмертные молчали, приходя в себя. Пламя и море -- то ещё сочетание.

-- Больше никогда так не делай, -- потребовала воительница.

-- Как не делать? -- опешил ламий.

-- С Альтисом не ругайся и, тем более, не дерись, -- пояснила, фыркнув, воительница. -- А ты о чём подумал?

-- О том и подумал, -- состроил честные глаза бог и зашагал обратно в сторону крыши над головой.

-- Может, ты меня всё же поставишь на землю? -- поинтересовалась девушка.

-- А надо? -- вопросом на вопрос ответил бог, даже не думая замедлять шаг.

Демонстративно тяжко вздохнув, воительница решила, что ей и на руках, в принципе, пока что удобно.

Расплывчатое серое пятно, через некоторое время оказавшееся потолком, не переставало медленно вращаться перед отчаянно сопротивлявшимися открытию глазами. Ал попытался поднять руку, чтобы силком раскрыть веки, но рука не поднялась. Дёрнувшись всем телом, демон понял, что связан. А если быть точнее, то жёстко привязан к кровати. Тут же возник вопрос, что он умудрился натворить ночью, если очнулся в таком сомнительно завидном положении?

-- Командор?.. -- хриплый со сна голос с трудом определился как Лёнькин.

Повернув голову, Пламенный разглядел своего ученика в кресле, в котором он, видимо, спал до сего момента. Красный Пламенный рассматривал демона с неподдельной тревогой и настороженностью.

-- Ты уже в себе, учитель?

-- А что, непохоже? -- проворчал демон и закашлялся. -- Вот дрянь, ещё и где-то простыть успел...

Поднявшись, Лисёнок быстро распустил ремни на ногах и руках Альтиса. Тот кое-как заставил себя сесть, принял из рук мальчишки кубок с вином, осушил в несколько глотков, вытер тыльной стороной губы.

-- Давно я здесь валяюсь? -- спросил Ал ученика.

-- Со вчерашнего вечера, -- ответил Лёнька. -- Недолго совсем. Учитель, тебе бы отдохнуть.

Тяжёлый взгляд в ответ сказал всё лучше слов. Протянув руку, демон взял со стола бутылку, снова наполнил кубок, ополовинил и поинтересовался:

-- Я никого не убил?

-- Не успел, -- ответил мальчик.

-- Это хорошо, -- кивнул седой юноша и снова сосредоточился на вине. Но через несколько неторопливо-тягучих глотков резко бросил: -- Я приказывал тебе оставаться у королевы и охранять Карэн.

-- Ну уж нет! -- возмутился ученик. -- Ты приказывал охранять Кари и оставаться с ней. О том, чтобы оставаться в Тэллахаэле, речи не шло!

Поперхнувшись, Ал снова закашлялся, а потом рассмеялся.

-- Н-да, ученички, такими темпами доведёте учителя до принятия строгих мер! -- сообщил, справившись со смехом, Альтис.

Лёнька состроил невинное выражение лица, шаркнул ножкой по полу. Хмыкнув, демон взглянул в пустой кубок и подумал о том, что в последнее время стал злоупотреблять спиртным.

Оказавшись в этом теле первые годы, он старался вообще не пить, а любых дурманящих разум веществ избегал как самого страшного яда. Привычка держать себя под жестким контролем у демона, без того волевого и сильного, с тех пор превратилась в самое жёсткое правило. Слишком опасно он жил, постоянно идя по самому краю безумия. И сорваться никак нельзя. Один неверный шаг... С другой стороны -- это всего лишь пара кубков лёгкого вина, не дурманившего сознание, а помогающего проснуться и избавиться от дикой головной боли, тисками сдавливавшей виски.

-- Или отдохни, Лисёнок. Дальше я уже сам справлюсь, -- повелел демон, и Лёнька, хоть и очень хотел ослушаться, но, взглянув на учителя, кивнул и вышел.

Альтис, тяжело поднявшись и держась за спинку кровати, подошёл к зеркалу, критически себя оглядел. Тело двадцатитрёхлетнего юноши, внешне едва дотягивавшего до семнадцатилетнего рубежа, опять требовало к себе внимания. Переформирование -- штука сложная. Оно может сделать из девочки мальчика (как и наоборот) в утробе матери на ранних сроках. Пусть проведённое позже, оно переломит ход физического развития, но не способно сделать из подростка женского пола -- подростка мужского пола. Генная инженерия у магов Жизни достигла больших высот, но сделать невозможное не способна. Зато оказалась на это способна одна талантливая внучка бога... Тем не менее, это тело застряло в развитии годах эдак на семнадцати не только из-за десятков проведённых над ним экспериментов, но ещё из-за демонической природы Пламенного. И юное лицо, ни разу не знавшее бритвы, сейчас казалось принадлежащим как минимум тридцатилетнему. Даже в родном облике Альтис выглядел едва ли достигшим двадцатилетия пареньком и привык к себе такому -- юному и вечному.

Исходя из всего этого, демону не могло понравиться увиденное. А то, что демону не нравится, может подлежать трём действиям -- уничтожению, исправлению, игнорированию. Игнорировать не хотелось, уничтожать -- как-то глупо... оставалось исправлять. К сожалению, эта конкретная несовершенная, изменённая, искалеченная плоть требовала к себе много внимания. В частности -- очень много лекарств и спецсредств, не нужных нормальным людям.

Найдя свою сумку возле кровати, Ал целенаправленно занялся приведением себя в должный порядок. Пока не сдох по причине собственной тупости. Демон успел полностью закончить и даже провести лёгкую разминку, когда в дверь осторожно поскреблись с той стороны. Открыв, Пламенный почти не удивился, увидев Волчонка Ароха.