я собираю энергию, но он не знает, что я хочу сделать.
— Чего? — Мальтус запинается в своём пропагандистском монологе.
Видимо, он не понял, что такое «супергерои». Да и плевать мне, чего там он не понял. На это и была сделана ставка.
— Ты думаешь, что знаешь меня. Думаешь, что говоришь обо мне. Но на самом деле, ты говоришь про себя, — я отвлекаю его и пытаюсь выдать максимально длинный монолог, — про свою боль и про свои неудачи. Ты же несчастен, и таким был всю жизнь. Ради того, чтобы иметь власть и судить других людей, ты стал инквизитором. Ты убиваешь людей, только потому, что они иначе живут или думают. Тебя в детстве наверное били и обижали? Только это не причина становится ублюдком. Я знаю парня, которого приговорили к смерти при рождении и выкинули подальше от себя. Он не сломался, он сражался как мог и не озлобился, как это сделал ты!
Энергия в руке уже уплотнилась так, что вот-вот сама выстрелит. Лишь моя воля ещё сдерживает её. Рука уже пылает огнем.
Инквизитор все ещё ухмыляется. Он чувствует своё превосходство. Расслаблено покачивает Нарезателем. Даже присел на камень и абсолютно меня не опасается.
Думаю, у него и правда очень много энергии. Эмиль дал ему всё, что было обещано. Только вот никто не обещал дать Мальтусу то, что ему и правда нужно. Свободу и спокойствие. Освобождение от внутренних демонов, с которыми он не умеет бороться. Он лишь временно закрыл им рты дешево доставшейся силой.
Я сейчас сотру с него эту ухмылку.
— Мальтус, ты неудачник и лох! Тебе кинули фантик от конфетки с завернутым внутрь дерьмом, соблазнив властью! И ты думаешь, мне она нужна? С чего ты взял, что я сражаюсь за кого-то? Я бьюсь за себя. За свой шанс стать лучше и сделать мир лучше! Я бьюсь против таких мерзких ублюдков как ты! Против тех, кто готов продаться каждому, кто предложит тебе крохи власти, в обмен на твой зад!
Я провоцирую его. Пусть потеряет контроль и совершит ошибку.
— Скажи, Мальтус, ты почему падре то стал? Наверное, над тобой в детстве, милым и пухлым мальчиком, надругался какой-нибудь мерзкий, похожий на тебя падре? — на моём лице растягивается ехидная улыбка.
— Что ты несёшь, пацан? Какой падре? Я тебя уничтожу!!!
Моя насмешка цепляет инквизитора и он срывается в атаку.
Он очень быстр, но не быстрее молнии, которой я бью его прямо голову, всей накопленной и уплотнённой энергией.
Я дважды бил его в грудь и оба раза он спокойно, без усилий, отбил. Да, какой-то эффект был, но я прикладывал много сил, а КПД был совсем низкий. Вывод - либо это самая защищенная часть тела, либо же, я просто не в силах пробить его защиту. Поэтому я ударил в голову.
Ветвистая чёрная молния, останавливает и роняет его на землю. Нарезатель пропадает из его руки, но я не отпускаю его. Молния продолжает бить прямо в лицо.
За треском молнии я слышу его вопли. Приближаюсь к нему, чтобы молнии было меньше расстояния до цели.
Я чувствую, как улетучивается энергия. Еще немного и она закончится окончательно. Чтобы не допустить этого и добить урода, угрожавшего уничтожить всё вокруг меня, я убираю клинок и направляю руку в сторону одного из разломов. Тяну энергию из него.
Из-за одновременного выполнения противоположных действий начинает трещать голова. Её буквально сдавливает невидимыми тисками. В глазах начинает мутнеть, но я не отпускаю и высасываю весь разлом.
Разлом почему-то схлопывается с громким взрывом. Взрывная волна раскидывает тварей, сражающихся с Сехмет, а её саму отбрасывает к нам.
— ТЫ ОБЕЩАЛ!!! — Сехмет рычит, смотря мне в глаза.
Её злой голос в голове добавляет моим мозгам еще больше боли.
— ОН ТВОЙ, СЕХМЕТ! — я тоже уже рычу.
Мне кажется, что осталось совсем немного.
Инквизитор умудряется перевернуться и теперь, моя молния бьет в его затылок. Упираясь руками в землю, он пытается встать.
Сехмет прыгает ему на спину и впивается клыками в шею. Его защита не выдерживает нагрузки и я вижу, как полупрозрачные клыки Сехмет входят наполовину в его шею. Она обхватила Мальтуса лапами и впивается когтями в тело.
Мальтус никак не сдается и всё равно борется, пытаясь встать. Нарезатель снова появляется в моей руке и я бью им, наотмашь, по ноге инквизитора. Клинок из тьмы отрубает ногу начисто, а я даже не чувствую сопротивления. Видимо он перенёс всю свою защиту на шею, чтобы противостоять атаке Сехмет.
Я пользуюсь моментом и не отпуская уже изрядно ослабевшую молнию, отрубаю вторую ногу. А следом и руки.
Моя энергия заканчивается. Молния пропадает, а меня накрывает откат. Такое количество магии я через себя ещё не пропускал. Вся моя энергия и энергия трех разломов. Меня мутит, а потом тошнит. Я сгибаюсь, меня рвёт. Перед глазами мелькает отрубленная нога и меня рвёт ещё сильнее.
Рано еще адреналину заканчиваться! Усилием воли, я, наконец, беру себя в руки и, пошатываясь, бреду до Сехмет и Мальтуса.
Нарезатель следовало назвать Прижигателем. Из отрубленных конечностей не лилась кровь. На месте удара вся кожа и одежда были обожжены.
Мальтус был еще жив. В нём было еще очень много энергии. Но кажется, он помутился рассудком окончательно. Сехмет яростно рвала своими клыками его глотку, а он смеялся и верещал.
Когда Сехмет, наконец, насытилась, я
