Читаем без скачивания Багровый папоротник - Ана Карана

хохота. Смеюсь до слез, прижимая руку к больным ребрам и стараясь вдыхать неполной грудью, но подкатывающие приступы слишком сильные, чтобы сопротивляться. Мы с Крисом сгибаемся пополам и гогочем, как кони. Цилла, давясь слюной, повисает на сияющем Деймосе и, заливаясь, цитирует его слова с придыханием, в то время как Блю и Марго оседают на пол, держась за животы. Недоумевающий Янтарь, оказавшись на полу, недовольно шипит и сворачивается в клубок, накрываясь хвостом. Даже Джейс и Кайс, которые меньше всего подвержены влиянию близнецов, не могут сдержать смешков.

Оборачиваюсь на Фобоса, и улыбка стирается, как нарисованная, при виде холодных глаз, плотно сжатой челюсти и резко очерченных скул. У Фоба даже уголок губ не дрогнул, пока мы смеялись как в последний раз.

Что-то острое полоснуло по сердцу. Ойкаю и затихаю. Горячая волна стыда подступает к горлу, перебивая дыхание, и я виновато утыкаюсь в пол, чтобы не видеть Фоба.

— Может, мы не должны были выполнять задание? — неожиданно заявляет Блю. — Что, если рухнувший самолет не был случайной ошибкой техотдела, упустившего поломку, и нам суждено было погибнуть?

Я и Джейс обмениваемся многозначительными взглядами, и брат отрицательно качает головой, уверяя, что не посвящал Блю в наши догадки. Всегда говорила, что у его девушки превосходная интуиция. Только вот умереть мы тоже не должны были в самолете. Цель нашего присутствия в 20-ом районе превращается в эфемерный туман.

Вздрагиваю, вспоминая, что кто-то из Гарпий причастен к взрыву.

— Что с тобой? — Крис трогает за руку. — Больно?

— Сейчас пройдет, — отмахиваюсь.

— Вот и я о том же, подумайте. — Джо затягивается напоследок, растаптывает тлеющую сигарету ботинком и включает камеру, чтобы заснять тело. — Неспроста все мы здесь.

— И что теперь делать? — раздражается Фоб. — Мой брат умирает, потому что какой-то больной урод захотел устроить игру на выживание?! — Яростно ударяет кулаком в стену. — Может, и никаких документов здесь уже нет! Зачем рисковать жизнями и продолжать поиски неизвестно чего? Чтобы кто-то еще пострадал?! Недостаточно погибло людей?!

— Успокойся, — Деймос кладет руку ему на плечо. — Мы во всем разберемся. Что-нибудь придумаем.

— Ой, не беси меня! Я ничего не могу придумать, понимаешь? — Близнец скидывает руку брата и отчаянно заводит локти за голову. — Я, черт возьми, в ужасе, потому что понятия не имею, как спасти твою жизнь!

— Фоб…

— Заткнись и не выводи еще больше, Дей!

В гневе Фобос совершенно другой человек, и уже мало похож на весельчака и балагура. Скорее напоминает двухметрового рассвирепевшего гризли.

— Меня сводит с ума твое долбаное спокойствие! — брызжет слюной. — Как смеешь вести себя, как ни в чем не бывало?! Шутить идиотские несмешные шутки и не задумываться, что пристрелю тебя, как больное животное?!

Фобос сползает по стене на пол и утыкается в колени, обессиленно уронив руки.

— Про шутки обидно, — фыркает Деймос. — А в остальном по делу.

Садится рядом с братом и подставляет плечо. Фобос сначала отстраняется, что-то буркнув, но потом опирается на близнеца, будто на единственную, способную удержать, опору.

Впервые вижу жизнелюбивого и бойкого Фоба раздавленным, и это заставляет страдать от бессилия. Друг всегда был примером, как нужно справляться с ударами судьбы, ведь что бы ни случилось, держал нос кверху. Теперь же вижу невыносимые мучения Фобоса, прорывающиеся сквозь оболочку оптимизма, и сама мысль о том, что чувствует, раздирает душу.

И мне хочется кричать до разрыва связок, бить кулаками до крови и рыдать до потери сознания. Хочется стереть в пыль горы, высушить океаны и задушить всех рыб, лишь бы не видеть, как ему больно.

— Ох, Фоб. — Присцилла опускается рядом на колени и закрывает телом, будто оберегая. — Все будет хорошо, честное слово. — Успокаивает по-детски и наивно, заранее зная, что лжет. Как я Ингрид. — Деймос прав, мы обязательно во всем разберемся. Правда? — вдруг оборачивается на Джейса, а глаза блестят. — Правда?

— Правда, — глухо откликается брат.

Тоже знает, что лжет, но взгляд не отводит, беря ответственность за последствия. Джейс неосознанно оказывается возле меня и Криса, влекомый братским инстинктом. Нащупываю ладонь и сжимаю.

Внезапно механический голос обрывает повисшее безмолвие, заставляя подпрыгнуть.

— Реверс вызывает Гарпий, прием!

— Это совсем близко, — оживляется Марго. — Прямо за дверью!

Удрученно вздыхаю и оглядываюсь.

Комната отдыха представляет собой просторное помещение с посеревшими диванами из дешевой прогнившей ткани, вымокшей насквозь из-за стоявшей воды, стеклянными журнальными столиками, кофейным автоматом и разбитым телевизором на стене. В углу поскрипывает отвисшими дверцами шкаф для спецодежды, а под ногами хрустит бытовой мусор, не успевший превратиться в прах за двадцать лет.

Комната, судя по карте, с одной стороны примыкает к еще двум таким же комнатам отдыха, а за ними извивается длинный лабиринт коридоров, устремляющихся в ботанический сад. С другой стороны соединена лестничным пролетом, будто артерией, с бункерами, где создавали и испытывали биологическое оружие, о чем сигнализирует жирный знак опасности.

Разумеется, голос доносится из-за той двери, что не обещает увлекательной прогулки по саду.

— Вдруг это оно? — шепчет Цилла, вжимаясь в Фобоса. Машинально обхватывает подругу за плечи. — Что делать?

— Все равно нельзя оставаться здесь, — спокойно замечает Джейс. — Мы тут, как в клетке.

— Но можем выбрать, куда идти, — возражает Фобос. — Мы уже знаем, что голосам нельзя доверять. Стоит ли делать это сейчас?

Вопрос повисает в воздухе без ответа.

— Реверс вызывает Гарпий! Меня кто-нибудь слышит? Это Литий, прием!

Марго подпрыгивает, хлопая в ладоши.

— Это позывной Беннета! Мы спасены!

Подлетает к двери и уже хочет распахнуть, но останавливает Феникс, загородив проход.

— Не глупи! Позывной еще ничего не значит!

— Уйди с дороги, Кайс. Я больше ни секунды не намерена оставаться в этом месте! Особенно с тобой!

Грубо отпихивает его в сторону и дергает дверь. Та с жалобным скрипом поддается, едва не слетев с ржавых петель. Марго, выставив пистолет, исчезает в полумраке аварийного света, даже не обернувшись.

Уже дважды нам не оставляют выбора. И это начинает порядком раздражать. Хотя, мне ли судить, учитывая предыдущие выходки?

Просовываю руку под одежду и осторожно ощупываю расползшиеся швы, которые Марго так и не успела подлатать. На пальцах остается кровь, и я быстро прячу руку в карман, опасливо озираясь по сторонам в надежде, что никто не заметит. Взглядом натыкаюсь на Деймоса. Пристально смотрит мне на живот, а потом облизывает пересохшие губы и шумно втягивает воздух. Под глазами залегли тени, придающие болезненный вид. Дождавшись, когда встретимся глазами, кивком спрашиваю, все ли в порядке. Друг жутко растягивается в кривой улыбке.

Испугавшись, отворачиваюсь.

— Идем, — зовет Джейс, направляясь за Марго.

Покидаем комнату отдыха, и на мгновение оборачиваюсь