– А что ты ответила?
– Что я могла сказать ему на это? Он устремился в эту авантюру, и «Хозяин» вышел из печати. – Мэри подняла голову, рот ее исказила гримаса. – Но была одна вещь, которую я могла делать, и я делала это.
– Что? – спросил Майкл.
– Писала!
– Все новые и новые книги, – добавила Бет.
– Ты попыталась заставить их сказать: Рэндел Элиот не может быть автором этих книг. Как смог он сочинить так много? – сказал Джей.
– Через неделю-другую начнется рекламная кампания, – продолжала Мэри. – У меня новый литературный агент. Она собирается назвать меня «Писатель, который лгал во имя любви». Я считаю, что это важная часть того, что я сделала.
Все пятеро посмотрели друг на друга.
– А как насчет Пола? – спросила Бет.
– Рэндел – единственное, что он хочет знать. А все, что он видит в моей работе – это болезнь Рэндела.
– Ох, мамуля! – простонала Бет.
– В общем, мы не разговариваем. Живем, как враги, я не могу помогать ему в его желании свести самого себя с ума, а он не может даже представить, что книги не созданы Рэнделом. Он приходит в ярость, если я советую, чтобы он писал только о самих книгах, – он избегает меня.
– Подожди, пока он сам все обнаружит, – предложил Дон. – Ведь он превратил старый дом в место поклонения…
– Но ведь Пол собирается делать деньги, – возразила Мэри. – Если он когда-нибудь что-то напишет. Он собирается стать знаменитым. А он женился на авторе этих романов. – И снова она почувствовала, будто освободилась от тяжелых доспехов. Голос ее смягчился. – Вам всем следовало бы гордиться Рэнделом. У него было столько мужества. Он всю жизнь нас поддерживал. Он держался сколько мог.
Дети ничего не ответили на это.
– Ладно. На сегодня достаточно, – сказала Мэри. – Более чем достаточно. Ложитесь спать, а завтра хорошо проведите время: я купила билеты в театр. Мы забудем все это через день-другой. – Они следили за тем, как она идет по узкой ковровой дорожке к двери своей спальни.
– А где Пол? – спросила Бет.
Мэри остановилась и повернулась к ней.
– Я дала ему почитать новый роман. Он думает, наверное, что его написал Рэндел, хотя знает, что Рэндел никогда не видел Лондон таким, как описано в этой книге.
– Ты хочешь, чтобы он догадался сам, – произнес Дон.
– А он знает, что ты здесь? – спросил Майкл.
– Нет. Я сообщила ему, что хочу немного отдохнуть, но не уточнила, где именно. Но мы вдвоем приглашены в Италию, на виллу у озера Комо, на следующей неделе. Видимо, в качестве издателя Рэндела и его биографа. Великолепная вилла, роскошные комнаты.
– Ты увидишь Италию! – воскликнул Джей. – Ты не могла поехать со мной и Бет, но теперь ты ее увидишь!
– Мы вернемся, когда закончится рекламная кампания.
– А потом ты снова станешь знаменитой, – сказал Дон. – И Пол окажется мужем знаменитой писательницы.
Они выключили свет, разошлись по комнатам и стали готовиться ко сну. Через короткое время Бет постучала в приоткрытую дверь спальни матери:
– Можно?
– Заходи, – ответила Мэри. Она снимала косметику с лица, сидя за туалетным столиком.
– Я насчет Пола, – уточнила Бет. – Я зла на него: не могла бы ты поехать в Италию одна?
Мэри посмотрела на измазанную помадой салфетку в своей руке.
– Думаю, если смогу удержать его от пьянства… ведь ему действительно плохо одному: он не способен ничего написать.
– Но теперь-то он богат, а станет еще богаче. Мэри посмотрела на свое отражение в зеркале.
– Он свихнулся на сочинениях Рэндела, то есть, конечно, на моих сочинениях. Ведь именно это и сблизило нас в самом начале… даже больше, чем любовь… даже крепче. – Глаза Мэри следили за неоновыми красными отблесками нью-йоркских реклам на занавесках комнаты. – Интересные разговоры… и любовь…
Мэри замолчала, глядя в зеркало. Бет подошла, чтобы обнять ее. Щека к щеке, они рассматривали свои отражения в зеркале.
– Не заезжай домой, – сказала Бет. – Отправляйся прямо в Италию.
– Мне нужно вернуться. Я должна закрыть дом, составить план действий.
– Может, кто-то из нас поехал бы с тобой…
– Он будет счастлив! – продолжала Мэри. – Он хочет быть приглашенным на «Виллу Криста» в Италии как представитель ученой среды! – Она улыбнулась Бет.
Бет улыбнулась ей в ответ и сказала отражению матери в зеркале:
– Спокойной ночи, Мэри Квин.
ГЛАВА 35
Мэри прилетела домой из Нью-Йорка. Была ночь, когда ее самолет совершил посадку. Ей не удалось увидеть затопленные дороги Небраски или деревья на набережных города, погрузившие свои ветви в разлившуюся после недели дождей воду реки.
Она позвонила по телефону Полу и сообщила о своем приезде. Прежде чем она успела нажать кнопку дверного звонка, он отворил ей дверь.
Она спросила, как его дела.
Он ответил, что прекрасно.
Она спросила, ужинал ли он.
Он ответил, что не ужинал, и внес ее багаж наверх.
Было поздно. Мэри устала и хотела есть. Она переоделась, а потом вернулась посмотреть, что есть в холодильнике. Она приготовила спагетти с соусом, салат из овощей. Когда Пол вошел на кухню, она стояла у плиты в фартуке поверх ее белого летнего платья.
– Ужин почти готов, – сказала она ему.
Он загородил ей проход, остановившись посреди кухни.
– Что происходит? – сказал он с раздражением в голосе. – Ты сбежала, и мы не провели факультетскую вечеринку…
– Прости меня, – произнесла Мэри. – Я забыла о ней.
– Забыла? – закричал Пол. – Забыла, что это мои коллеги? Что я собираюсь с ними работать? Я не могу слоняться весь день по дому или улететь отдыхать куда-нибудь. Я должен работать. Я должен преподавать. Я ученый, и у меня выходит книга!
Мэри ничего не сказала на это.
– На следующий день мне пришлось обзвонить дюжину людей, выдумать историю про внезапную болезнь Бет, сказать, что ты вылетела к ней в последнюю минуту, – так что мы даже не смогли заранее отменить вечеринку.
Мэри не смотрела на него.
– А как насчет этих ящиков с заметками Рэндела? – спросил Пол. – Ты сказала мне, где они, и я нашел их. Ты решила меня разыграть таким образом?
– Больше ничего нет.
– Как ничего? Где его заметки? – воскликнул Пол.
– Эти конверты с каракулями на них – единственное, что у меня всегда было от него.
– Каракули? Ты хочешь сказать, что он все тебе продиктовал?
– Ты увидел, что собой представляют его заметки, – ответила Мэри.
– Так сколько же этого в новой книге?
– Имя Рэндела стоит на обложке, я была издателем…
– Издатель! В этой книге масса деталей, описывающих Лондон, – деталей, которых Рэндел не знал никогда! Ты сама рассказывала мне, что он никогда не ходил по музеям, театрам – в дом Джонсона, дом Соуна…
