И будет прав…
Вирус нравственного дефицита
После 7 октября просто стыдно смотреть телевизор. Врут напропалую! Ну как это в акциях протеста по всей стране могли принять участие всего 700 тысяч, если митинги прошли в пятистах городах? И ведь тут же показывают репортажи из этих самых городов: где десять, где двенадцать, где семь тысяч митингующих… А в Москве?! Народ запрудил весь Васильевский спуск, весь мост аж до Балчуга. И это двадцать пять тысяч? Почему же, когда примерно столько (даже поменьше) народу собирали «демократы», это называлось «полумиллионом»? Это что — политизация арифметики? Допустим, насельникам телеэфира дают неверные сведения из президентских или правоохранительных структур. Но разве у них нет перед глазами видеоряда, который они сами же нам и показывают? Или уж совсем нас за быдло считают? Боятся? Но ведь сейчас за правду не убивают (лишь иногда, как Рохлина), не сажают и даже не исключают из партии, а вот поди ж ты…
И ладно бы только врали, еще и глумятся.
Французского националиста Ле Пена лишили депутатской неприкосновенности за то, что он пренебрежительно отозвался о газовых печах — символе геноцида времен Второй мировой войны. А ведь 7 октября на улицы вышли люди, тоже подвергшиеся своего рода геноциду — реформаторскому. Разве полтора миллиона в год убыли российского населения — это не геноцид? Зачем же ерничать, назойливо представляя тех, кто остался дома; умниками, а тех, кто пошел на митинги, полудурками? Зачем же лукаво сетовать на то, что акция протеста прошла слишком уж законопослушно, в то время как организаторы обещали классовую бурю? Бури хочется? Не затем ли, «что в бурях есть покой»? Я уже слышал в народе новую поговорку — «Врет как по телевизору!» Закончится ведь тем, что народ стихийно лишит наших эфирных витий неприкосновенности.
Отражение телеэкраном событий 7 октября лично меня окончательно убедило в том, что наблюдательные советы, состоящие из представителей разных политических партий и социальных слоев, на ТВ просто необходимы. Мы-то мечтали о бесцензурной правде, а получили бесцензурное вранье. Может, лгать по телевизору станут поменьше… Впрочем, официальные лица иной раз дают в этом отношении журналистам сто очков вперед. Вот интересно, пресс-секретари президента, когда их патрон официально оформит свой уход на отдых (неофициально он отдыхает в Кремле уже много лет), эмигрируют или будут носить темные очки, чтобы люди, которым они доказательно врали все эти годы, не могли посмотреть им в глаза? А может, и телевизионщики, и виртуозы, и пресс-секретари, и политики, соприкоснувшись с нынешней кремлевской властью, тут же заражаются неким вирусом нравственного дефицита? Таких инфицированных, судя по всему, уже немало. Взять хотя бы Гайдара — он ведь без всякого стыда, лоснясь от самодовольства, продолжает поучать страну, изуродованную его воинственным большевистским непрофессионализмом.
Теперь о президенте. Подавляющее большинство плакатов и лозунгов 7 октября содержали, и в довольно резкой форме, требование его досрочной отставки. О том же говорили многие губернаторы. Думская комиссия по импичменту работает в темпе ударной комсомольской стройки. Кажется, у нас появилась, наконец, общенациональная идея, пусть и временная: «Президента — в отставку! «Но тут я должен с грустью констатировать: если
ВИЧ укорачивает жизнь, то вирус нравственного дефицита, наоборот, удлиняет. Я имею в виду жизнь политическую… Увы, это так.
Короля играют СМИ
Президентская ветвь российского политического древа тихо отсыхает, изредка напоминая о себе заявлениями о поддержке журналистов в их неравной борьбе с оппозицией и поздравлениями народу в связи с праздником единства и согласия. (Более издевательский праздник в ограбленной, раздираемой противоречиями стране придумать просто невозможно!) Заявление Б. Ельцина о том, что главного — необратимости реформ — он добился, ничего, кроме ужаса, у нормальных людей вызвать не может. Ведь слово «реформы» давно уже стало синонимом: разрухи, воровства, безвластия.
На этом фоне все большие надежды население связывает с премьер-министром Примаковым и его кабинетом. О том, что эти надежды небеспочвенны и опытные государственники могут спасти тонущий корабль, косвенно подтверждает заявление Г. Явлинского о фактах коррупции в новом правительстве. Понятно, что реальный успех Примакова — это конец всех честолюбивых планов главного яблочника, являющегося, по сути, виртуальной политической фигурой. Как прежде короля играла свита, так теперь политиков играют СМИ.
Вообразите на минуту, что вместо подобострастных вопросов о будущем Отечества и недостатках нынешнего правительства журналисты вдруг начнут упорно спрашивать Явлинского о том, зачем он, вооружась, бегал арестовывать благородного самоубийцу Пуго, почто он так упорно призывал Ельцина к силовому решению кризиса в кровавом октябре 93-го, каков его реальный вклад в «нижегородское чудо», от которого рыдают сегодня земляки Косьмы Минина, что там за слухи бродят о заокеанской помощи ему во время президентской кампании 96-го. Наконец, какой-нибудь совсем уж отмороженный корреспондент может спросить: «Григорий Алексеевич, как же так? Пока правительство было укомплектовано идейно близкими вам «гарвардскими мальчиками», вы даже Бревнова в упор не видели, а теперь вдруг разглядели коррупционные соринки?»
Но все это из области мечтаний — СМИ продолжают виртуозно «играть» Явлинского. Когда в очередной раз будете смотреть телевизор, обратите внимание: он — единственный политический персонаж, информация о деятельности которого фактически лишена иронии и сарказма. Представьте на секунду, что «подлечить сердчишко» в Германию съездил бы Зюганов! А потом, вернувшись подлеченным, прямо с трапа самолета объявил бы о коррупции в новом правительстве. Какой смех подняли бы все, от Киселева до Шендеровича! А тут все на полном серьезе! Единственный человек, пошутивший по этому поводу, был Евгений Примаков. И все!
Повторяю, тут дело нешуточное. Представьте себе, что правительство, укомплектованное чиновниками «советской» школы, окажется честным, работоспособным и добьется успеха. Сразу встает вопрос: почему же раньше не давали рулить нормальным людям, а выискивали разных завлабов? И следом делается резонный вывод: ну их всех, этих авторов шоковых терапий и программ «500 дней», в то самое фольклорное болото, откуда еще никто в реальную политику не возвращался!
АнтиСМИтизм
Нынче с тяжелой руки генерала Макашова все говорят и пишут об антисемитизме. Дело, конечно, нужное. Хотя, опираясь на утверждение о закоренелом антисемитизме русского народа, довольно трудно объяснить, например, интернациональный состав дружного коллектива российских олигархов. Генерал упорно ссылается на Даля. Не знаю, не знаю… В «советском» Дале (см. послевоенные переиздания), как и в орфографических словарях «великой эпохи», слово «жид» вообще отсутствует. А вновь появляется оно с пометкой «презр.» лишь в словарях постсоветских. Об этом надо бы помнить некоторым телекомментаторам, сравнивающим комсомол с гитлерюгендом, а КПСС с национал-социалистами. Такие «залепухи» оскорбляют многих людей, рождают специфическое настроение в обществе, которое я бы назвал «антиСМИтизмом». Это явление гораздо более реальное, массовое и обоснованное, нежели антисемитизм. Рассмотрим всего лишь один пример, но показательный. Сегодня в связи с физической и политической немощью Б. Ельцина, в связи с необходимостью очистить информационное пространство для следующего лидера все более набирает обороты новый мозгопромывочный проект. Цель — свалить вину за «ельцинизм», приведший к общенародному обнищанию (43 миллиона за чертой бедности!), на самих пострадавших, на обобранных. Мол, каждый народ имеет такого президента, какого заслуживает. Мол, сами избрали на свою голову, и теперь, как говорит Жванецкий, все претензии к родителям.
Да, у людей короткая память, на этом и строятся различные методы манипуляции общественным сознанием. Но короткая память и амнезия — вещи разные. Мы еще не забыли, что накануне выборного марафона 96-го рейтинг Ельцина составлял всего 6 процентов. Выходит, народ-то знал ему цену и голосовать за него не собирался. Тогда в дело пошли гигантские деньги, крохотную часть которых вынесли из Белого дома в достопамятной коробке из-под ксерокса. Принялись за дело и СМИ — уговаривали, убеждали, убалтывали, улещивали, устрашали, улюлюкали, морочили… Уморочили-таки! Все это напоминало уловки базарных «экстрасенсов», «делающих гипноз» доверчивому покупателю, чтобы впарить совершеннейшую рухлядь. Через полчаса «гипноз» проходит, доверчивый потребитель хватается за голову, но «гипнотизера» давно уже и след простыл. А то бы…
