не предусмотришь. Скорей всего, пришельцы даже могли продлять жизнь тем, кто им служит. Беда в том, что то непонятное излучение, которое поставили чужаки для своей безопасности — оно, сказывается на людях далеко не лучшим образом, и в результате среди них пошли мутации, причем о некоторых из них лучше не упоминать…
Тем не менее, какой бы долгой не была жизнь тех, кто охраняет сон инопланетян, но ресурсы человеческого организма все же ограничены, и нужны те, кто придет на смену выбывшим, а с потомством у тех дела складывались плохо. Новые люди здесь почти не показывались, да и выбор кандидатов в будущие охранники инопланетян был небогат — охотники, старатели… Ясно, что попавшие сюда люди были не в восторге от своей предлагаемой судьбы, но каким-то образом желающие охранять сон чужаков все же находились, хотя у каждого была своя причина остаться здесь. Одним из таких гм… избранных оказался Яков Иннокентьевич. Больше того — он даже, если можно так выразиться, женился на некой особе, предки которой всю жизнь прожили подле этого места, и которую при всем желании не назовешь совершенством. Как итог, в результате родилась дочь, которую Яков Иннокентьевич, любитель древнегреческой мифологии, дал имя Ананке — предопределенность. Правда, девица была непростая, из числа тех, от одного вида которых жениха может хватить инфаркт…
И вот теперь в руки Якова Иннокентьевича попали мы…
— Ни хрена себе… — старый охотник только что в затылке не поскреб. — Расскажи мне кто другой о таком — ни за что бы в это не поверил!
— У меня осталось множество вопросов… — протянул Кот.
— И у меня не меньше… — кивнул Кром. — Только наш дорогой Яков Иннокентьевич отвечать на них не пожелал, обещая просветить меня на интересующие темы когда-нибудь позже. Как вы понимаете, меня такое не устраивает.
— Что ему от нас надо?.. — спросила я.
— Так сразу и не скажешь… — заговорил Кром, но Тимофей Михайлович его перебил.
— Да чего ты там тянешь и тень на плетень наводишь, скажи прямо — Илларионович положил глаз на твою невесту, а тебя он собирается пристроить к своей доченьке. Это сразу было понятно, без пояснений. Та зубастая зараза, как я понял, до мужиков весьма охоча, и в свое время и на Никиту глаз положила — это я позже сообразил, когда здесь оказался и вспоминал то, что он мне говорил, а в свое время я не мог взять в толк, что он пытается мне сказать.
— В общем, мое мнение — пора отсюда уходить… — сделал вывод Кром. — И побыстрей, задерживаться здесь не стоит. Мы уже имеем общее представление о том, что тут происходит, для отчета вполне хватит, а с остальным пусть начальство разбирается. К тому же я не горю желанием стать объектом для примитивных экспериментов в области наследственности. Правда, перед уходом нам не помешало бы потолковать по душам с Яковом Иннокентьевичем.
— Знать бы еще, как покинуть это место… — вздохнула я. — Интересно, как Никита сумел уйти отсюда?
— Слышь, парень, почему у тебя невеста такая бестолковая?.. — Тимофей Михайлович повернулся к Крому. — Хотя у некоторых баб, и верно, ума немного.
— С чего вы сделали такой вывод?.. — даже обиделась я.
— Да потому что твои друзья давно сообразили, как Никита отсюда ушел… — усмехнулся тот. — Если пораскинуть умом, то тут все просто. Правда, это стоило бедному парню немало — пришлось согласиться на встречу наедине с этой зубастой змеюкой. Как я понял, Никита раньше каким-то новомодным спортом увлекался, где руками и ногами дерутся, и знал, где на теле человека есть опасные точки, в которые если умело ткнуть, то противника до смерти довести можно. Вот парень и рискнул. Как видно, кое-что у него получилось, раз он сумел покинуть это место, хотя при этом был изодран едва ли не в лоскуты. Говоря откровенно, я вообще не понимаю, как он сумел уйти так далеко. Ну, а красотку с зубами, по всей видимости, так быстро не угрохаешь, живучая оказалась. Хотя всем известно, что именно в воде не тонет.
— Ясно… — мне нужно было хоть что-то сказать.
— Вот и хорошо… — Кром взял инициативу в свои руки. — Ничего особенного придумывать не станем, мы с Котом будем действовать по заранее отработанной схеме, а вы… Главное, нам не мешайте…
— А если этот хмырь не поверит?
— Думаю, что он все же немного потерял связь с реальностью, а значит, может и получиться.
Утром я с замиранием сердца ждала появления Якова Иннокентьевича. Впрочем, остальные тоже были настороже — знали, что если все сорвется, то следующего шанса мы можем и не дождаться. А, вот, кажется, мы слышим его шаги…
Когда к нам приблизился Яков Иннокентьевич, то он увидел, что я едва ли не рыдаю, а Кром гладит меня по плечу и говорит что-то успокаивающее. Кот сидел в стороне и делал вид, что все происходящее его не касается.
— Ну, молодые люди, что у вас тут происходит?.. — поинтересовался он.
— Ничего… — всхлипнула я.
— Яков Иннокентьевич, я согласен с вашим предложением… — заговорил Кром. — И даже хотел бы обсудить его более подробно. Но вот Ника…
— Отстаньте от меня!.. — истерично взвизгнула я. — И не смей дотрагиваться! Я не хочу здесь больше оставаться! Хочу домой!
— Ну, вот видите… — Кром растерянно посмотрел на Якова Иннокентьевича, всем своим видом показывая, что он тут не причем, и без того делает все, что в его силах.
— Деточка, а можно так не кричать?.. — поинтересовался мужчина. — Я не люблю шум.
— Как я вас всех ненавижу… — я уселась на пол и зарыдала в голос, причем слезы полились без всяких усилий с моей стороны. Хм, а у меня, оказывается, есть артистический талант, а я об этом и не подозревала! Так, не стоит отвлекаться, надо думать о чем-то плохом, а то как бы слезы не закончились.
— Слышь, хватит орать, надоела!.. — рявкнул Кот. — И без того хреново, а еще и ты тут визжишь! Саша, заткни ей рот или вышвырни отсюда!
— А что я могу сделать?.. — теперь и Кром повысил голос. — Самому тошно!
— Никуда я не пойду, не пойду… — продолжала рыдать я, а Кром, явно выйдя из себя, схватил меня за руку и подтащил к решетке. — Яков Иннокентьевич, давайте я ее как-нибудь вытолкну, а вы уж сами с ней как-нибудь разбирайтесь!
— Это можно… — мужчину явно забавляло зрелище, которое разворачивалось перед его глазами. —
