— Доброе утро! — Брэг разложил дичь рядом с растянутыми для просушки шкурами.
Миранда без улыбки мельком взглянула на мужа. Он подошел к ней и повторил:
— Доброе утро.
Она отложила в сторону куски раскроенной кожи, которые только что начала сшивать, и встретилась с ним взглядом. Ее лицо выглядело озабоченным и усталым, и ему очень не понравились темные круги под глазами.
— Вы не заболели?
— Нет.
Брэг испытующе поглядел на нее, но Миранда принялась перебирать куски кожи, и он только пожал плечами. Ясно одно: что-то неладно. Может, она сердится на него из-за вчерашней настойчивости? Черт побери, это было его право. Он и так уже перешел все границы возможного. Ни один муж не мог бы быть более понимающим и заботливым. Брэг отошел, чтобы разделать зайцев, и удивился, когда жена последовала за ним и опустилась на колени напротив.
— Что это вы?
— Я хочу посмотреть, — ответила она. — Разделывать дичь — это женская работа. Вы меня научите?
Дерек, сам того не ожидая, улыбнулся. Зачем ей это нужно?
— Миранда, оставьте это. — Я сам все сделаю.
— Но вы, наверное, предпочли бы, чтобы это сделала я? — Она смотрела ему прямо в лицо своими необыкновенными глазами.
Брэг никогда не лгал ей и уж точно не собирался начинать сейчас.
— Да.
Она чуть улыбнулась.
— Тогда покажите мне.
Брэг внимательно посмотрел на жену, пожал плечами и одним взмахом ножа отрезал зайцу голову. Он не смотрел на Миранду, но чувствовал, что ей не по себе. Быстро и ловко отделил лапки. Еще через секунду надрезал шкуру на лапках и от грудки до хвоста. Еще секунда — и он полностью содрал шкурку.
Миранда вскрикнула и спотыкаясь отошла. Ее вырвало.
Брэг уселся на пятки. Что ж, он ее предупреждал. Миранда слишком нежна для этого. Он просунул руку в полость живота, вытащил внутренности, бросил их в кучу отбросов и отложил зайца в сторону.
— Простите меня, — сказала Миранда, возвращаясь. Вид у нее был совсем жалкий.
— Забудьте об этом, — посоветовал Брэг. — Я же говорил, что сам справлюсь с дичью.
Он взял второго зайца, отхватил ему голову и взглянул на Миранду, все еще стоявшую рядом?
— Лучше бы вам заняться снова своими делами.
— Нет, — сказала она, подходя еще ближе. — Я хочу сделать это.
— Миранда!
Она решительно опустилась на колени и забрала у него нож, при этом страшно побледнев и с явным усилием сглотнув слюну. Дереку стало смешно. Он снова уселся на пятки и стал ждать. Прошло несколько секунд.
— Ну?
— Он еще теплый. Брэг отобрал у нее нож.
— Вам совершенно незачем этим заниматься, — заявил он. — Вы слишком чувствительны. Думаю, мне бы и не хотелось, чтобы вы стали другой.
Миранда посмотрела на него сквозь слезы.
— Дайте мне нож, — потребовала она.
— Что, черт возьми, вы пытаетесь доказать?
Она взяла нож. Стиснув зубы, сделала разрез на шее.
— Ниже, — поправил Брэг. — Одним движением.
Неуверенно передвинула лезвие по шерсти животного. Когда медленно, робко нажала, показалась кровь. Брэг заглянул ей в лицо и увидел, что с ресниц капают слезы. Он сердито забрал нож, встал и поднял жену.
— Хватит! Это просто смешно.
Не глядя на него, Миранда смахнула слезы и вывернулась из его рук. Брэг смотрел, как она неуверенно подошла к своему шитью, села и схватила шкуру оленихи, глядя на нее невидящими глазами. В чем тут дело? Ему стало не по себе. Он сел и быстро разделал зайца, потом занялся индейкой.
Брэг не мог ее понять и почувствовал себя виноватым. Он превращает жену в индианку, в то время как ей полагается быть утонченной леди. Ощипывая перья, помедлил и задумался. Он хотел привезти ее сюда, потому что здесь так красиво, сама природа здесь очищает и лечит. Оставшись вдвоем, они могли бы начать свою жизнь сначала. Неужели он ошибся?
Брэг представил себе красивый новый дом. Он собирался, когда жена снова начнет радоваться жизни, всерьез заняться хозяйством на своей земле и построить для нее отличный дом, где будут расти их дети. Они без труда смогут продать «Джей Би», что даст им дополнительные средства. Одичавшего скота кругом сколько угодно, и начать будет несложно. Брэг посмотрел на нее.
Миранда шила уверенно и умело. У него снова защемило сердце от ее красоты и беззащитности. Решено, у нее будет настоящее поместье, и они заведут детишек…
Внезапно Дерек бросил свое занятие. Вспомнив, как ей только что стало дурно, он вдруг подумал с ужасом: что, если Миранда уже беременна? Он подошел к ней, весь сжимаясь внутри, и спросил безо всяких предисловий:
— Миранда, когда у вас были последние месячные?
— Что? — Она выронила шитье. Нахмурившись, Брэг мрачно повторил вопрос.
— О чем… о чем вы говорите?
— Я — ваш муж, и я имею право знать. Когда это было?
— Шесть недель назад.
Его словно громом ударило. Мгновение Брэг не мог вымолвить ни слова. Сомнении нет. Миранда беременна от Шавеза!
Его лицо испугало Миранду, она торопливо вскочила.
— Дерек, подождите. У меня всегда было немного… — она вспыхнула, — немного нерегулярно. Иногда я совсем пропускаю месяц.
Он неподвижно уставился на жену.
— А может, вы беременны. Миранда побледнела.
— Мне даже в голову такое не приходило, — прошептала она. — Нет, не может быть, я уверена, что нет.
Дерек отвернулся, потом снова взглянул на жену.
— Возможно, теперь вам самое время помолиться. — Он разозлился и расстроился. Что делать, если она все-таки беременна? Как сможет он стать отцом ребенку, зачатому мерзавцем, который насиловал его жену? Брэг отошел и в совершенном смятении машинально дощипал индейку.
Потом задумался над ее словами. Возможно, она и правда не беременна. Смешно расстраиваться сейчас из-за того, что все равно нельзя изменить. Но это легче сказать, чем сделать. Брэг взглянул на нее. Миранда склонилась нaд работой и шила быстро и старательно, повернувшись к нему спиной. Его пронзила жалость к ней и желание защитить ее.
Брэг не видел ее лица, и, может, это и к лучшему. Лицо Миранды в эту минуту было бледным и напряженным, она сумела сдержать слезы, но губы дрожали, выдавая ее отчаяние.
Глава 57
Вся ее радость исчезла. Миранда испытывала скованность и страх. Только теперь она поняла, как хорошо было у нее на душе еще совсем недавно.
Сначала Дерек сердился за то, что она не позволила ему воспользоваться правами мужа. С того самого дня он спал под открытым небом, молча показывая, что рассержен. Она страшно расстроилась, когда муж решил таким способом выразить ей свое неодобрение, и на следующий день не могла смотреть ему в глаза.
Она постоянно огорчала его. А так хотелось ему угодить и быть хорошей женой. Миранда сама не понимала, почему это стало самым важным в ее жизни. Ей отчаянно не хватало его тепла по ночам. Она даже попыталась разделать дичь, как полагалось жене пионера, но он только посмеялся над ее жалкими усилиями, ее слабостью.
