Даркин кивнул.
– Так вот, сегодня в Патруль поступила довольно серьезная жалоба: вы устраиваете драки, распугиваете посетителей, да еще и по счетам не платите. Нехорошо…
Вампир замялся.
– Всякое, конечно, бывает…
– Придется вам заплатить за нанесенный ущерб, – тоном строгого родителя, отчитывающего ребенка, произнес я. – И впредь платить по счетам. Не забывайте о том, что вы живете в городе, среди культурных людей.
Конечно, с культурой я немного переборщил, здесь же Приграничье, а не центр Империи…
Один из вампиров, все это время стоявших за спиной Даркина, шагнул вперед и прошипел высоким женским голосом:
– С чего бы это?
Даркин резко повернулся к ней.
– Опять нарываешься?!
Вампирша упрямо вскинула скрытый обтягивающей кожаной маской подбородок.
– С какой стати жалкий человек будет мне указывать, что делать? Мы – вампиры, свободный народ!
– Дура, – коротко рыкнул Даркин. – А за твои слова опять мне отвечать придется?
Чего-то подобного я и ожидал. Ну, не может встреча с клыкастыми пройти спокойно. Не бывает так.
Я доплел незавершенные заклинания и в воздухе передо мной возникли два Огненных Шара, а Огненная Птица, повинуясь заложенной программе, уселась прямо на плечо. Этот новый трюк я придумал недавно, когда на одном из уроков нас научили придавать Огненной Птице больше сходства с настоящими пернатыми – теперь это был не простой сгусток пламени, а вполне оформившийся огненный орел. Ливрея не позволяла птичке обжечь меня, хотя без капюшона проворачивать подобный трюк было довольно опасно для прически.
– Сейчас мы посмотрим, кто из нас действительно жалок, – пообещал я вампирше, швырнув в нее оба Огненных Шара.
Наглая выскочка взвизгнула и попыталась спрятаться за Даркина. Если бы я действительно захотел ее наказать, то ни за чьей спиной она бы, конечно, не спряталась, но я изначально хотел только пугнуть вампиров. Поэтому фаэрболы резко остановились прямо перед носом Даркина.
– Не обращай внимания на эту дурочку, – попросил вампир, старательно делая вид, что его нисколько не волнуют искрящиеся перед самым лицом фаэрболы. – Вечно она не держит язык за зубами.
Его голос почти не дрожал, что не могло не вызвать уважения.
– Все в порядке, – кивнул я и затушил Огненные Шары и птичку. – Я не обидчивый.
– Не волнуйся, мы заплатим за ущерб, – пообещал Даркин. – Я и сам когда-нибудь собирался разобраться с этими непотребствами.
Я кивнул.
Конечно. Вот только это «когда-нибудь» могло наступить очень не скоро, если бы вообще наступило.
– И будьте повежливее с хозяином корчмы – он нормальный мужик, и теперь это заведение находится под нашей защитой. Отныне за порядком во всем городе следим мы.
Из переулка я вышел с гордо поднятой головой и слегка дрожащими коленями.
Действие 4
Невил и Алиса встретили меня очень подозрительными взглядами.
– Ты что там делал так долго? – спросила Алиса.
– А тебе все расскажи, – усмехнулся я. – Хватит уже у входа топтаться, пойдем, наконец, познакомимся с начальником стажи.
Они переглянулись.
– Совсем обнаглел, – прокомментировал Невил.
– Давно фаэрболом в лоб не получал, – согласилась Алиса.
Я проворно увернулся от дружеского тычка под ребра.
– Да ладно вам дуться, подумаешь, задержался немного… Ой!
Второй тычок все-таки достиг цели.
– Все? Довольны? – спросил я, потирая ушибленный бок. – Теперь мы можем заняться делом?
– Попробуем. – Алиса взяла меня под руку. – Это чтобы ты не сбежал.
– Ага, – понял я. – Так вот что нужно было сделать, чтобы меня в кои-то веки взяли под руку.
Мы вошли в здание Управления стражи толкаясь и шутя. Сразу за порогом нас уже поджидал офицер Девлин со своей лучезарной улыбкой. Правда, она слегка померкла, когда мы дружно оттоптали ему ноги и чуть не повалили на пол. Зря он снял доспехи, без них с нами встречаться просто опасно.
– Приветствую, – поздоровался он, прыгая на одной ноге. – Начальник уже давно ждет вас.
– Это он тебе начальник, – на всякий случай напомнила Алиса. – Наше начальство в Академии Ремесла сидит.
Ну, это наглая ложь, конечно же. Нам были даны четкие устные указания, во всем слушаться начальника стражи. Но на то они и устные, чтобы вспоминать о них только когда в этом есть необходимость.
– Прошу за мной, – коротко сказал офицер Девлин, демонстративно проигнорировав реплику вампирши.
Мы поднялись на второй этаж по огромной каменной лестнице, покрытой мягким серым, под цвет камней, ковром. Сразу за лестницей начинался довольно просторный коридор. Вдоль стен стояли доспехи самых разных размеров и фасонов, видимо, из разных эпох. Некоторые из них были женскими, некоторые мужскими… а некоторые даже детскими.
Кабинет начальника стражи, как это и полагается, располагался в самом конце длинного коридора, дабы по пути мы могли налюбоваться на жестяных болванчиков. Возможно, кому-то эти громоздкие железки и казались произведениями искусства и вполне вероятно, что когда-то от них даже была польза, но сейчас толку от них было не очень много. От вампиров такие доспехи не спасут, разве что от низших, а любой Ремесленник с легкостью разберется и с сотней рыцарей, сколько бы на них не было навешано этих железяк. С другой стороны, для наведения порядка среди жителей города такие латы подойдут как нельзя лучше. А ведь на них еще и заклинания накладывают! Правда… дело это дорогое и, по-моему, в Приграничье техномагия встречается не часто.
Офицер Девлин очень деликатно постучал в дверь. Он все делал очень деликатно и чересчур картинно, будто стараясь создать определенный образ… или подражая кому-то… или просто издеваясь. Кто его знает.
– Господин начальник, пришли представители Патруля!
– Пусть войдут, – послышалось из-за двери, и она распахнулась нам навстречу.
Мы в легком смущении зашли внутрь вслед за офицером Девлином.
Кабинет начальника стражи больше всего напоминал столовую. Такую небольшую, уютную, с большим столом на пару десятков человек столовую. Кроме этого стола, стульев, да небольшого стенного шкафа, в кабинете больше ничего и не было, ну, не считая конечно, самого начальника, который оказался весьма колоритной личностью. Он напоминал встреченного нами на базаре Грома, только хозяин таверны в сравнении с начальником стражи выглядел просто тростинкой. За столом, шириной, между прочим, около двух метров, он помещался с трудом. На широком удивительно дружелюбном для такой важной должности, лице примостились шикарные черные усы.
– Наше уважение, – хором поздоровались мы.
– И мое, – кивнул дородный мужчина. – Не стойте на пороге, проходите, присаживайтесь.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
