волшебно, чувствовать его в себе! Глубоко! Так глубоко!
Он сразу стал двигаться, не быстро, так, чтобы ощущать каждый миллиметр. И он смотрел мне прямо в глаза. Не отрываясь. Я дышала с трудом. Стараясь крепче сжать мышцы там, удержать, сделать ему приятно. В конце концов, если его бывшая и была какой-то там супер-вагиной, почему и я не могла быть тоже уникальной? Пусть запомнит, как со мной хорошо! Что бы в следующий раз…
- Наташ. Не будет следующего раза. Я с тобой. Навсегда.
«Он сказал, что любит меня и не сказал, что это навсегда…»
Глупый был этот Жак Превер, хоть и великий поэт!
Когда говорят, что это навсегда – это очень приятно.
Даже если это не правда.
Глава 48.
- С Новым годом! С Новым счастьем!
Она была права, сначала президент, потом куранты.
Мы успели, вбежав в столовую, где был накрыт стол, буквально за две минуты «до», понятное дело, привлекая внимание всех, кто сидел за шикарным новогодним столом.
Супруга Алекса, конечно, постаралась - стол удался на славу. Я знал, что моя мама тоже принимала в этом участие – она у нас всегда с удовольствием занималась именно готовкой, смеялась, что нас – троих мужиков - не прокормить, и радовалась, когда родилась Дашка - помощница. Дашка действительно помогала и тоже переняла эту мамину любовь к созданию всяких вкусностей. Обычно во время наших застолий Даша брала на себя десерты.
Ну, я свой десерт уже получил так что…
Когда мы с феей вошли, все обернулись, но я сразу дал понять одним взглядом – это я умел! – что никакие намеки, смешки, словечки неуместны.
Наташа поправляла прическу и дико краснела.
- Не красней, все и так все поняли. – я прижался к ее ушку, отодвигая для нее стул.
- Как мне, по-твоему, не краснеть? Есть способ? Расскажи, заработаешь «нобелевку».
- Не горю желанием. Ты же знаешь, премию по математике не вручают, а я прирожденный математик. Ты же в курсе, что я собирался на математический? У меня до сих пор не плохие способности. Могу, например, рассчитать соотношение твоих эрогенных зон и зон, прикосновение к которым не вызывает у тебя реакции…
Она пихнула меня локтем в бок, и я заметил, что на нас снова все смотрят.
Ну, что? Да. Нам с феей только в цирке выступать.
Два клоуна, блин…
Я сел рядом и притянул ее к себе поближе, поймав одобрительный взгляд отца. Меня радовало то, что отец принял Наташу. И мама, кажется, тоже.
Это было важно.
Я прижался к ее волосам, вдыхая аромат.
Фак, она пахла…пахла сексом! Конечно, это чувствовал только я, но… Каково мне было сидеть спокойно рядом с ней, когда хотелось быть в ней?
У меня было желание поскорее закончить со всеми этими праздничными делами и вернуться в апартаменты, в спальню, в кровать, и держать ее там, по крайней мере до конца всех праздников. Или вообще не выпускать…
Мы слушали речь гаранта, потом под бой курантов открывали шампанское. Кричали поздравления, обнимались…
- С Новым годом, Капитан Америка!
- С Новым годом, рыжая фея!
- Кстати, ты так и не сказал, почему фея?
- Разве? А ты так и не сказала почему Капитан Америка!
- А я не обещала!
- Неужели? Обидно. Но все-таки?
- Я первая спросила!
- Ну, хорошо… Фея, потому что… мне кажется, что я уже говорил, разве нет?
- Может быть, но я не помню, скажи еще раз!
- Фея. Не знаю. Наверное потому, что ты в тот момент была сказочная.
- Это как?
- Красивая. Милая. Такая… романтичная.
Она засмеялась, откидывая голову.
- Да уж! Особенно после того как сказала, что меня можно отыметь!
- И ведь обманула! Не дала! – я опять прижал ее, дотронувшись губами до макушки.
Аромат! Чистый секс! Снова ударил в голову! Как мне продержаться?
- Зато как все весело получилось? Разве нет? Есть что вспомнить. А так… было бы так же, как со всеми остальными.
Тут она не права. Так же – определенно не было бы!
Твою мать, почему я надел такие тесные брюки?
- Глупенькая…
Она глотнула шампанского, потом спросила, что мне положить. Стала выбирать для меня закуски.
Я с удовольствием съел бы ее.
Чем больше пробовал – тем больше хотелось.
Она о чем-то говорила с Женей, а я просто смотрел, видимо, с глупой улыбкой, потому что перехватил взгляд сестры, которая, глядя на меня тоже улыбалась.
Фак.
- Интересно, а если бы я оскорбилась? Обиделась, еще там, на террасе. Влепила бы тебе пощечину. И ничего бы этого не было, а?
- Пощечину? Сомневаюсь. Ты не агрессивная. Наверное.
- Наверное? Хочешь проверить?
- Нет, спасибо.
Мы смотрели друг на друга, и я понимал, что все изменилось. Вот с этих минут, с отсчета нового года, нового времени – все, все изменилось… И… меня это не пугало. Совсем.
- Ты жалеешь?
- О чем? О том, что связался с феей? Конечно, жалею.
- Я так и знала! Ну, я сразу просекла, что ты чудак…- она снова мило улыбалась, хотя я чувствовал, что ее снова что-то мучает.
- Что?
- Ничего.
- А правда?
- Всех приглашают под елку, к подаркам, пошли?
Действительно вся компания встала из-за стола, Дашкины дети первыми бросились к праздничному дереву, под которым лежала гора самых разных коробок.
На нас с Наташей, слава Богу, больше никто не обращал внимания.
Зачем я сказал, что жалею?
- Наташ, подожди. Я пошутил. Прости. Я не жалею. Я…
Она прижалась ко мне, взяв в руки мое лицо.
- Я знаю, Устюгов, знаю!
Целовала ли она меня первая раньше? Я не помнил, может быть да. Но этот новогодний поцелуй стал лучшим подарком.
- Я люблю тебя, Андрей. Знаешь, что бы там ни было дальше… Люблю. И спасибо тебе за это чудесное время вдвоем.
- Ты… ты как будто прощаешься со мной?
- Нет! Ты что? Ты теперь от меня так просто не отделаешься, Капитан Америка!
- Ты, кстати, тоже! Да, почему все-таки «Марвел»? Капитан Америка?
- Ты тогда по телефону говорил, по-английски, с таким явным американским акцентом – просто вау! «Йа ест амэрикански шпиён!»
- Да ладно тебе! Издеваешься!
- Немного. Но говорил красиво, я даже позавидовала. Сколько я занимаюсь языком - преподаю, учу, прокачиваю, но вот так
