свой организм.
- А в твоем? - парирует Смирнов с пошлой ухмылочкой, продолжая лениво надрачивать.
- Что - в моем? - рассеянно спрашиваю я, завороженно следя за его движениями.
- Не вредно перегружать свой организм?
Я шумно сглатываю слюну. Как можно быть таким пошляком? И при этом выглядеть соблазнительно и нереально привлекательным?
- Мне тоже надо в душ, - громковато восклицаю я, вскакивая.
- Стоять! - в своем стиле приказывает Смирнов, хватая меня за локоть, для чего ему приходится податься вперед, - Иди сюда!
Лев резко дергает меня на себя, и я, оказавшись сверху, инстинктивно расставляю ноги и упираюсь коленями в матрас, а руками - в широкую грудную клетку. Она горячая, распаренная и до сих слегка влажная. А соски - твердые, тугие. И невероятно соблазнительные. Так и хочется наклониться и куснуть их, каждый по очереди.
Лев укладывает свои ладони на мои бедра, крепко сжимает и слегка двигает вперед - аккурат так, чтобы моя голая промежность “проехалась” по его эрекции.
Божечки… а ведь у меня там до сих пор мокро, между прочим. И перепачкано спермой. Моя влага “пачкает” вымытое хозяйство Смирнова, опять заставляя меня не только страшно покраснеть, но и вздрогнуть от острой пульсации возбуждения. И еще раз - когда мужские ладони скользят вверх по моему телу и обхватывает набухшую грудь.
- Ты гребанный извращенец, - стону я, от удовольствия выгнувшись в пояснице и откинув назад голову.
- О? Да нисколько, - ухмыляется Смирнов, делая толчок бедрами вверх, из-за чего происходит стимуляции клитора и я снова всхлипываю. - Я нормальный мужик и не извращенец. По больше части.
- Но озабоченный. Это ненормально - иметь такой стояк. Может, ты на таблетках каких-то?
Не знаю, почему я болтаю в такой ситуации. Наверное, это нервное.
- Никаких голубых таблеточек, детка, - со смехом говорит мужчина, - Все свое, от природы. Ну, еще от тебя. Трудно удержаться от соблазна…
Ну, тут я хорошо его понимаю. Прям вот лучше всех. Мне тоже трудно…
… Очередной “раунд” снова длится где-то полтора часа. Окончательно вымотанную и одновременно - невозможно удовлетворенную и воодушевленную - чудовище собственноручно относит меня в ванную и помогает принять душ. ножки-то держат меня слабо.
… А потом на кухне - пока мясо греется и кипятится чайник, мужчина, усадив меня на стол, снова дразнит меня петингом и жадными, невозможно голодными поцелуями. И, судя по не самым приятным ощущениям в основании шеи, оставляет пару засосов.
Вот сволочь!
Но ведь нереально же сексуальная и властная сволочь!
У меня нет ни желания, ни сил с ним спорить или говорить о “деле”. Порочная властность этого мужчины совершенно точно подчинила меня себе, не давая и шанса на освобождение.
И меня это должно беспокоить, да… Волновать и тревожить, как совсем недавно.
Так почему этого нет?
Этот хитрый застранец в буквальном смысле вытрахал из меня и оргазма все обиды, которые всего сутки назад заставили меня выдуть полторы бутылки вина и страдать над собственной беспомощностью.
Меня захватил ураган под именем “Лев Смирнов” и закружил в бешеном калейдоскопе.
Но мне почему-то хорошо.
Поэтому…
Не буду пока ни о чем думать.
Будем решать проблемы по мере их поступления.
51. Лев
Думаю ли я о последствиях своих действий? Понимаю ли я, что творю настоящую дичь, пока неистово вколачиваюсь в такую сладкую, мягкую и податливую девочку и мну ее охрененно сексуальные бедра и груди?
Черт возьми, нет!
И только на кухне, куда я ухожу, чтобы достать из духовки проклятое мясо, я замечаю в маленькой открытой коробочке несколько пластинок с таблетками, а среди них - и блистер с противозачаточными. Немного позже я даже забиваю название в интернет, чтобы удостовериться и не рассчитывать на обычно отличную память. И да. Это действительно оказываются противозачаточные.
А ведь мы не предохранялись. Ни тогда, в Юрьево, ни сейчас.
Не такой уж я дурак, чтобы не думать, чем может грозить незащищенный секс. Но я сознательно пошел на риск, чтобы…
Чтобы что?
Чтобы только кайфануть по полной? Ведь кончать внутрь, особенно когда женщина кончает сама, содрогаясь и сжимаясь своими внутренними стеночками, это чистый и незамутненный кайф.
Нет уж. Не только поэтому.
А чтобы привязать. Подчинить. И сделать своей от начала и до самого конца.
Не слишком ли безрассудно? Не слишком ли быстро?
Определенно, да. И на второй вопрос тоже - да.
Но я прагматичен и дальновиден. А еще - охрененный аналитик. И мне оказалось достаточно всего ничего, чтобы спланировать дальнейшее мое существование на этом гребанном свете.
И не одиночное и обособленное, как и раньше, а вполне себе обычное и стандартное. Этакую жизнь цивильного семьянина с хорошенькой женушкой под боком и парой-тройкой детишек.
Я даже почувствовал небольшое разочарование от мысли, что Самойлова предохраняется. Вредная девчонка оказалась умнее меня - не зря ж с такой легкостью позволила мне кончать в нее раз за разом.
А потом еще и разговоры эти повела прямо в постели… Правда, быстро закруглилась, смущенная и смятенная собственными неконтролируемыми эмоциями…
Но ведь никакие контрацептивы не могут дать стопроцентную гарантию, ведь правда?
А еще контролировать себя у малышки получается куда как лучше, чем ей кажется.
Просто она по своей натуре честна и прямолинейна.
Пусть и немного труслива. И обижена. Да-да, эти ее “обижульки” ощущаются практически на физическом уровне.
Но они не бесят и не раздражают. А почему-то, наоборот, умиляют, как “хотелки” маленькой хрупкой девочки, которая сама боиться своих желаний, поэтому, если и просит о чем-то, то всегда еще и извиняется за это. И делает умильно-прелестное выражение, как Кот из “Шрека”.
Лапочка, короче.
Но постель - это другое дело.
Здесь Ника не кошечка, и не наивный ребенок. Это ураган страсти и экспрессии в чистом виде - тоже честная, тоже порывистая, а еще жадная и одновременно щедрая.
Что там у нас по мужскому идеалу? Хозяйка на кухне, шлюха в постели?
Нет, язык не поворачивается назвать ее шлюхой.
Ника - это что-то с чем-то. Вкуснейший кексик и тягучая патока. Пряный ликер и бомбический абсент. И всё - в одном флаконе.
Вот не зря у меня дичайшее желание ее сожрать. Вот почему я ставлю на ней свои метки - не только кончая внутрь, но и оставляя засосы. Парочку - на шее, парочку - на груди, еще с пяток - на ягодицах и бедрах. И
