Читаем без скачивания i 422a965560a818ed - Admin

   Кровь, пот, цветы, еда - запахи оживали при взгляде на эти картины праздника. Богатство города расцветало, пробивалось сквозь блеклые краски мозаик, мраморных рельефов.

   Глядя на картины, верилось, что город жил в вечном празднике. Размах действ поражал, в них участвовали тысячи, а может более жителей города. Весь город пускался в пляс!

   Каперед мысленно остановил хоровод тел, мелькающий вокруг. То были мгновения радости, но не повседневные занятия горожан.

   Среди блеска веселья не удалось увидеть привычных Капереду шествий в честь победоносных полководцев. Не было телег с золотом, серебром и драгоценностями; а где тысячи колон рабов, табличек разграбленных городов и покоренных царств; не встречались украшенные плюмажами шлемы воинов, несущих значки когорт; почтенные отцы города шли лишь к храмам, чтобы продолжить веселый праздник, но никто из них не включался в процессию полководца. Потому что не было никаких полководцев, и не справляли они здесь триумфов.

   Неужели эти веселящиеся люди были предками Капереда. Разве могли они передать потомкам стойкость, мужественность и доблесть? Они слишком изнежены для этого, в их племени не сыскать ни одного трудягу воина!

   Каперед негромко посмеялся - его позабавило, куда завели мысли. Уж не он ли один из этих доблестных воинов? Нет, в мифическом прошлом остались все мужественные и доблестные. Лишь стойкость к вину еще кое-как сохранялась у горожан, не позволяя им превратиться в диких варваров или в животных.

   А теперь оказалось, что и предки не отличались мужественностью. Это открытие поражало Капереда больше всего. Ведь кроме столь явной картины он больше ничего не видел в городе древних.

   Проводник поджидал Капереда на вершине холма. Он знал, как пришелец отреагирует на окружающий вид.

   И поражали не развалины храмов, дворцов и сокровищниц на вершине холма, а сам город, открывшийся во всем великолепии пришельцу.

   Каперед увидел истинные размеры города, ощутил его форму и проник в суть его.

   То был комплекс стен, каналов, садов и гражданских сооружений, расположенный вокруг центральной оси - вот этого самого холма. Каперед поворачивался на месте, взглядом пытаясь охватить всю громадную панораму.

   Его взору открылась внутренняя гавань - никакой это не нимфеон. За ней располагалось малое кольцо нижнего города с развалинами большой палестры и иных сооружений. Каперед узнал остовы десятков храмов, множества нимфеонов и огромный ипподром, расположенный на восточной стороне. За этим кольцом располагался большой канал - искусственное сооружение, охватывающее внутреннее кольцо, соединенное с морем поперечным каналом, идущим через все районы города с севера на юг.

   Дорога рассекала город с запада на восток, а поперечный канал делил его с севера на юг. Четыре района, не считая нижнего города, поделенного на четыре части и центрального острова.

   Каперед мысленно пытался прикинуть размеры города, но сбился. Подобные цифры использовали философы, пытаясь подсчитать расстояния между величественными городами Обитаемых земель. Для обывателя эти цифры сливались в бесконечное ничто, слишком большое расстояние, чтобы удалось его втиснуть в рамки разума.

   Да и сложно судить о размерах города, ведь его границы не были четко очерчены стенами. Какие-то остатки стен сохранились, но лишь фундаменты. Каперед решил считать от границ иных земель, не принадлежащих городу. С севера он граничил со студеным морем, большая гавань соединяла поперечный канал с большой водой. Запад, восток и юг ограничивали бесконечные леса косматых варваров. На юге угадывались очертания гор, чьи белые шапки вонзались в облака, пробивая небесную твердь.

   Эти горы не были знакомы Капереду, но были частью цепи возвышенностей, идущих на юг, до южных земель и отечества торговца. На конце этой цепи, где горы превращаются в холмы, располагается Город - родной мир Капереда.

   Каперед почувствовал слабость в ногах и уселся на камень. Он глядел на юг и за горизонтом ему чудились скромные кирпичные домишки его Города. Редкие куски мрамора терялись среди красных строений.

   Здесь наверху воздух был студеным, как море на севере. Тяжелое место для жизни, негостеприимное для человека. И все же, тут кто-то жил. Проводник не случайно вел торговца сюда. Он хотел привести чужака в город - в его город!

Глава 13.

   Акрополь, верхний город, самое защищенное место. Казалось, что прошедший катаклизм должен был срезать этот холм у основания, уничтожить все строения на нем, втоптать в грязь историю. Нет же, верхний город сохранился лучше остального. Словно приливные волны остановились, ударившись в стены акрополя. Стены обрушились, но город уцелел.

   Уцелели развалины храмов, расположенных по сторонам от главной улицы. Множество колоннад, за которыми располагаются целлы храмов.

   Каперед подумал, что могли сохраниться статуи в святилищах. Тогда удастся узнать, каких богов чтили древние. По легендам, многие боги пришли вместе с переселенцами на юг.

   Неплохо было бы узнать источник, из которого черпает современное общество.

   Из-за уцелевших колон выглядывали люди. Они не прятались и не привлекали к себе внимание. Каперед сразу не обратил внимания на безмолвных зрителей. Он был полностью захвачен видами архитектуры верхнего города.

   Уцелело многое, но еще больше было уничтожено. Боковые улицы, подходящие к главной под прямым углом, были завалены обломками камней, барабанами колон и красной черепицей.

   Красный цвет кирпича перемешивался с благородным мрамором. Розоватый в прожилках камень стоил огромных денег. Даже транспортировка от развалин на юг будет стоить меньше, чем добыча его в карьерах. Которые, кстати, контролировались недружелюбными варварами с востока.

   - Нам необходимо спешить, - сказал проводник, схватив торговца за руку.

   Он не пытался причинить боль, хотя это наверняка ему бы понравилось. Торговца он держал крепко и настойчиво потянул на восток по главной улице. Каперед еще не знал, что находится в той стороне. Он мог лишь догадываться, что это будет ось города, вокруг которой он некогда крутился.

   Главный храм, дворец или площадь для собраний?

   Таящиеся жители выходили на улицу. Каперед заметил любопытных и, казалось, удивленных жителей города.

   Они были все высокими, крепко сложенными, но с какими-то искаженными лицами, словно пораженные болезнью. Каперед не видел иных следов болезни. Он сомневался, что это болезнь.

   Одежду эти люди игнорировали. И мужчины, и женщины предстали нагими, предоставив свои тела похотливым взорам соседей.

   Любопытство потянуло их сюда. Они не ожидали увидеть чужака, которого привел один из их собратьев. Но любопытство недолго удерживало их внимание. Обилие тел, доступных и - в особенности - недоступных, пробудило в них звериную похоть. Сатирические крики пронзили небо, а самые сильные мужчины пронзили самых слабых, которые не особо то сопротивлялись. Зато могучие жены этого племени оказали сопротивление, что только разожгло пыл мужчин, потраченный на доступных женщин.

   Каперед видел все и не мог поверить, что на руинах великой цивилизации происходит подобная звериная свалка. В их действиях не было ничего, отмеченного божественным вниманием. Они совокуплялись из похоти, но не будучи пьяными или безумными.

   Картина от этого становилась лишь ужасней. Каперед хотел бы сбежать от нее, но слишком много жителей руин вышло поглазеть на него. Болезнь совокупления распространялась от одной группы людей к другой.

   Каперед заметил, что и его проводник был захвачен низменными стремлениями. Это прекрасно видно. Но что-то удерживало его от стремления броситься в толпу тел и вырвать себе самый сочный кусок.

   Они продолжали путь, а Каперед смотрел только под ноги. Уши он не мог заткнуть ничем, никак не мог избавиться от звуков, больше подходящие для уличных актеров, симулирующих совокупление.

   Действия этих зверолюдей не походили ни на что возвышенное, не имели мотивации.

   Акрополь был большим, населяло его множество людей, но недостаточно, чтобы они заполонили все улицы. Вскоре толпы ворочающихся людей остались позади, Каперед смог вздохнуть с облегчением.

   Он не понимал, что могло так увлечь его проводника. Эта оргия не походила на что-то привлекательное или соблазнительное. Казалась чем-то чужеродным человеку.

   Каперед более не смотрел на развалины вокруг, боясь увидеть очередной клубок из сплетенных тел. Эти руины опорочены, осквернены и лишились своего духа. Катаклизм, уничтоживший нижний город, не смог лишить развалины их души, а эти дикари смогли уничтожить этот дух в верхнем городе! Их действия оказались намного страшнее, нежели бури или шторма. Ни одно наводнение не причинит столько разрушений, землетрясения не сокрушат столько храмов.