— Дар нужен, чтобы почувствовать все это и постичь законы, по которым существует мир. Только почувствовав гармонию природы, можно в любой ситуации найти точку, воздействие на которую даст наибольший результат при наименьшей затрате личной силы.
— А обычные люди этого не могут?
— Могут, только им понимание дается тяжелее. Зато с того, кто может больше, больше и спросится, — закончила Сарта.
Но, несмотря на наставления, далеко не сразу юная ведьма постигла, ради чего Сарта заставляет ее, сбиваясь с ног, собственноручно ухаживать за огромным садом наставницы. Сначала у Араны, не привыкшей к работе на земле, все шло вкривь и вкось.
— Почувствуй себя деревом, цветком, землей, и ты поймешь, как и что нужно делать, — говорила пожилая ведьма.
Выросшая в городе девчонка все больше злилась, но не осмеливалась выказать свое неудовольствие наставнице. В округе поговаривали, что непослушных учениц ведьма превращает в цветы. И правда, была у Сарты под окном ее спальни клумба с любимыми цветами, к которым она ученицу не подпускала, сама ухаживала за ними изо дня в день. Таких необычных цветов не встречалось нигде в окрестностях, и двенадцатилетняя Арана, косясь на эту грядку, предполагала, что именно на ней теперь растут нерадивые ученицы.
Наставления Сарты начали доходить до Араны только после одного случая. Как-то раз в одном из горных поселений приключилась некая непонятная ерунда, из-за чего жители рисковали остаться без урожая. Невзирая на летнюю жару, наставница пообещала просителям разобраться с их проблемой на месте и на следующий же день собралась в путь, захватив с собой Арану. К обеду они отмахали под палящим солнцем около десяти миль вверх по тропинке между пышущими зноем скалами, почти не останавливаясь на отдых.
К исходу пути девочку, еще с утра полную сил, шатало, ей хотелось только лечь и не отрываться от ковша с водой, который принесли ведающим селяне. Пожилая же наставница, которой было неизвестно сколько лет, даже не запыхалась, лишь отерев с лица пот. На безмолвный вопрос ученицы: «Почему?!!» — Сарта, усмехнувшись, ответила:
— Я брала силу от земли, — но потом добавила: — А вот теперь мне придется ее отдать.
Несколько часов ведающая бродила то в окрестностях поселка, то среди пораженных неведомой хворью посевов и расспрашивала селян. На закате она провела какой-то ритуал прямо посреди поля, и ведающие пустились обратно. К концу пути Аране пришлось иногда поддерживать усталую Сарту. Но уже на следующий день наставница выглядела, как обычно.
Никто не знал, сколько на самом деле лет Сарте. На редкие вопросы она с девчоночьим озорством отвечала: «А сколько вам нужно?»
Несколько позже наставница проговорилась, что необычные цветы на ее клумбе принесены с далеких горных долин и поэтому нуждаются в особом уходе. Однако прошло еще немало времени, прежде чем Арана научилась чувствовать, что нужно каждому растению именно сейчас. И как-то раз на рассвете полусонная Арана засмотрелась на мохнатую букашку, вылезающую из цветка, раскрывающегося навстречу восходящему солнцу, и ощутила себя ею. Букашка осторожно попробовала свои крылья, просушила их от ночной влаги в теплых лучах солнца и вдруг взмыла в яркое летнее небо. «Мама! Я лечу!» — хотела закричать Арана и очнулась, снова ощутив себя девочкой, стоящей посреди благоухающего сада.
Зато другое объяснение: почему наставница начала обучение Араны с умения чувствовать природу и пользоваться ее силой, а не своим темным даром, — девушка поняла легче.
— Темная сила велика, человек не в состоянии вместить ее всю, она же поглотит любого неосторожного, даже не заметив, — сказала Сарта. — В ней нет ни зла, ни добра, как и в любой силе, но, отдав ей однажды право решать за тебя, трудно будет возвратить его обратно. Так происходит, когда, не имея постоянного заработка, берешь деньги в долг под большой процент, потом в лучшем случае ты успеваешь оплачивать проценты, а долг висит над тобой. Даже могущественный раб остается рабом своего хозяина.
Арана, отец которой как раз был ростовщиком в одном из небольших городков вблизи Новайда, с малолетства видела, как уверенные в себе люди постепенно под гнетом долга превращаются в раболепствующих отверженных, а то и вовсе за неуплату долгов кончают жизнь рабами. Отец девочки относился к должникам достаточно лояльно и нередко давал отсрочки, но она знала и другие истории. А однажды Арана стала свидетельницей совсем уж дикого случая, когда двое богато одетых господ вышли на площадку старой башни над гаванью, и один из них по приказу другого вдруг влез на ограждение, и только в последний момент приказ прыгнуть вниз был отменен. Девочка видела ужас и безнадежность в глазах того, кто стоял на перилах. Чуть позже она узнала, что богатый человек, чуть не прыгнувший с башни, был рабом второго, он давно мог бы выкупить себя, но хозяин не хотел отпускать такого прибыльного раба. Что уж там случилось между ними — возможно, хозяин просто пошутил, но случай запал в душу Араны на всю жизнь.
Прожив и повидав немало, ведьма знала наверняка, что именно то же может случиться при слепом подчинении силе — однажды ты шагнешь с парапета, даже не обязательно понимая это, а твое место займет другой неосторожный в своей самоуверенности дурак.
Арана чувствовала, что время неумолимо уходит. Успеет ли она донести до Рады главное, чтобы девушка смогла пройти по тонкой нити над пропастью?
Глава 12
Грань тонка
«Юноша ушел на охоту, чтобы добыть пропитание недавно обретенной жене, которая зачала от него ребенка. Наступал вечер, когда он возвращался с добычей домой. Задумавшись, молодой человек немного сбился с пути и перестал узнавать места в сгущавшихся сумерках. Решив продолжить путь утром, он заночевал у костра.
На восходе солнца он постучал в дверь своего дома. Печальная женщина открыла ему. Сзади к юбке матери жался мальчуган лет семи.
— Где ты был? — устало спросила жена.
— На той стороне, — ответил охотник, опустив глаза.
— А где же „та сторона“? — не сдавалась она.
— Рядом с этой. Иногда достаточно протянуть руку…»
Легенда народа арани
«Я засыпаю и вижу другие миры. Просыпаюсь ли я в том же мире, где засыпал? Ко мне приходят грезы, где я нахожусь в это время? Грань тонка, и за этой гранью находится неизмеримо больше, чем вмещает обыденный мир. То, что за гранью, ищет возможность воплотиться здесь. Любой может стать открытой дверью, но он в ответе за то, чему даст проход, как и за другие поступки.
Точно знаю, что я уже не тот, каким был в юности. Каждый новый день изменяет меня. Но порой чудится, что и я изменяю мир каждой новой написанной строчкой. Легенды минувших веков дают свои ростки в настоящем. Я чувствую, как что-то начинает изменяться вокруг, и надеюсь дожить до того дня, когда перемены станут осязаемой реальностью».
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
