— Ю-юля-а, Фе-е-дя-а! — проорал он на бегу, спотыкаясь. Оба обернулись и зачем-то побежали ещё быстрее.
Может Федя знал хорошо калибр и вид огнестрельного оружия, но догадаться, что среди меха рыцарей была модифицированная версия он не смог. Пушка с дьявольским (Даролокским) шумом рванула и попала бы в цель, если бы они не догадался сделать резкий поворот в бок и втроём за несколько секунд, что скрывал их дым смогли спрятаться за очередным проверженным танком.
Командир меха рыцарей решил, что тратить свое время на троих солдат смысла нету и всей кучей они повернулись и пошли к основному поля боя.
Федя запыхался и почти полность лёг на песок. Адреналин закончился. Солнце уже перевалило свой зенит и и мертвый танк, ставший их укрытием, отбрасывал небольшую тень. Федя не страдал от лишнего веса или каких-либо болезней, но бег был не его достоинством.
Откуда бы Федя не слышал про прошлую войну, он слышал, что там слишком часто сидели в окопах. Всегда по разным причинам, но это не суть… И он думал что эта война будет такая же. Но видимо отличаться она все таки будет.
Он приоткрыл глаза. Цеппелин. Он закрыл собою солнце рад ними. Значит он уже близок к крепости. Зачем он так близко к ней? Он хочет ее бомбить? Зачем, она же им нужна целой?
— Вы в порядке? — спросила Юля. Забег ей дался куда проще чем ее спутникам. Тренировки творят чудеса.
Федя кивнул и глубоко вздохнул.
— Ага. — ответил рефлекторно Гаврила не отрывая глаз от цеппелина.
Весь мир такой большой… Такой необычный и странный. Все эти железки, что Гриша называл интригующим словом механизмы. Он вряд ли когда нибудь поймет как можно поднять множество тонн в небо или как управляют этими рыцарями. Но Гаврила все таки надеялся, что когда нибудь он сможет в полной мере осознать все эти странности и трюки, откроет эти деревянные (он знал что бумагу делают из дерева, но опять таки не знал как) книги и прочтёт. Все это когда нибудь станет такой же обыденностью как работа в огороде. Когда нибудь он все узнает и поймёт. И отца научит… И с новым знаниями сможет найти более высокооплачиваемую работу и обеспечить его старость…
Ход его грёз прервали танки. Очередная пачка мяса. На некоторых танках краской нарисованы символы и фразы, некоторые же из этих символ были на касках. Большая часть из них были названиями городов, именами, проклятья или послания к Саиду. Часть из них были какими то рунами. Одна группа вообще была с полостью одинаковыми символами и хором напевали что-то непонятное, на своем языке, но тем не менее с явно религиозным наклонном. И никто не обращал на это внимания.
Троица выглянула из под укрытия. Танки дали залп по меха рыцарям. Меха рыцари ответили тем же. Солдаты вылезли из укрытий, а из пулемётных гнезд начал доносится выстрелы. Танки взрывались, меха рыцари ломались, а коты и псы падали и все это было навсегда. Поток смерти…
Песок.
Федя перевёл дух, глянул на Юлю, ей было противно на это смотреть, и вышел из укрытия. Не долго думая следом побежал и Гаврила, припомнив, что давалось за бегство или бездействие. Последней пошла Юля.
Они потерялись во всеобщей шумихи, стараясь не отходить друг друга. По одному они умрут куда быстрее.
А тем временем Лев и Слава были на том конце этого побоища, которое станет прорывным. Его сфотографирую с цеппелина и это фото войдёт в учебники для всех будущих поколений. Пять из этих точек были ими. Они никогда этого не узнают, но так и было.
Прорыв
Армия котов разделилась на две части. Одна следовала по плану к сделанному пробою, вторая, большая, вела бой около ворот.
Дальнейшие держание строя не имело смысла не со стороны псов, не со стороны котов, после того как последние сблизились со стеной почти вплотную. Теперь кровавая баня началась во всю, обе армии наконец слились вместе.
Тагир и Андрей находились во всеобщем шуме сражения. Меха рыцари и танки предпочитали держать дистанцию, а пехота слилась в единой толпе.
Тагир только, что проткнул ещё одного пса шпагой. В левой лапе он держал пистолет, в правой шпагу. На животе и груди были пятна чужой крови. Ещё немного на щеке. Одежда его порвалась на коленях, но он не обращал внимание. С сумасшедшим криком он пользуясь всеобщей шумихой накинулся на ещё одного пса.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
В его голове царил бардак, мысли как черви сползались вместе в одну отвратительную кучу. Как они могли? Как эти черты посмели, посмели ослушаться, посмели умереть, посмели бросить! Они должны слушаться его, не их право по рождению решать про себя что-то, если рядом есть аристократ. Как они смогли умереть?! Во истину сильный не умирает просто так и за примером ходить не надо. Артур доказал, что избежать смерть в этой ситуации возможно! Он сильный, он возможно почти такой же, как Тагир. А эти слабые ничтожества и гнусные решатели своих судеб! Ненавижу!
Тагир злился на них, в глубине души понимая, что он сам точно такой же. Не являющийся тем, кем хочет быть. Не может стать тем, кем должен, ведь родился не там. Его мать говорила обратное, однако же, он сам знал, что второй муж ее бабушки ему никто из ниоткуда, оставивший после себя ничего. Он такой же слабый и ничтожный по крови. И это его злило.
Дворняга попытался заблокировать шпагу винтовкой, но Тагир выстрелил из пистолета ему в бедро. Пёс скрючился, Тагир сделал два тычка шпагой в живот и пёс рухнул вниз. К нему побежали ещё двое. Тагир не долго думая направил на них пистолет. Он предательский щёлкнул, но не выстрелил…
"Отлично — подумал он. — Так даже лучше, убью их своими руками"
Псевдо аристократ накинулся на них с такой яростью, что собачьи вояки не на шутку испугались. Попытавшись снова защититься от шпаги, ещё один из них впал, второй побежал, попытался спрятаться за другими. Тагир несколько раз проткнул первого пса и побежал за вторым. И когда пес уже подумал, что сбежал, то на него кто то приземлился. Он услышал, знакомый ему по подготовке шашлыка звук. С таким звуком сырое мясо протыкает лезвие. Затем он услышал что-то вроде "Зря ты меня кинула", а после второго удара он уже ничего больше никогда не услышал. Тагир орал что-то втыкая шпагу и вынимая её, пока не засмотрелся на красное лезвие. А потом подряд голову и заметил, что окружают.
"Сговорились тараканы. Ничтожества, слабаки! Вам меня не взять! — торжествующе решил он."
Он поднял собачий пистолет из кобуры и выстрелил раз пять, попав из них лишь три. Двоих убил и одного ранил. Все таки до снайпера ему было ещё далёко. Затем он вскочил, так же неожиданно и быстро как уродливая игрушка из табакерки, направил пистолет, но перед этим почувствовал дикую боль в руке и выронил его. Из пулевой раны на левой лапе потекла кровь, ипачуав и без того уже грязную форму. Тагир даже прикусил язык и твердо решил, что они за это заплатят.
— С-СУКА! — это были и все его мысли и слова которые он смог сказать. — Я убью вас всех! Я убью вас, вскрою ваши животы или посажу на кол, а потом покажу это вашим матерям, я аристократ, вы тьма, как вы можете!
Ещё одна пуля просвистела рядом. Тагир почувствовал ее ухом. Он побежал к одному из псов, не обращая внимания на свой тонкий кровавый след. Пёс попытался выстрелить, но его лапа дрожала при виде этого безумца. Тагир снова прыгнул, но не успел нанести удара, как его спихнули. На живот приземлился грязный ботинок. В ушах у Тагира зазвенело. В глазах появились звёздочки.
— Попался выродок! — объявил питбуль, будто гладиатор на арене кричал о своей победе. Тагир не растерялся и со всей силы укусил его за щиколотку.
— Ах ты блядь! — ещё громче закричал он. Но было поздно, хватку он ослабил. Тагир схватился за шпагу и воткнул ее в собачью печень. Причем так глубоко, что шпага почти прошла насквозь.
Пёс пошатнулся, Тагир потащил его ногу в бок и испуганная псина повалилась. Так они поменялись местами. Тагир опустил свою лапу ему на живот склонился над ним, так, чтобы единственное, что увидел пёс было его лицо. Собака отдаляла голову как могла от этих глаз, но Тагир ухватил его за подбородок и посмотрев молча две минуты отдал псу какую телепатическую послание, а после вынул шпагу, когда понял, что пёс умер.
