нормально нужно. У нас общий ребенок. Так сложилась жизнь, так бывает, никто не будет искать правых и виноватых. Просто поговорить и нормально общаться, потому что контактировать нам в любом случае придется. – Я не буду даже спрашивать, как тебе вообще в голову пришло сделать то, что ты сделала. Я просто на берегу скажу все, что тебе нужно знать. Любил ли я тебя? Да. Да, Юль, очень сильно. И очень долго. Я страдал, когда ты свалила к тому мужику. Я хотел жить семьей, я хотел воспитывать ребенка, я очень хотел, чтобы ты одумалась. И я бы вернулся, таким придурком был, простил бы, если бы ты попросила тогда. Я поклялся больше никогда не влюбляться, потому что чувство предательства слишком дерьмовое. Я бухал, Юль. Долго и много. Потом взял себя в руки и начал работать. А знаешь, зачем? Чтобы к тебе вернуться и стать тем, кого тебе бросать не захочется. Первые года три так жил. А потом разлюбил. Ну, забыл просто, остыл, понял, что ничего не сделать уже. Разошлись, ладно. Но любить себе все равно не разрешал. Потому что нечем мне было любить. Сердце разбитое. А потом появилась Даша. Юль, я ее очень люблю. Я даже не думал, что умею так сильно чувствовать, понимаешь? Она меня подтолкнула снова попробовать достучаться до тебя, чтобы видеться с Полиной. Она очень много хорошего для меня сделала, и она заслуживает как минимум уважения. Я не буду с тобой, Юль, ты же умная девчонка, должна понимать. Прошло слишком до хрена времени, я не тот Леша, что готов по одному щелчку бежать к тебе, как раньше. Я за рыжей побегу, понимаешь? Но с тобой не хочу ссориться, потому что есть Полина и еще куча лет впереди, которые надо нормально прожить. Перестань это делать. Найди себе нормального мужика, прими настоящее и не пытайся вернуть прошлое. Спасибо тебе за Полину. За то, что ты так достойно ее воспитала. За то, что дала мне шанс стать хорошим отцом для нее, пусть и спустя столько лет. Но в остальном… Прекрати. В следующий раз я уже не буду таким отзывчивым.
– Прости. – Я смотрю на Юлю и еле слышу хриплый шепот. Плачет, опустив голову. Стыдно? Ладно. Возможно, к лучшему. – Я просто подумала, что… да ничего я не подумала, на самом деле. Мне просто стало обидно. И я сделала глупость. Больше не повторится, обещаю.
– Замуж тебе надо, Юль, чтобы херню не творить. – Я закатываю глаза.
– Нет нормальных, за кого выходить-то?
– Просто смотреть надо не на марку тачки и толщину кошелька, а чуть глубже. Вот и весь секрет. Я не буду устраивать разборки сейчас. Но мы закончили. Уходи, Юль. Мышку привезу вечером.
– Если хочешь, то… она может остаться у вас с ночевкой. Думаю, против не будет. И ей тоже очень нравится твоя Даша, – говорит Юля, поднимаясь из-за стола, и я говорю ей в спину негромкое спасибо. Мне важно то, что она не препятствует общению с дочерью. И приятно, что дочь принимает меня со всеми тараканами.
Юля уходит. Думаю, на этом мы полностью решили вопрос. Она глупая, конечно, в каких-то поступках, но не дура. Должна была все понять. Надеюсь, когда-нибудь она будет счастлива.
Иду на улицу искать своих девчонок. Нахожу на поляне возле детской площадки. Они играют с Вольтом в футбол. Мелкий гоняет за мячом быстрее Полины, а та верещит и пытается обогнать его хотя бы немного.
Это что, счастье?
Кажется, именно так оно и выглядит.
* * *
Мы смотрим мультики. Втроем, развалившись на большом диване. Вольт лежит в ногах, в руках у нас куча попкорна, а на экране любимая Полиной «Моана». Царство любителей принцесс, с ума сойти можно.
Полина засыпает рано, уставшая от беготни за Вольтом. Отношу ее в пустую комнату, где только кровать и шкаф, которую нужно будет переделать под детскую, чтобы у Полины и у нас в квартире был свой уголок, и возвращаюсь на диван к Дашке, усаживаясь и притягивая ее в объятия.
Так хорошо. Тепло, спокойно, уютно. Как никогда в жизни до этого.
Я понял, что такое настоящая семья. Я обрел счастье. Я открыл в себе столько любви, что она во мне не вмещается.
Я благодарен Даше за все. За то, что она оказалась такой мудрой рыжей принцессой. За то, что согласилась принять моего ребенка и быстро подружилась с ней. За то, что полюбила и расколдовала Чудовище. За то, что просто появилась в моей жизни. Яркий рыжий луч, сумевший осветить все мои серые дни.
– Люблю тебя, рыжик, – говорю я искренне и целую в макушку. Невозможно молчать о чувствах, когда они изнутри разрывают.
– И я тебя очень, – шепчет она в ответ, прижимаясь еще ближе. – Честное кудрявое.
– Пойдем спать? – Я встаю, поднимая Дашу за руку, и еще раз притягиваю к себе, чтобы обнять. Такой день сегодня… Особенный. Есть ощущение, что дальше все будет идти ровно и без сильных препятствий. Как будто мы прошли программу-максимум за самый короткий срок, а дальше только любовь и счастье. Хотелось бы верить, конечно…
Глава 44.2
Даша
Я уговорила Лешу жить в моей квартире, когда он стал настойчиво звать меня жить вместе. Я не могла бросить свою квартиру! Она светлая, просторная; в конце концов, ремонт я делала тут практически сама, ну как я могла уйти… Леша не был против. Свою квартиру решил сдавать, но жильцов пока не нашел. Мы, собственно, только неделю как съехались…
Вчера были в гостях у мамы Леши. Во-первых, привозили ей Полинушку знакомиться заново. Во-вторых, Леша рассказал, что теперь мы вместе по-настоящему. Она так меня обнимала, говорила столько приятных слов, что я пустила слезу, вдруг подумав, что мне хочется называть ее мамой. Наверное, немножко попозже…
А сегодня мы только вдвоем. До конца больничного у Леши еще четыре дня, на лед его не пустили раньше, как он хотел, сказали восстанавливаться до конца. Но он правда терминатор. На нем и раны быстрее затягиваются.
Не хочу сегодня просыпаться и готовить завтрак. В объятиях Леши так тепло и сладко… Он обнимает меня даже во сне. Всю ночь! Не знаю, как у него не затекают руки, но мне в таком коконе спится просто невероятно круто. Даже в детстве так сладко не спала, как в его объятиях.
Поворачиваюсь к нему спиной, чуть повозившись, и двигаюсь близко-близко, кайфуя от того, какой
