— Ради феса, почему мы все еще здесь? — сказал Коун.
— У нас есть работа, парни,— заверил их Корбек. Инструкции были просты. Найти Беати и доставить ее в Старый Улей. И, в особенности, ожидать по-настоящему плохие вещи. Из которых хуже всего, несомненно, была девятка.
Они больше не сражались. Они прятались. Скрытно, используя каждую крупицу Танитского умения ориентироваться, они пробирались сквозь руины Склона Гильдии. Они избегали приближающиеся отряды Кровавого Пакта, и прятались, пока красные танки с яркими фонарями с грохотом проезжают мимо. Когда обстоятельства вынуждали, были одна, или три, перестрелки, но затем все было строго – ударить и отступить.
Они работали в тенях и оставались в живых.
Корбек был рад иметь Маквеннера с собой. Он сбился со счета, сколько глоток Кровавого Пакта Вен перерезал этой ночью, пока вел их к точке. Не было никаких сомнений в том, что все они умрут здесь, на Херодоре, так или иначе. Так складывались шансы, и даже Варл или Фейгор не дали бы больше. К фесу, они собирались хорошо себя показать.
С накинутым поверх, как капюшон, плащом, Корбек побежал вперед по знаку Вена, пробегая мимо Оррина, Коуна, Коула и Ирвинна, сидящих в укрытии. Он добежал до угла улицы, и, использовал тени от горящего общинного холла, чтобы слиться с местность. Он поднял руку и сам подал сигнал.
Веддекин, Поноре, Силло, Андроби и Браун побежали по его следам, и скрылись в возвышающейся типографии слева от него. Затем Серч и Лоелл энергично пошли вперед, волоча пушку .50 и сумки с боеприпасами.
Корбек понесся к следующему укрытию. Он был бесшумен для большого человека. Рервал и Роскил прикрывали его, и затем плавно заскользили за ним.
Все трое бежали, друг за другом, к концу квартала. Танк, или что-то похожее, сровняло там с землей здание, и не осталось ничего, кроме разрушенных рокритовых секций и торчащей из них металлической арматуры.
Появился Маквеннер, легким бегом приближаясь к ним.
— Что-то типа крытого рынка там слева. Справа дорога заблокирована. Если мы пройдем по той боковой улице, то сможем спуститься дальше по склону.
— А мы можем пройти через рынок? — спросил Корбек.
— Я не осматривал его.
— Давай попытаемся. Корбек поднялся, и сделал пальцем сигнал назад. Затем он с Вном побежали вперед снова, с Брауном, Коулом, Силло и Роскилом позади.
У крытого рынка когда-то была стеклянная крыша, но ударные волны от обстрелов обрушили ее. Осталось несколько деревянных щитов. Продуктовые магазины и тачки торговцев внутри были закрыты на замки и ставни.
— Не выглядит многообещающе,— сказал Вен.
Корбек кивнул, и повернулся, чтобы пойти назад. Затем он остановился. Он кое-что учуял. Запах был слабым, очень слабым, почти неслышимым из-за вони дыма и горящего топлива.
Что-то, похожее на корицу. Он отчетливо знал этот запах. Специфическая вонь. На Хагии, в Доктринополисе... когда это было? Четыре года назад?
Он никогда не забудет его. Он все еще был в его кошмарах. Тот момент в его жизни, какой никакое количество хороших снов не перебьет. Его и бедного парня Яэля. Пленники Инфарди. И того существа, того монстра в человеческом обличье. Того, кто подвергал пыткам Яэля всего лишь для того, чтобы слышать его крики.
Не может быть! Этот ублюдок уже давно мертв...
Корбек снова вдохнул: корица, пот, разложение. Слабые, но различимые.
— Прикрой меня,— сказал он Вену, и проигнорировал косой взгляд, которым его одарил разведчик.
Корбек вошел на рынок, держа лазган наготове. Он осторожно делал каждый шаг. Пол был усеян осколками стекла с крыши. На пределе нервов и так же хорошо, как и любой Танитский разведчик, он не делал ни звука.
Он крался, проверяя стороны. Дважды, он прыгал в тени и почти что не разряжал свое оружие. Запах становился сильнее.
Корбек увидел движение. Внизу, под тележкой торговца. Он обошел ее, держа одной рукой лазган, пока другой выуживал фонарик. Он заглянул за край тележки, и увидел двух детей, прячущихся между колесами. Маленьких, сгорбленных детей. Один из них махал рукой возле своей головы, как будто пытался оттолкнуть воздух. Корбек подошел ближе, и включил фонарик. Он посветил на детей резким светом фонарика, но они не вздрогнули. Он увидел их лица.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Ох, фес! — прорычал он.
Что-то ударило его сзади, тяжелая, мощная масса, источающая пот и корицу.
Корбек покачнулся вперед и опрокинул тележку.
Его придавила тяжесть. Он почувствовал боль от ножа в левом плече.
Корбек взвыл и ударил локтем назад. Тяжесть уменьшилась, и он перекатился, нащупывая свою винтовку. Он натолкнулся на детей... хотя он только мельком взглянул на них, он знал, что это не дети... и почувствовал, что они хватают его.
— Полковник? Сэр? — Корбек мог слышать крик Вена. Он услышал, как люди бегут вперед по осколкам стекла. Начался лазерный огонь.
Маквеннер прибыл первым, с Брауном и Коулом позади. Роскил и Силло были неподалеку. Коул уже стрелял, дырявя ставни продуктового магазина позади шаркающей двойни.
Двойня схватилась друг за друга и повернула свои слепые головы в унисон, смотря на Коула.
Шокирующая пси-волна ударила в него и сломала каждую кость в его теле. Его безвольная, обмякшая форма взмыла в воздух, как тяжелый ранец, и вылетела через крышу рынка, разбивая поддерживающие балки с тошнотворным хрустом.
Корбек быстро встал и огляделся. Он увидел проблеск зеленого шелка и блеск обнаженных клыков.
— Грех! — закричал он, и выбросил кулак вперед, который попал Патеру Греху в лицо. Огромный Инфарди рухнул с грохотом, разбив еще две тележки. Пуговицы и бусы рассыпались по полу.
— Патер Грех! — снова крикнул Корбек, и бросился к катящейся тележке. Двойня услышала его крик, и повернула свой головы в его сторону. Пси-удар зацепил его, и он кувырком влетел в ставни магазина на дальней стороне прохода. Он сломал несколько досок и упал на землю.
Маквеннер прыгнул на Греха, когда тот пытался встать. Они яростно сцепились, и разведчик опять опрокинул его на землю. Грех выбросил вперед татуированную руку и ударил Маквеннера сбоку.
Двойня открыла рты, и жужжание полилось потоком. Браун и Роскил остановились и закачались, кровь хлынула у них из носов и ушей. Роскил поднял свой лазган и выстрелил Брауну между глаз. Затем он, пьяно покачиваясь, повернулся и прицелился в Силло, который пятился назад в ужасе.
Последовала автоматическая лазерная пальба. Маквеннер стоял на одном колене и стрелял. Двойня ударилась о стену позади них одновременно, и сползла вниз, оставляя липкие полосы крови.
Роскил, с изжаренными мозгами, осел, когда они умерли.
Взвыв, Патер Грех бросился на Корбека. Его смертоносные импланты заскрежетали и кусали Призрака в шею. Корбек отбросил Греха левой рукой, нащупывая правой что-нибудь полезное, что можно использовать против маньяка. Что-нибудь. Все, что угодно.
Его пальцы схватились за что-то металлическое и твердое. Он до феса надеялся, что это его боевой нож. Он вытащил это и ударил Греха сбоку черепа. Это не вонзилось, но удар отбросил Греха назад на секунду.
Это совершенно не было серебряным клинком Корбека. Это был трубчатый заряд.
Корбек выругался и вздрогнул, когда Грех снова подался вперед. Его огромное тело придавило Корбека, и его аугметические клыки обнажились, чтобы вырвать глотку врагу.
Корбек запихнул трубку в раскрытый рот, когда Грех собирался укусить. Его острые зубы глубоко вошли в металлическую оболочку. Грех пытался вытащить ее. Корбек ногами уперся в торс Греха и отбросил от себя. Обрывок ленты детонатора остался между пальцев Корбека.
— Это за Яэля, фесомордый! — крикнул Корбек, когда бросился на землю.
Трубчатый заряд, застрявший в зубах Патера Греха, взорвался.
Перепачканный останками Греха, Корбек поднялся. Он поспешил к Маквеннеру, которого бросило на землю взрывом.
— Прикончил ублюдка,— сказал Корбек.
Каффран внезапно осознал, на что он смотрит. Он занял позицию на боковой улице, и сгорбился в укрытии, пока Призраки передвигались позади него. Впереди было темно и пусто, из-за массивной тени от громады акведука, который тянулся над головой, вниз по склону к нижнему городу, туда, где ночь освещалась оранжевым огнем.
