Читаем без скачивания Мужчина и Женщина - Юрий Андреев

Испытание очень часто исцеляет. Энергетические силы в человеке колоссальны. Если бы мы сознавали это, то никогда и ничего не боялись бы.

Из интервью дочери русских эмигрантов Натали Дроэн под названием «Каждая русская женщина для меня — честь». С мадам встретились Валентина Васейко и Ирина Косенкова

Прежде, чем заняться химическим анализом буйного потока, вторгшегося из Атлантики в наши воды, я снова и снова хочу напомнить, что нет единых, абсолютных для всех времен и народов норм морали (вспомним японских сыновей, всепочтительнейше тащивших на закорках своих престарелых матушек вверх, к вершине святой горы, чтобы сбросить их оттуда в пропасть, — во имя спасения рода). Точно так же, нет единых — хороших или плохих — раз и навсегда неизменных норм семейной жизни, равно пригодных для всех сразу этнографических и социальных сообществ.

Иначе говоря, надо стремиться понять глубинные первопричины, лежащие в основе тех или иных брачных обычаев или тенденций, а не выносить им приговор со скоростью военно-полевого суда. Вот конкретный пример: ветеран из города Святаго Петра на Неве прибыл в гости к своему однополчанину в Узбекистан. А не был он у него в доме не много не мало — два десятилетия. Принимали его по-восточному радушно, звучали тосты, благоухал плов, сияли редкостные для; северного глаза фрукты. Прислуживала им молодая прелестная жена старого фронтовика, цветущий вид которой чудесно дополнял красоты богатого угощения. Поскольку узбекский друг не извещал своего соратника; о безвременной кончине прежней супруги, с которой тот был знаком, он подумал, что здесь произошла какая-то семейная трагедия и тактично сдержал свой вопрос о судьбе, скажем, Фатимы. Но каково же было; его удивление, когда его повели в отведенные для него покои, где постель для него застилала как раз Фатима, которая, низко кланяясь, удалилась, увидав хозяина дома и гостя!.. Со всей комиссарской прямотой и принципиальностью Иван Иванович, сразу протрезвев, задал прокурорский вопрос, скажем, Балхашу: «Да как же ты можешь, такой-сякой, столь негуманно обращаться с женщиной, которая отдала тебе всю свою жизнь? Перевел, видишь ли, в прислуги, а сам тешишься с молодой-красивой! Уж извини, брат, я тебе скажу прямо, по-фронтовому: так не годится!» Тогда Балхаш, тоже протрезвев и нарушив законы восточной вежливости, которые не велят спорить с дорогим гостем, сурово возразил ему: «Уж извини, Иван Иванович, и я тебе, прямо, по- фронтовому отвечу, что это у вас, у русских, нет никакой гуманности: когда баба состарится, то вы ее по разводу из дому выгоняете или на стороне к молодке ходите, а она от этого мучается. У нас же иначе: как проживала Фатима в том доме, где вся ее жизнь прошла, так и проживает, как заботился муж о ее безбедном существовании, так до самой смерти и заботится, как занималась она по хозяйству, так и продолжает себе в удовольствие, да еще молодую помощницу в подручные получила. Вот и скажи, кто из нас гуманист, а у кого обычаи и сердце жестокие?»

И сел на тахту и задумался Иван Иванович и ответил чистосердечно: «Извини меня, Балхаш, рубанул я не подумав, потому что обычай ваш мне был неведом, а судил я по законам нашей жэковской партячейки, где мы двоеженцам спуску не давали…»

Так будем же судить о тех переменах, которые вмешались в бытие нашего общества, не по незыблемым законам жэковской партячейки, а с попыткой понять причины их появления и нарастания. Кстати говоря, вспоминаю я и то, как в нашей давнишней институтской партячейке подошли к ответу на аналогичный непростой вопрос иначе, чем подходил к нему Иван Иванович: поступило указание из Василеостровского райкома КПСС дать надлежащую оценку с оргвыводами по поводу двоеженства некоего нашего крупного ученого.

Слушали: его жена, с которой они счастливо прожили тридцать лет и которой он посвящал искренние любовные стихи, после опасной операции уже длительное время не способна осуществлять супружеские функции. Благородство этой прекрасной женщины было таково, что она не только не возражала против встреч своего именитого супруга с его молодой аспиранткой, но и дала официальное согласие на усыновление ребенка, родившегося от этих отношений.

Постановили: это их сугубо личное дело, райкому здесь соблюдать нечего…

Вот так, вполне в узбекском варианте. И более того: я пользовался тогда доверительным благорасположением этого ученого (некоторые сферы наших научных занятий совпадали), и несмотря на значительную разницу в годах, он поведал мне то, что я могу открыть лишь сейчас, десятилетия спустя, когда действующих лиц драматического жизненного спектакля уже давно нет в сем мире: своим вниманием этот темпераментный мужчина столько же одаривал жену, сколько и ее незамужнюю сестру. И совершенно в восточном стиле радушно и заботливо всегда поддерживал благосостояние обеих женщин, когда те были молодыми, и далее, когда они состарились и стали немощными… По тогдашней молодости своих лет и прежнему своему убеждению, что один муж и одна жена даются человеку раз и навсегда, я дивился тогда этому дружному, согласному союзу, а теперь хорошо понимаю, что все участники его нашли единственно возможную для них гармонию отношений в той индивидуальной ситуации, которая меж ними сложилась. У мужчины и у всех женщин, оказавшихся в ней, достало мудрости, душевного такта, экономически-трезвого и одновременно благородного мышления для того, чтобы не только без потерь выйти из нестандартного положения, но, напротив, прожить счастливо и материально благополучно.

Вот и продолжим анализ эволюции брачных отношений в нашем мире с одним только научным стремлением понять ее суть на нынешнем этапе и возможные перспективы.

Прежде всего сразу и однозначно отмечаем, что господствующим для современного западного общества является стремление к традиционному типу семьи! Подавляющее большинство мужчин и женщин и в теории и на практике исповедуют тот брак, который освящен христианской церковью. Бизнесмены и администраторы различного ранга вплоть до американских президентов полагают необходимым для себя иметь репутацию хорошего семьянина — от этого впрямую зависит их карьера. Согласно двум общенациональным анонимным опросам в США, девять из десяти американцев верны своим супругам на протяжении всего брачного срока, моногамия представляется им наилучшей из всех видов семейных отношений.

И в то же время: во Франции, например, до 10 % пар «в возрасте» живет в свободном союзе, а среди молодых семей (до 25 лет) этот процент достигает 50.

И в то же время: работает до 90 % семейных мужчин, и это обычно. Но вот что необычно: работает, занято в различных сферах общественного труда до 40 % женщин на Западе! И это уже предполагает глубочайшие сдвиги во всем институте брака. Почему? Да потому, что это приводит вполне естественно к отвлекающему вниманию многих женщин от семьи к своему делу, к своей профессии и преуспеванию в ней как в ценности первостепенной, предоставляющей им не только возможность личностной самореализации, но и достаточные средства для независимого от мужчины существования. И это крутой поворот в существовавшем миропорядке, где интересы жены сосредоточивались лишь на домашних делах, а все внешние связи и отношения были занятиями мужскими.

Отмечаем далее реальную возможность свободного, опять-таки независимого от мужчины проживания, полную, ничем не стесняющую готовность к выбору полового партнера (а то и нескольких одновременно, а то и однополую либо бисексуальную жизнь). Появление детей у такой женщины от одного или разных отцов отнюдь не означает обретения супружеских крепей на ее руках. Она может по-прежнему строить свой быт, отцы ее детей вполне могут дружить между собою и даже кооперировать общие усилия в дежурстве с детьми, когда их матери требуется выехать в служебную командировку.

По данным на конец 80-х годов, в Швеции до 40 % детей рождено вне так называемого законного брака, во Франции около 22 %. Любопытно, что там, где фактический отец не платит алиментов на содержание собственных детей, эти функции (во всяком случае в Люксембурге, Дании, Франции) берет на себя государство. Данный факт есть прямое юридическое и фактическое узаконение декларированной свободы личности, что подразумевает и собственный — кому как удобно и угодно — стиль семейной жизни. В этих странах совершаются настоящие юридические баталии во имя того, чтобы неполную по нашим понятиям семью (мать и ребенок либо отец и ребенок) не считать неполной, но числить вполне правомерной семейной ячейкой, подобно всем другим формам семьи (хоть бы и однополой)!

Обретают ли женщины душевный комфорт в подобных обстоятельствах: вне мужнего дома, с незаконнорожденным (согласно старой морали, «байстрюком») ребенком, с приятелями — когда на час, когда на год? Следует ответить: во многих случаях — да, иначе бы подобное течение не ширилось бы, захватывая в свои воды уже десятки процентов и сотни миллионов человек во многих странах. Следует сказать: психологический комфорт ее, хозяйки собственной судьбы, владелицы собственного дела и собственных детей, человека, сумевшего максимально выявить свой внутренний потенциал, много удовлетворительней, чем у какой-либо из наших женщин, которая вынуждена угождать ничтожному подчас мужчине ради того, чтобы считаться законной женой и матерью законного ребенка, да при этом еще вкалывать как трактор на своей низкооплачиваемой работе и в презираемом домашнем хозяйстве, да еще знать, что у нее есть удачливая молодая соперница, к которой ее мужичишка, того и гляди, «слиняет» насовсем… Кто может возразить — прошу…