Это – к спору последних лет о том, кто виноват в гибели Западной группировки 33-й армии под Вязьмой. Часть военных историков склонна приписывать чуть ли не злодейскую роль командующему Западным фронтом Жукову: он-де сунул генерала Ефремова под Вязьму с тремя дивизиями и погубил его там, в окружении, не помогая ни боеприпасами, ни продовольствием, ни ударами с внешней стороны котла. Спор принял оттенок политический. А потому к истине не приведет. К сожалению, легковесную, поверхностную информацию о 33-й армии и роли в ее судьбе генерала Жукова выдает и телеканал «Звезда». Модно поругать Маршала Победы, подергать его за полы шинели… Документы же и факты того периода дают более или менее объективную картину периода боев в районе Вязьмы, Варшавского шоссе и Юхнова. В книгах о 49-й и 43-й армиях я старался публиковать все документы, которые попадались в руки, о событиях под Вязьмой и судьбе Западной группировки 33-й армии.
Как видно из вышеприведенного документа, комфронта предостерегал своих подчиненных от опасности отсечения авангардов от основных сил.
В феврале 1942 года войска группы армий «Центр» провели почти одновременно целую серию частных операций по отсечению и уничтожению вклинившихся в их оборону советских войск.
26 февраля 1942 года бои на Варшавском шоссе в районе Зайцевой Горы вспыхнули с новой силой. Ударная группировка, которую собрал генерал Болдин из пополненных дивизий и частей, начала наступление на опорные пункты Узломка и Медвёнка. В атаку пошли пополненная маршевыми ротами 413-я стрелковая дивизия генерала Терешкова при поддержке танков 112-й танковой бригады полковника Гетмана.
112-я танковая бригада, переформированная из 112-й танковой дивизии в начале января и к празднику Красной армии 23 февраля получившая новые танки Т-34-76, по сути дела, решила исход боя за Узломку. Бригада потеряла несколько машин на окраине деревни от огня противотанковой артиллерии, но вскоре ворвалась на улицы, круша все на своем пути.
Потери 413-й дивизии были более значительными.
Медвёнку в этот день немцы не уступили.
А за линией Варшавского шоссе, севернее, в районе населенного пункта Ключи, подразделения 9-й воздушно-десантной бригады [89] тем временем атаковали позиции 10-й моторизованной дивизии и, имея успех и большие трофеи, вышли в заданный район для соединения с 50-й армией. Уже пришла разведка десантников, присланная командиром бригады полковником Иваном Игнатьевичем Курышевым. Но генерал Болдин не смог сделать ничего. Оборона противника по линии Варшавского шоссе оказалась для его дивизий неприступной. Что и говорить, звездный час генерала Болдина миновал.
27 февраля 1942 года на участке Узломка – Медвёнки стороны обменялись атаками с участием танков и, оставив на снегу десятки убитых и раненых, а также горящие боевые машины, отошли на исходные.
В начале марта правее, в полосе действий соседней
49-й армии, измотанные непрерывными атаками наших войск, немцы начали отводить свои войска от Юхнова. Опасность того, что 50-я армия и части 4-го воздушно-десантного корпуса вот-вот додавят немецкие опорные пункты в районе населенного пункта Кавказ, заставили их оставить Юхнов. В противном случае юхновская группировка оказалась бы отрезанной на выступе, на южной окраине которого находился город.
В день вступления авангардов 49-й армии в горящий Юхнов ударная группа 50-й армии вновь атаковала противника в районе деревни Кавказ. И вновь не добилась успеха. Несколько тридцатьчетверок было подбито и сожжено. Немцы нашли управу на советские Т-34 – подвели и замаскировали несколько 88-мм зенитных орудий. Они-то и остановили танковую атаку 112-й бригады. Пехота, видя, как захлебнулась атака танкистов, тут же залегла и начала откатываться назад.
К середине марта обе стороны, понеся значительные потери, ослабили активность. Наступила оперативная пауза.
Немцы выводили потрепанную 10-ю моторизованную дивизию во второй эшелон в район Милятина.
50-я армия была усилена еще одной дивизией. Правда, уже изрядно потрепанной. 385-я стрелковая дивизия прибыла на калужскую землю из Киргизии. В ее полках были солдаты из Таджикистана, Узбекистана, Туркменистана, Киргизии, Казахстана. Но в основном – русские. В историю Великой Отечественной войны эта дивизия вошла как дивизия, которая никогда не отступала со своих позиций. Так же стойко она сражалась и под Зайцевой Горой. В 50-ю она была передана из состава соседней 10-й армии.
Ставка начинала новое наступление на Вязьму и Ржев. Главная роль в этом наступлении отводилась 50-й армии. Ей передавались пять стрелковых дивизий и две танковые бригады.
Генерал Болдин получал огромную силу. По сути дела, новую армию при 120 танках и большом количестве артиллерии и минометов.
Получил и задачу: «Общими усилиями 43, 49 и 50-й армии, усиленной из резерва Верховного Главнокомандования пятью стрелковыми дивизиями и двумя танковыми бригадами, не позднее 27 марта очистить от противника пути подвоза 33-й армии и группы Белова, соединиться с ними и в дальнейшем уничтожить группу противника в районе Рыляки, Милятино, Вязьма; одновременно силами 5-й армии завершить прорыв северо-восточнее Гжатска и не позднее 1 апреля овладеть г. Гжатск, после чего ударом на Вязьму содействовать 43, 49 и 50-й армиям в уничтожении противника в районе Вязьмы…» [90] .
На этот раз задача была поставлена более конкретная и реальная. К тому же она обеспечивалась свежими дивизиями и танками. Генералу Болдину судьба дарила шанс. Пусть даже не блеснуть своими полководческими качествами, а просто добросовестно выполнить приказ. Ресурс был. И достаточный. Дивизии, которые передавались 50-й из резерва Верховного главнокомандования, были переброшены из Забайкалья, Казани, Алтайского края, Приморья и Ташкента. 11-я и 108-я танковые бригады были уже обстрелянными в боях под Москвой, бывалыми подразделениями, пополненными новыми боевыми машинами и экипажами.
Под рукой у генерала Болдина в тот период была собрана самая мощная на Западном фронте танковая группировка. Именно этим тараном предполагалось пробить наконец брешь на север, в район Вязьмы, соединиться с действовавшими там в окружении войсками Западной группировки 33-й армии, 1-го гвардейского кавалерийского корпуса и десантными бригадами.
40-й и 43-й армейские корпуса 4-й полевой армии генерала Хейнрици тоже проводили перегруппировку, пользуясь временным затишьем.
Всем было ясно, что эта пауза долго не продлится.
В конце марта те танковые бригады, которые находились в районе боев, своими основными силами заняли исходные на восемнадцатикилометровом участке фронта в районе Зайцевой Горы (высота 245,5) и Фомино. Другие еще только разгружались на тыловой станции Дабужа или находились в пути. В пути были и основные силы резервов. Первой в район боев прибыла 116-я стрелковая дивизия полковника Василия Акимовича Самсонова. Она успела только ко второй атаке.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
