Читаем без скачивания Легенды Дерини - Кэтрин Куртц

— Давай спускаться, черт возьми!

Аврелиан также высвободил лук из чехла. Серо-голубые глаза его казались осколками льда.

— Какая отвага! Ого, я и не ждал от тебя такого…

Со смехом он подхлестнул лошадь, чтобы не отстать от Фалькенберга. Колено прижимало рукоять сабли в седельных ножнах.

Галопом они спустились со склона. Донал следовал позади со штандартом Ястреба. Трижды упал флаг, — и Майкл Гордон вывел вперед дюжину своих бойцов навстречу Фалькенбергу. Половина эскадрона черной кавалерии последовала за ними. По всему полю разносились их крики: «А Faucon! Faucon!» Те, кто были родом с Востока, что-то завывали на он-огуре… И отовсюду неслись стрелы, сражая рыцарей.

Линдестарк пытался увести авангард прочь от этой резни и направил своих людей наискосок по склону, из последних сил стремясь к выходу из ущелья. Рыцари основного отряда двинулись было за ним, но полсотни Ястребов преследовали их по пятам.

Оказавшись в тридцати ярдах, Фалькенберг дал знак открыть стрельбу. Рыцари попятились. У многих из кольчуг торчали сломанные древки стрел. Они побледнели от страха. Лишь у немногих еще остались копья, а иные бросили даже мечи. Гвиннедскому знаменосцу стрела пробила плечо. Лошади дышали тяжело и хрипло, и даже в лязге доспехов слышалось отчаяние.

Аврелиан вскинул лук и выстрелил, почти не целясь. Стрела угодила в лицо одному из помощников Линдестарка. Он выстрелил вновь, и знаменосец Линдестарка осел в седле: стрела, пробив ему колено, пригвоздила ногу к боку лошади.

Рядом с ним Фалькенберг натягивал и спускал тетиву слитными размеренными движениями. Вот стрела пронзила заслонку шлема, липкую от крови, угодив прямо в лицо. Осколки костей брызнули во все стороны… Он отвел глаза, стреляя вслепую.

Кто-то из людей Гордона устремился к рыцарям, взмахивая саблей, но получил в ответ яростный удар копьем. Наконечник пронзил всаднику грудь, и тот рухнул наземь, исчезнув под копытами гвиннедских коней. Фалькенберг слышал, как Майкл Гордон что-то кричит своим людям, — его голос ясной певучей нотой звучал среди резких боевых выкриков. Он выстрелил вновь, и боевой скакун попятился, извергнув из горла потоки крови.

Фалькенберг подъехал ближе к Аврелиану. Он пытался сразить Линдестарка или его крупного р'кассанского жеребца, но стрела сбила с другого рыцаря шлем и вонзилась в плечо второго помощника командующего. Хлопнув Аврелиана по руке, он ткнул луком вперед. Рыцари уже подбирались к выходу из ущелья. Если они сумеют рассыпаться среди скал, то некоторым удастся ускользнуть; а он не желал оставлять уцелевших. В устье ущелья показались две дюжины рыцарей. Вместе они могли отбросить преследователей. Узкий проход казался им залогом безопасности.

Вскинув руку, Фалькенберг дал приказ своим людям отступить. Из седельных ножен он извлек длинную мавританскую кавалерийскую саблю. Ее лезвие было позолочено и в лучах заходящего солнца вспыхнуло, подобно языку пламени. Стих из Корана был начертан по всей длине клинка: Хвала Аллаху, Творцу Всевидящему, Милосердному, Владыке Судного Дня.

Рыцари вскинули головы при их приближении и попытались отбросить атакующих двуручными мечами. Фалькенберг пригнулся, дабы уйти от широкого замаха, и поскакал рядом с гнедым жеребцом. Он перекинул саблю в правую руку и нанес рыцарю удар. Воин обернулся, открыв для крика рот… И тут лезвие полоснуло ему по глазам. Завопив, он вскинул руки к лицу; следующий удар пришелся по запястьям, и Фалькенберг услышал, как трещат кости…

Он дал лошади шпоры, физически ощущая у себя за спиной тяжелую массу рыцарей. На ходу с силой нанес низкий режущий удар всаднику по бедру, и кровь струей ударила из перебитой артерии. Теперь черные всадники окружили рыцарей со всех сторон, заставляя сгрудиться беспорядочной толпой, нападая на них с краев. Он видел, как Аврелиан добивает раненого, вышибает того из седла. Майкл Гордон, двумя руками ухватив меч, пронзил насквозь молодого светловолосого рыцаря в накидке с гербом Линдестарка. Рядом скакали две степных лошади, оставшиеся без всадников.

Гвиннедский знаменосец столкнулся с чужим скакуном и свалился на землю, с истошным воплем хватаясь за раненое плечо. Его лошадь рухнула сверху. Вокруг павшего знамени образовалась сумятица. С полдюжины человек пытались сомкнуть ряды вокруг лорда Линдестарка, прикрывая щитами командующего и боевой штандарт. Но кланники Гордона срубили стяг Линдестарка. Вокруг немногих уцелевших мелькали черные всадники и среди них — Фалькенберг с Аврелианом.

Фалькенберг получил удар в грудь тяжелым кулаком в латной перчатке и отпрянул в сторону, одновременно нанося удар понизу. Рыцарь взревел, когда лезвие сабли взрезало ему бок, и повалился с седла. Аврелиан рубил штандарт Льва, оказавшийся на земле. На перепачканный кровью клинок налипли нити алого шелка. Р'кассанский жеребец стоял с пустым седлом. Всадники Ястреба медленно двигались по полю боя, приканчивая раненых и умирающих. Фалькенберг подъехал к Аврелиану и размотал башлык. Здесь все было кончено.

Они рысью двинулись по склону горы, туда, где сдавались без боя последние рыцари. Все они спешились и теперь пытались укрыться за щитами среди мертвецов и оставшихся без седоков лошадей. Отбрасывая в сторону клинки и стаскивая шлемы, они взывали:

— Сдаемся! Сдаемся!

Черные всадники натянули поводья и рассыпались кругом. С трех сторон в рыцарей полетели стрелы, и те закричали от страха и ярости, осознав, что их ждет. Они падали наземь один за другим; горстку уцелевших, бросившихся на колени, стрелы сразили последним кучным залпом. Наконец, все враги были повержены, и черные конники устремились вперед, рубя саблями тела. Следом ехал Фалькенберг, положив поперек седла пылающий золотом меч. Аврелиан приблизился, держа павшего Гвиннедского Льва на сломанном древке. Им навстречу летел приветственный крик: «Фалбкенберг!» и мавританское: «Йа хийа шухада!»

Фалькенберг передал флягу своему знаменосцу и сверху вниз взглянул на изорванные в клочья стяги Гвиннеда и Линдестарка, на переломанных древках лежавшие поверх растущей груды оружия и доспехов. Он проглотил остатки вина.

— Две сотни человек с одного удара. Аврелиан, во что нам это обошлось?

Его старший помощник оторвал взгляд от собравшихся командиров эскадронов.

— Восемь убитых. Из них половина — люди Гордона. Мы лишь один раз сошлись с ними в рукопашной. Они пытались перестроиться. Лобовая атака и беспорядочная стычка…

На равнине среди трупов рыцарей передвигались небольшие отряды, перерезавшие раненым горло и снимавшие с мертвецов все ценное. Аврелиан указал на гору доспехов: