Читаем без скачивания Млечный Путь, 21 век, No 2(47), 2024 - Наталья Владимировна Резанова

Только бьются, как рыба на суше...

И все же он признавался себе, что принадлежит не Воздуху, а Земле:

Иное счастье мне дано -

Быть горечи земной поэтом.

Там, где другие говорили о высокой философии, он писал о ежедневном быте:

Но я пишу, как пишут завещанье,

Я вас пишу, как пишут свой дневник....

Поэт как бы постоянно оправдывался, почему он на первое место ставил свои технические способности. При этом он все же доказывал себе и другим, что и его врожденная стихия необходима человечеству:

Не презирай свой темный труд

Существованье в грубом мире

От камня, канувшего в пруд,

Круг на воде и звук на лире...

Весы

Иоганн Петер Уц (11 языков, 3.10-1720-1796, 6 в Весах) - ведущий представитель "немецкой анакреонтики". В центре его поэзии стоит философская мысль, и он известен переводами Анакреона и Горация. О его лирике писали, что Уц тщательно работал над языком и формой своих произведений, добиваясь особого изящества, грациозности и остроумия. Его ода "Теодиция", ставшая парафразой одноименного трактата Лейбница, относится к "мысли-поэзии".

Проспер Мериме (67 языков, 28.9.1803-1870, 5 в Весах) широко известен как автор новеллы "Кармен". Как и многие представители Воздуха, он был разносторонне одаренным человеком: поэтом, эрудитом, эстетом, художником, политиком, историком, юристом и этнографом. В литературе Мериме дебютировал как поэт своей книгой-мистификацией с длинным названием "Гусли, или Сборник иллирийских песен, записанных в Далмации, Боснии, Хорватии и Герцеговине" (1827) или сокращенно "Гузла". Стихи были написаны в духе народного творчества, якобы собранного автором в Далматии. Несмотря на то, что на самом деле Мериме не переводил народные песни, а сочинил их сам, сборник был воспринят как фольклор и впоследствии пополнялся им в 1829 и 1842 годах. Песни из "Гузлы" также вызвали особый интерес Пушкина (Близнецы, Воздух), и несколько из них он перевел на русский язык. Знаменитая фраза из этого перевода "Чего ты ржешь, мой конь ретивый?" стала крылатой и воспринималась исконно славянской.

Как и для Уца, мышление для Мериме оставалось самым важным аспектом в жизни. В Письмах к незнакомке, ставших литературно-историческим монументом, он писал своей подруге: "Если когда-нибудь у Вас возникнет вдруг желание изучать историю мышления людей, это куда интереснее, нежели история их поступков". Далее Мериме развивал идею о том, что мысли и записанное слово важнее физических контактов: "Мы знаем друг друга даже больше, чем люди, которые часто видятся в свете, с тех пор как стали достаточно свободно обмениваться мыслями в письмах".

Мериме представляет интерес для темпорологии и тем, что дружил с Виктором Гюго, чья жена и первый биограф Адель Фуше (11 языков, 27.9. 1803-1868, 5 в Весах) была селестиальным близнецом Мериме.

И еще примечательно то, что сохранились впечатления о Мериме, написанные его другом, выдающимся писателем и поэтом Иваном Тургеневым (Скорпион, Вода): "Похож на свои сочинения: холоден, тонок, изящен, с сильно развитым чувством красоты и меры и с совершенным отсутствием не только какой-нибудь веры, но даже энтузиазма".

В этом портрете запечатлено полное отсутствие стихии Воды (вера) и Огня (энтузиазм) при доминировании Воздуха (изящность и красота).

Скорпион

Георгий Иванов (18 языков, 10.11.1894-1958, 5 в Скорпионе) - один из крупнейших поэтов первой волны русской эмиграции.

Дела Земли и мысли Воздуха отступают в его поэзии на задний план, освобождая место чувствам Скорпиона (Вода):

Сознанье, как море, не может молчать,

Стремится сдержаться, не может сдержаться,

Всё рвётся на всё и всему отвечать,

Всему удивляться, на всё раздражаться.

Многое в Земном мире огорчает Скорпиона, и в безбрежный океан жизни его душа добавляет свои капли слёз:

Кто плачет так? И почему?

Я вглядываюсь в злую тьму,

И понимаю не спеша,

Что плачет так моя душа

Скорпион находится в постоянном поиски животворящей Воды, в полной уверенности в возможность сотворения "нечто" из ничего:

В награду за мои грехи,

Позор и торжество,

Вдруг появляются стихи -

Вот так... Из ничего.

Но стихи для Водного поэта не столько важны мыслями, сколько таящейся в них музыкой:

И ничего не исправила,

Не помогла ничему,

Смутная, чудная музыка

Слышная только ему.

В итоге судьба многопланетника Скорпиона верить в то, что хотя бы после смерти, его когда-нибудь поймут:

Но я не забыл, что завещано мне

Воскреснуть. Вернуться в Россию - стихами.

Стрелец

Афанасий Афанасьевич Фет (35 языков, 5.12.1820-1892, 6 в Стрельце) - поэт-лирик. По мнению Некрасова (Стрелец, Огонь), Фет был единственным поэтом, способным конкурировать с Пушкиным.

Если душа Иванова хотела плакать, чтобы стать каплей в море, то душа Фета хотела стать звездой, чтобы разгадать язык звездных световых посланий:

Всю ночь прогляжу на мерцанье,

Что светит и мощно и нежно,

И яркое это молчанье

Разгадывать стану прилежно.

Общение со звездами было 6-планетнику в Стрельце ближе, чем общение с людьми:

От людей утаиться возможно,

Но от звёзд ничего не сокрыть.

В представлениях Фета "Дело поэзии или вообще художества воспроизведение не предмета, а только одностороннего его идеала". На смену живым людям приходили их идеализированные бесплотные образы:

Предо мною твой образ, твой дивный скользит,

Словно ты из лучей создана.

Литературоведы отмечали, что Фету не повезло, и он "пострадал от смены духа времени". Как было показано в цикле бесед "Чему нас может научить темпорология", по часам Сатурна-Юпитера Фет родился на рубеже смены эпох Огня и Земли. С 1821 по 1840 годы, когда засиял искрометный талант молодого Фета, как раз был последний всплеск доминирования стихии Огня, что совпало с "дарами" Стрельца Фету. Но затем наступил век непрерывного доминирования Земли. Талант Фета стал невостребованным. Поразительно, как это