силой Скверны, но он уже обречен.
А сам Дармидус, чуть ли не плюща переговорный амулет в руках, визгливо отдает приказ.
Залить огнём ксуровы Лютики и посмевшего устроить покушение мерзавца Аша! Сжечь! Испепелить! Обратить в пепел! …
— Да понял я, понял! — прохрипел я, вываливаясь из обрушившихся на меня видений, посланных не то Сетью, не то Смертью. — Скромнее нужно быть, скромнее.
Подумать только, прошёлся практически по краю! И ведь в любой момент все могло пойти совершенно по-другому…
Да уж, это было… отрезвляюще. Эдакое напоминание, что кто-то или что-то ведет меня чуть ли не за ручку…
Впрочем, в себя я пришел достаточно быстро и, пообещав себе подумать об этом позже, склонился над телом Лар’Тарго.
Пусть Кольцо Некроса и проклятое, но мне пригодится!
К слову, недурно было бы пошариться по кабинету Дармидуса, наверняка у него в загашниках горы артефактов…
Вот только мне не до этого — надо срочно бежать в город. Ведь пока мы здесь, я то и дело чувствую злые всполохи магии Смерти. А это значит, что Зарыш все-таки бросил в бой немертвых…
От мыслей меня отвлек скрип входной двери, и на пороге появился напряженный Корзин.
— Не буду оправдываться, — маг избегал смотреть мне в глаза, — но мне нужно…
— Да ищи это противоядие на здоровье, — отмахнулся я. — Кстати, Дармидус хотел вас всех слить сегодня-завтра, так что ты бы его не дождался.
Корзин недовольно поморщился, но мое тыканье стерпел. Да и вообще, казалось, что для него сейчас важно только одно.
— Тогда…
— Поклянись, что не предашь заставу и Аша ещё раз и делай здесь все, что угодно, — устало отозвался я. — Псы и нежить пошли на финальный штурм, без магов и артефактов нам не сдюжить. Что до отправки… Герасим поможет. Вне зависимости, останешься ты жив или нет.
— Не дай Сеть тебе оказаться на моем месте, — глухо произнес Корзин. — Я все сделаю. Дай мне только пять минут, чтобы найти противоядие.
— Знаешь…
Хоть Корзин и строил из себя сурового мага, но, судя по его ауре, он уже долгое время пожирал себя изнутри. И мне неожиданно захотелось ему помочь.
Даже несмотря на его предательство и косвенную вину в смерти многих хороших ребят.
— Я не могу тебя судить, поскольку сам не знаю, как бы поступил на твоем месте, но… ты сильный маг и сегодня можешь спасти десятки, если не сотни жизней. И если ты все же решишь остаться, а не трусливо сбежать, то я обещаю — вылечу твоих родных.
Во время моей речи на лице мага и в его ауре словно на ускоренной перемотке пронеслись все пять стадии принятия: отрицание, гнев, попытка торга, депрессия и смирение. А под конец вспыхнула такая надежда, что я аж прищурился.
— Цветочная, пять, — ломающимся от волнения голосом произнес Корзин. — Это недалеко от Академии. — Я…
— Аш набирает отряд смертников, которые будут стоять до конца, — я перебил мага на полуслове. — Увидимся там… мастер Корзин.
Времени выслушивать исповедь мага у меня не было, как и, честно говоря, желания.
Я скинул больше ненужную мне шляпу и, обойдя застывшего соляным столбом Корзина, стремительно зашагал на выход.
И когда я преодолел уже половину коридора, в спину ударило хриплое:
— Буду!
Когда я оказался на улице, зона отчуждения уже вовсю кипела.
Маги и стражники носились, как угорелые, разбиваясь по отрядам, и, насколько я видел со стороны, бардак и хаос медленно, но верно превращались в порядок.
И неудивительно, ведь списки составлял де Грасс, опираясь на свою любимую статистику и вероятность.
А я в очередной раз убедился, что у Аша чуйка на таланты. Заметить и раскрыть неуверенного кадета до, по сути, главнокомандующего обороны — тут нужен талант!
И де Грасс не подкачал, отправив на дело меня и отряд Германа.
Не знаю, какой класс дала ему Сеть, но пока что все складывалось наилучшим образом.
Ставка Лар’Тарго оказалась захвачена нами практически без потерь — маги быстро поняли, что происходит, и сами расправились с самыми упертыми сторонниками Ков’Альдо и Лар'Тарго.
Да, некоторые, лишившись контроля со стороны Дармидуса, тут же сбежали, но большинство оказалось умнее и остались — по «подкове» уже гуляли слухи о том, что Дармидус был казнен по решению Налоговой.
Налоговой местные боялись, как огня, и это сыграло нам на руку.
В итоге, вместо того, чтобы потерять в этой вылазке своих людей и четыре отряда наемников из Города, мы, наоборот, усилились. Несколько десятков боевых магов — это не шутки.
Герман громко и четко распределял стражников по отрядам, и то один, то другой отряд, возглавляемый хмурыми погранцами, отправлялись в город.
Повеселевший Корзин, который, видимо, нашел противоядие, уже вышел на связь с Диксой и отправлял магов на самые жаркие направления.
Шизор подчистую выгребал запасы Лар’Тарго, и цепочка телег, битком набитых припасами, уже тянулась в Лютики.
Пусть поздно — по всполохам Смерти, которыми так и тянуло с севера, бой уже начался — но это все равно лучше, чем украдкой передавать из рук в руки корзины с зельями, ящики с арбалетными болтами и бочонки с огненной водой.
В общем, вопрос с тылом был решен окончательно и бесповоротно, и я, отсалютовав на прощание Герману, побежал на север — туда, где сильнее всего тянуло Смертью.
Казалось бы — все отлично. Решил проблему с Лар’Тарго, обеспечил пути отхода и даже получил ещё одну Грань! Но на сердце было тяжело.
Я бежал по туманным улочкам умирающего города и никак не мог понять, в чем причина плохих предчувствий.
До тех пор, пока не оказался на крыше казарм резервистов, где уже находились Аш с Зиданом, и откуда открывался отличный вид на Северный район Лютиков.
— Поздравляю, господа, — Аш был предельно собран и хмур. — У нас проблемы.
— Я бы сказал, — голос Зидана дрогнул, — крупные проблемы. Шансы на победу даже с учетом магов Корзина едва дотягивают до двадцати шести…
Двадцать шесть, на мой взгляд, это ещё отличные шансы.
Псы решились на финальный штурм и бросили на нас все свои резервы.
Ровные коробки легионеров, беспрепятственно двигающиеся по тому, что раньше было Имперской дорогой…
Прущая со всех сторон нежить — как простенькие зомби, так и умертвия с костяными гончими…
Но самое главное — мой оживший
