Читаем без скачивания Кровавая осень - Брайан Макклеллан

Фельдмаршал задумался и сел на стул.

– Чего он этим добивается? – пробормотал он.

– Кезанцы задавали себе точно такой же вопрос, когда вы напали на них во время перемирия.

Тамас снова вскочил на ноги:

– Это Ипилл нарушил перемирие, а не я.

– Кезанские офицеры думают иначе. С тех пор я переспала с четырьмя генералами, и ни один из них не считал, что перемирие нарушил Ипилл. Они убеждены, что это проделали вы с деливцами, чтобы вторгнуться в Кез и свергнуть Ипилла с престола.

– Я этого не делал, – покачал головой Тамас, удивляясь, с чего вдруг он начал оправдываться перед шпионкой.

Червячок сомнения прокрался в его мысли. Если это не Ипилл напал на адроанский лагерь и похитил Ка-Поэль, то кто же тогда?

У него не было времени на подобные размышления. Если Ипилл сбежал и бросил свою армию, это означало, что у него есть какой-то план. Хотел ли он силой заставить Ка-Поэль пробудить Кресимира или просто решил отступить к столице, чтобы поднять налоги и найти новых союзников среди стран Девятиземья, – уже не имело значения. Тамас должен как можно быстрее покончить с этим.

– Передайте генералу Арбору, чтобы подыскал вам место для отдыха, – бросил фельдмаршал через плечо. – Андрийя, приведи мою лошадь!

Он метнулся в палатку и переворошил все карты, отыскивая ту, что изображала Южное Адро.

Тридцать минут спустя Тамас зашел в палатку Сулема. Деливского короля окружали пять-шесть членов Королевского совета и пятеро генералов.

– Нам нужно поговорить, – начал Тамас.

Сулем одним движением руки прекратил недовольный ропот своих Избранных и военачальников.

– Всем выйти, – приказал он.

Через мгновение они с Тамасом остались один на один.

– Вы читаете по-кезански? – спросил фельдмаршал.

– Да.

Тамас передал ему письмо Ипилла, адресованное кезанским генералам. Сулем дважды прочитал написанное и внимательно рассмотрел печать.

– Могу я попросить моих Избранных проверить его подлинность?

– Всеми возможными способами.

– Вивия! – позвал Сулем.

Избранная с кожей карамельного цвета тут же появилась в палатке, выслушала задание и исчезла, прихватив письмо.

Тамас принялся шагать по палатке, стараясь привести в порядок мысли. Королевские печати всегда несут след магии, в какой-то степени охраняющей их. Поэтому генералы в любой момент могли убедиться в подлинности приказа. Тамасу не составило бы труда самому проверить печать, но он хотел, чтобы у Сулема не осталось никаких сомнений.

– Человек, написавший это, находился на грани отчаяния, – заметил деливский король. – Вас должен обрадовать такой поворот.

– Он пытается выиграть время, понимая, что мы не двинемся в Кез, после того как выпадет снег.

– И что это ему даст? Мои войска уже опустошили Янтарную равнину. Они отступят на зиму назад к Альватону и будут точить штыки для нового похода. Придет весна, и мы окончательно сломим кезанцев, как бы те ни сопротивлялись.

Тамас остановился. Он по-прежнему не хотел рассказывать Сулему о Кресимире и Ка-Поэль. Кроме того, он сомневался, что деливскому королю есть дело до бруданской армии, захватившей Адопест.

– Он может найти союзников. Если Старла или Нови вступят в войну на его стороне, это может продолжаться целую вечность.

– Нови не посмеет, – пренебрежительно махнул рукой Сулем.

Полог палатки приподнялся, и Вивия вернула королю письмо.

– Это рука Ипилла, – сказала она и скрылась тем же путем.

Тамас подошел к столу посреди палатки, сдвинул в сторону донесения и карты, развернул свою, с изображением Южного Адро, и старательно разгладил ее углы.

– Я не позволю этой войне затянуться.

– У вас есть план? – с любопытством обернулся к столу Сулем.

– Вероятно, кезанцы соберутся вот здесь, чтобы подготовиться к встрече с нами. – Тамас указал на северный вход в Сарково ущелье. – До них всего полдня пути. Предлагаю выступить сегодня ночью и весь день идти ускоренным маршем, чтобы застать их врасплох.

Деливский король нахмурился:

– Вы хотите помешать им укрепиться в Сарковом ущелье?

– Я хочу намного больше, – усмехнулся Тамас.

36

На следующий день после визита к Ускану Адамат взял экипаж и велел кучеру отвезти их с Соу-Смизом в Пороховую компанию Флеррина, что находилась где-то в западной части Адопеста. Тогда он еще не предполагал, что ехать придется далеко за пределы города.

Приблизительно в три часа дня они вышли из кареты и осмотрелись. Компания занимала два десятка самых разнообразных по величине и назначению зданий, расположенных прямо посреди поля на большом расстоянии друг от друга. От тракта к ним вела грунтовая дорога протяженностью в несколько миль. Между корпусами пробегала небольшая речушка, снабжавшая энергией фабричные механизмы.

На берегу реки, в нескольких сотнях ярдов от других построек, Адамат заметил черное пятно, похожее на фундамент стоявшего здесь когда-то здания.

Производство пороха – опасное занятие.

Адамат направился к самому большому корпусу.

На подходе к зданию его остановила женщина-охранница с мушкетоном в руках. Она была на полголовы выше Адамата, а шириной плеч не уступала иному кулачному бойцу. Длинные каштановые волосы закрывали ее лицо. Женщина прислонилась к двери и небрежным движением направила ствол оружия на ноги Адамата:

– Чем могу вам помочь?

Адамат заметил у нее на поясе дубинку. Интересно, много ли здесь еще охранников? Скорее всего, много. Таким компаниям необходимо тщательно скрывать свои секреты от конкурентов.

– Я хочу поговорить с Флеррином-старшим.

– Вам назначено?

– Нет.

– Какое у вас к нему дело?

– Нам нужно обсудить вопрос особой важности.

– Какой именно?

– Я могу рассказать об этом только самому Флеррину.

Женщина наклонила голову набок:

– Сейчас узнаю, свободен ли он. Как вас представить?

– Инспектор Адамат.

– Вы прибыли по заданию правительства?

– Да.

– Тогда отправляйтесь обратно и заранее договоритесь о встрече. Или приходите с полицией. Мы не нуждаемся в ваших идиотских инструкциях.

В идиотских инструкциях?

– Подождите, вы решили, что меня прислали с инспекцией?

– Вы сами так сказали.

Адамат рассмеялся и разгладил сюртук:

– Нет-нет. Я совершенно другой инспектор. Я расследую покушение на убийство.

– И вы полагаете, этого достаточно, чтобы зайти сюда?

Охранница скептически взглянула на него и переместила дуло мушкетона на полдюйма выше.

– Я полагаю, что мы неправильно поняли друг друга. – Адамат поднял руки в примиряющем жесте. – Мне нужно поговорить с Флеррином о его взрывчатом масле.

Теперь мушкетон уже нацелился в грудь Адамата.

– Тогда вы точно не войдете.

Неожиданно Соу-Смиз шагнул вперед и встал между Адаматом и охранницей.

– Опусти оружие, – прогрохотал он.

– Мне наплевать, что ты такой громила, я все равно…

– Опусти. Оружие.

Он шагнул ближе к охраннице.

– Успокойся, Соу-Смиз, нам не нужны неприятности.

Женщина чуть не выронила мушкетон.

– Вы сказали, Соу-Смиз? Кулачный боец?

– Да, это я, – прорычал тот. – И что дальше?

Лицо женщины расплылось в улыбке.

– Дядя Соу-Смиз! Это же я, Малышка Флеррин, дочка Флеррина Вышибалы.

Соу-Смиз медленно разжал кулаки.

– Та самая Малышка? – недоверчиво фыркнул он. – Ты все растешь и растешь.

Она усмехнулась в ответ:

– Мне тогда было лет десять. В таком возрасте люди быстро растут. Я не видела никого из нашей труппы, с тех пор как папа перевез нас сюда и основал пороховую компанию.

– Никогда бы не подумал, что Флеррин станет химиком, – признался Соу-Смиз.

– Наукой больше занимается мама. А папа готовит смеси. То есть готовил раньше. Два года назад ему оторвало взрывом кисти обеих рук. Теперь он следит за другими рабочими и управляет всем делом, а мама уехала в Фатрасту.

Адамат встал рядом с Соу-Смизом, опираясь на трость.

– Так мы можем поговорить с вашим отцом?

– Соу-Смиз, а у нас не будет из-за этого неприятностей?

Кулачный боец оглянулся на Адамата, тот задумчиво постучал пальцами по рукоятке трости. Трудно сказать. Если Флеррин делает взрывчатое масло, он мог быть замешан в покушении на Рикарда. Но ему не обязательно рассказывать об этом.

– Мы всего лишь распутываем один след, – покачал головой инспектор. – Думаю, вы больше никогда не услышите о нас.

Малышка кивнула и открыла дверь.

– Ничего не трогайте здесь, – предупредила она. – Мы стараемся не держать готовый порох в главном корпусе, но осторожность никогда не бывает лишней.

Они вошли в помещение, где прежде, вероятно, располагалась огромная конюшня, почти на сотню лошадей. В бывших стойлах хранилось сырье, на каждой двери мелом было помечено, что именно здесь находится. Повсюду стояли бочки и ящики с серой, селитрой, глицерином, азотной кислотой. По всему полу были разбросаны опилки и солома, которыми прокладывают ящики при перевозке.