Глава 42. Мы же братья!
Запахиваю халат потуже. По коже бегут мурашки, потому что я непроизвольно вспомнила тот день, в квартире Платона, когда Андрей ворвался и собирался…
— В дом пустишь или мне тут так и стоять? — прерывает мои мысли Андрей.
— Ты как нас нашёл? — спрашиваю вместо приветствия.
— Так родители адрес дали.
Беру себя в руки, открываю дверь:
— Проходи.
Андрей заходит.
Веду его в гостиную.
— У нас еще все спят, я сейчас переоденусь и спущусь к тебе.
— Ничего себе вы спите! А Костя в шесть часов встаёт…, — летит мне в спину.
Бегу наверх переодеваться. Не хочу перед бывшим мужем разгуливать в одном халате.
Блин, да я вообще с ним общаться не хочу, на самом деле.
Вот прямо сейчас нашла один жирный минус, что я вышла замуж за Платона: придётся иногда пересекаться с Андреем.
Еще вчера считала, что ничего страшного в этом нет. Ага, а сейчас он меня жутко злит. Зашёл весть такой с иголочки. Улыбается и делает вид, что мы хорошие знакомые. Снова притворяется идеальным. Лучше бы не было всего этого.
Не хочу проводить с ним время наедине, поэтому, переодевшись, толкаю Платона в бок.
— Что такое, Антон опять проснулся? — сквозь сон произносит он.
Чувствую себя мегерой, Платон думает, что ещё ночь. Так не выспался.
— Прости, нет, там внизу сидит Андрей. Не хочу быть с ним наедине, — объясняю шепотом. Хотя мы на втором этаже, и Андрей никак не сможет нас услышать.
Платон мгновенно вскакивает, одевается, как будто я ему сообщила не о приезде брата, а о пожаре.
— Да не волнуйся, он вроде не ругаться пришёл, — не знаю, кого я пытаюсь успокоить: себя или Платона.
Мы спускаемся вместе вниз.
Андрей при виде нас встаёт, брату он не улыбается, но протягивает руку.
Платон несколько минут стоит смотрит, как будто размышляет, что делать, затем протягивает руку в ответ.
Спрашиваю у Андрея:
— Будешь чай?
— Да, не откажусь.
Пользуюсь случаем, убегаю на кухню делать чай. И хорошо, пусть останутся вдвоем, поговорят.
Блин, или это не лучшая идея: все прошлые разы «наедине» заканчивались драками.
Ставлю чайник и прислушиваюсь, какие звуки доносятся из гостиной.
Вроде о чем-то говорят, но слов не разобрать.
Ну, по крайней мере, не ругаются.
Когда выхожу к ним в гостиную, они замолкают.
Сидим, молча пьём чай. Разговор не клеится. Спасает ситуацию вой сына. Антоша проснулся и требует вынуть его из кроватки.
Я бегу наверх.
Спускаться не тороплюсь. Меняем подгузник, умываемся наверху. Как же не хочется идти вниз. Как на каторгу. Вот зачем Андрей вообще пришёл к нам домой?
Но спускаться приходится.
Андрей при виде Антона расплывается в радостной улыбке. И Антон отвечает ему тем же, тянется к нему на ручки.
Бывший муж забирает у меня сына. Они смотрят друг на друга, смеются.
— Надо же, он тебя сразу за своего признал, обычно к чужим так легко не идёт, — удивляется Платон.
Я тоже стою в удивлении. Не знала, что Андрей вообще умеет держать на руках детей. Потом вспоминаю: у него же тоже есть ребёнок. Наверное, все-таки что-то в нем поменялось за последний год.
Дети вообще хорошие учителя, часто воспитывают своих родителей, делают их лучше.
— А вы крестили его? Я бы хотел стать крёстным, — спрашивает Андрей неожиданно.
Платон виновато переминается с ноги на ногу, отвечая:
— Да, приезжал Женька, друг из Питера, вот мы покрестили…
И после небольшой паузы твёрдым голосом добавляет:
— Точнее, мы с Ирой тогда повенчались и заодно Антона покрестили.
И властно приобнимает меня за талию.
Какое ребячество!
Андрей только молча кивает.
Отвечает, смотря на Антона:
— Ну ладно, буду тогда просто дядей. Вы когда к нам в гости приедете, надо познакомить братьев, мне кажется, они с Костей подружатся.
— На юбилей отца приедем, он нас вчера приглашал, — отвечает Платон.
— Хорошо, буду ждать, ладно, мне пора, — отдаёт Антона мне на руки, — рад был повидаться.
Поспешно направляется к двери. Как будто он внезапно вспомнил, что куда-то опаздывает.
Перед дверью останавливается и протягивает Платону руку:
— Так, я надеюсь, все обиды в прошлом? Мы же братья, как-никак!
— Да, — на этот раз он пожимает ему руку не задумываясь.
Андрей
Уверял себя, что все прошло.
Но как увидел Ирину растрепанную, сонную, все разом и вспомнил: как она рядом со мной раньше просыпалась такая же. Как это я раньше с ней спал каждую ночь. А не мой брат.
Притворялся, что рад встрече и пришёл с благими намерениями, но мне было трудно сдержаться. Как же их семья отличается от моей картинки. Настоящая страсть и любовь, которая искрится в воздухе. Это никуда не спрячешь, выпирает во всех жестах, взглядах, словах.
Черт.
Я жалею, что потерял все это.
Не хочу испытывать это жалкое, постыдное чувство. Бессмысленные сожаления.
Зря я летал в Сочи, вернулся сам не свой. Смотрю на свою жизнь и теперь все время сравниваю с ними. Сравниваю и сравниваю.
Представляю, что было бы, если бы моя измена не раскрылась.
Нет, даже не так. Если бы я был лучше, чем я есть, если бы я не изменял Ире. Был бы сейчас счастливее?
Только этого гадкого чувства в моей душе не хватало — жалости к себе. Не хочу в это верить, что я сам все разрушил и мог бы выбрать совсем другую жизнь. Другую женщину.
Все-таки я все ещё ее люблю. Расставание приглушило чувства, но встреча снова все разбередила. Почему я не могу ее выкинуть из головы? Ведь все кончено, она выбрала другого, я тоже теперь с другой.
Но нет, как будто все неправильно, как будто все ошибка. Повернул не туда. Запутался.
А обратно дороги нет. Только пропасть, которую не перепрыгнуть.
