Элспет обняла его и похлопала по спине.
— Конечно, это ей помогло. Конечно же! Так она узнала, что на свете есть добро. — Она отошла на шаг. — Но дело слишком затянулось. Двух недель вполне достаточно, чтобы вдоволь набросаться вашими подарками. Вам пора домой, потому что уверена — вы нужны дочке. И очень скоро непогода сделает путешествие опасным. — Элспет постучала себя по подбородку. — Решим так. Если Илзбет не сменит гнев на милость в течение этой недели, тогда вам придется ее украсть. — Она оглянулась, когда все рассмеялись. — Как я вижу, вы уже прикинули такую возможность. — Она всплеснула руками. — Поскольку нам всем пришла в голову эта замечательная мысль, давайте решать, как же осуществить нашу затею.
Зевнув, Илзбет потянулась на солнышке, стараясь не свалиться со скамейки, на которой лежала, вытянувшись во весь рост. Саймон прислал ей очередное письмо, и она все еще держала его в руках, не решив, что с ним делать — выбросить или все-таки прочесть. Три долгие недели он не оставлял попыток добиться ее внимания. Ей уже надоели собственные выходки. Надоело напоминать самой себе, как он ее обидел, и потом сходить с ума от злости — действительно ведь обидел, оскорбил! Словно она угодила в жернова собственной застарелой обиды, и они вращались, вращались, никак не перетирая ее обиды в пыль. Ее начинала одолевать тоска.
Солнце вдруг померкло. Илзбет разомкнула веки, уткнувшись взглядом прямо в три пары серых глаз. Кто впустил сюда его братьев? И, что еще важнее, не скрывается ли где поблизости сам Саймон? Она торопливо села, хмуро взирая на троих мужчин, которые просто стояли, сложив руки на груди.
— Что вы здесь делаете? — спросила она, сев и разгладив юбки. — Вас послал. Саймон?
— Вопрос в том, почему вы все еще здесь? — Рори ответил вопросом на вопрос. — Почему не скачете в JIoхамкорри вместе е Саймоном?
— Мы с Саймоном ведем переговоры.
— Неправда. Судя по всему, вы даже не читаете его писем.
— Я как раз собиралась прочитать вот это.
— А сколько его писем вы не прочитали?
— Кажется, четырнадцать, — прошептала она и уставилась на братьев, которые с отвращением затрясли головами. — Вас не было рядом, когда он послал меня прочь. Так что не вам судить меня и мои поступки.
Илзбет с удовольствием заметила, что они отступили на шаг. Но Рори сказал:
— Я подумал, что вам будет интересно знать, что он мог бы вам сказать. Может быть, в письме он объясняет, почему сделал то, что сделал. Что сожалеет об этом. Что хочет с вами поговорить.
Вздохнув, Илзбет помахала письмом перед собственным носом. Братья были правы. Поэтому-то ей так захотелось бросить в них чем-нибудь тяжелым. Она не хотела терять Саймона, но делала все возможное, чтобы он уехал от нее далеко-далеко. Трудно понять, почему — за исключением того, что он так сильно ее обидел, когда отвернулся от нее, — она не хотела рисковать, испытать это чувство вновь. А вот это уже самая настоящая трусость.
Одного взгляда на братьев было достаточно, чтобы понять — они не уйдут, пока она не прочтет письмо. Вздохнув, Илзбет развернула письмо. Первая строчка не очень-то обнадеживала. Так у него есть дочь? Илзбет читала дальше. Чуть всплакнула, потом улыбнулась. Если он решил, что теперь, узнав историю этой маленькой девочки, она кинется ему в объятия, то ему следует сесть и еще раз хорошенько подумать.
— Ну? Что он написал? — спросил Кеннет.
— Письмо предназначено мне, а не вам. Но, если вам обязательно нужно знать, там говорится только о Марион.
— Это чудесная малышка, которой пришлось повидать слишком много горя, — тихо сказал Малькольм.
Малышка, которой грозит серьезная опасность, что ее вконец избалуют четверо мужчин, решивших возместить ей все, чего она натерпелась в мрачном прошлом, решила Илзбет. Энни была ангелом. Марион очень повезло, что рядом была женщина, которая спасала ее все эти годы жизни в Лоханкорри.
— Действительно, тут есть над чем подумать. Но это не оправдывает того, что он забыл обо мне на целых два месяца.
— Забыл вас? — Рори покачал головой. — Откуда столь абсурдная мысль? Саймон разрешил псу с котом спать на постели вместе с ним.
Илзбет ничего не смогла с собой поделать — она рассмеялась. Рори сообщил ей про собаку и кота так, словно сознавался — да, брат ведет себя неестественно. Но Илзбет поняла — Саймону не хватает тепла. Ее саму ночами тоже грел кот или даже два. Как печально, что двое любящих людей, которым было так приятно спать, прижавшись друг к другу, теперь вынуждены подкладывать кошек себе в постель.
— Вы приехали, чтобы забрать его в Лоханкорри? — спросила она.
Кажется, ее голос выдал тревогу.
— Нет. Разве что он сам пожелает уехать, — ответил Кеннет. — Мы приехали, чтобы купить Марион нового пони.
— О, это чудесно! Старый Грегор, который живет вниз по дороге, продает самых лучших шотландских пони. Отличные лошадки для детей! Я собиралась купить пони для Рейда. — Она задумалась. — Однако, если я приведу пони для Рейда, полагаю, что мне понадобится еще один. Иначе Элен поднимет рев.
— Тогда завтра пойдемте, поможете нам выбрать пони для Марион!
Некоторое время она внимательно разглядывала братьев.
— Это не ловушка? Вы же не собираетесь выманить меня отсюда и силой заставить встретиться с Саймоном?
— Нет. Когда Саймон увидел, что мы приехали, он заставил нас дать клятву не вмешиваться, что бы ни происходило между вами обоими. — Рори с Малькольмом энергично закивали, подтверждая слова Кеннета. — Я прошу вас, потому что сам не разбираюсь в пони. Лошади — это да, но не пони. И у меня никогда не было пони. Вы, кажется, знаете в них толк, нам это очень кстати. Вы ведь знакомы с человеком, который их продает?
Илзбет вынуждена была признать, что ей исключительно надоело сидеть в стенах Эйгбаллы. Хорошо будет отлучиться ненадолго к старому Грегору и взглянуть на пони. Она кивнула, и братья заулыбались. Илзбет почувствовала укор совести — как она могла им не доверять? Итак, время для поездки было назначено.
— Она согласилась? — спросил Саймон, как только братья появились на постоялом дворе, чтобы выпить эля и поесть пирогов.
— Да, после некоторых сомнений. Заподозрила нас в том, что мы пытаемся устроить ей ловушку, — ответил Кеннет. — Завтра она будет там после полудня. Мы поедем с ней к старому Грегору, чтобы посмотреть пони. Я решил, раз уж мы действительно собирались купить доброго шотландского пони, это не будет такая уж наглая ложь.
Малькольм кивнул.
— Меня все терзали сомнения, хорошо ли мы поступаем, обманывая Илзбет. А потом я увидел, что эта девица даже не открыла твое последнее письмо, и еще она призналась, что не читала и все предыдущие. Она ведет себя неразумно.
