Читаем без скачивания Филин. по ту сторону страниц - Sergey Vells

Калин, всучил мне мои документы, не забыв при этом напомнить, что я получу, если он сегодня встретит меня снова, после чего я вышел на бодрящий свежий воздух.

Уже стемнело, и всюду горели фонари.

Частые прохожие сновали по улице, не обращая на меня ни малейшего внимания. В сумбуре мыслей, я пытался понять, что же делать дальше.

Я нахожусь в неизвестной мне локации, денег нет, информации нет, и надо сваливать подальше, а то упекут волки позорные на неделю в принудительный санаторий.

Делать было нечего. План был хренов, но был. Убраться подальше от оживлённой улицы, и перекантоваться в тишине и покое, пока не пройдёт голова, и моё состояние не придёт в норму.

Сделав пару шагов по дороге,я почувствовал пристальный взгляд на своей спине.

Обернувшись, и прищурившись, как китаец с похмелья, я всё же смог сфокусировать цельное изображение улицы.

В паре метров от меня стояла толи карета толи её более новая интерпретация. Из неё-то я и чувствовал пристальный взгляд.

— Ох, блин, совсем крыша едет. — Махнул я рукой на разыгравшееся воображение.

Сделав пару шагов вперёд, я снова почувствовал то самое чувство взгляда в спину. Но подумать мне об этом не дали. Карета, что стояла позади резко сорвалась с места, и за пару секунд поравнявшись со мной, после чего её двери распахнулись, и на мою многострадальную голову обрушилась дубина.

Очнулся я привязанный к огромному камню, а этот самый камень находился в огромном по своим размерам подвале. Каменные своды которого уходили на три, а то и на все шесть метров вверх, а в ширину это помещение могло вместить хоккейную дворовую коробку.

Вдоль всех стен стояли колонны с прикрепленными к ним масляными лампами, которые светили так ярко, что ни давали темноте и шанса.

Чуть поодаль от меня на каменном столбе высотой с метр, была расположена столешница, на которой лежала огромная книга, открытая на середине. Чуть в стороне полукругом вокруг этой подставки для книги, практически в притык друг к другу были поставлены метровые свечи, что горели ровным пламенем.

Между колоннами немыми стражами стояли рыцарские доспехи. Также нечасто можно было увидеть столбы в полметра обхватом, на которых стояли бутылки и кубки.

— Нравится?

Я резко повернул голову влево, и скривился от боли в области лба.

— Ты! — Только и смог сказать я.

В полуметре от алтаря, к которому я был привязан цепями, стоял книжный Сатана.

Выглядел он очень довольным, и бодрым. Черный фрак и красная рубаха не застёгнутая на три последние пуговицы делали из него ещё того франта. В руке он сжимал трость, которой постоянно настукивал какие-то мелодии.

Седые волосы были заделаны в хвост чёрной лентой, и на лбу не было и намёка на рога.

— Я. Вот и свиделись. Эх, Леонид, — вздохнул устало демон. — Если б ты знал, сколько я сил угрохал, чтобы затащить тебя сюда. Ты бы мне отпуск дал бы, право слова.

— Так это ты постарался, рогатое ты недоразумение! — Затряс я цепями.

— М-да. Бить тебя по голове противопоказано. Я же сказал. Я угрохал много сил и времени, чтобы ты снова посетил меня своим вниманием. — Растягивая слова, будто объясняя дебилу, говорил Сатана.

— Издеваешься, да! А ну развязывай и отправляй меня обратно. — Дёргался я на алтаре.

— Тут такое дело, — сделал смущённое лицо демон. — Мне надо, чтобы ты побыл на этом камешке ещё с часик.

— А ну развязывай меня, — дернулся я и попытался, рассеяв тело, освободится от пут. Не вышло. — Что за нах⁉

— Ну, что тебе стоит полежать часок на камешке и отдохнуть, а потом тебя быстро принесут в жертву и свободен, правда свобода может прийти со смертью, но свобода же. — Лыбился Сатана.

— Что ты несёшь демонюга! — Уставился я на него округлённым взглядом.

Сатана прислонился пятой точкой к алтарю, и слегка повернув ко мне голову, заговорил:

— Пойми. Ты же сам ощущаешь себя хреново. Тошнит, в глазах рябь, голова будто с дикого похмелья или хуже. Это потому что ты тут без ключа.

— Без чего? — Удивился я.

— Без книги, — пояснил мой собеседник. — Я долго думал, о нашей встречей Леонид. И я знаю про твою силу, поэтому я смог отправить тебя обратно. Вселенская бюрократия, она знаешь какая, — поднял он палец вверх. — О-го-го какая. Но я нашёл лазейки и для себя, и их две. Первая принести тебя в жертву до смерти и открыть портал, либо ты откроешь портал, и смерть отменяется. Вы ты бы, что выбрал?

Я смотрел на Сатану и только хлопал глазами. Этот книжный князь ада затеял, какую-то игру, и я в ней для него главная фигура.

— Я бы выбрал не смерть. — Пробубнил я.

— Скучно, — цокнул языком демон. — Но ты тут и значит, я был прав.

— В чём? — С трудом выговорил я, от нарастающей боли в голове.

— В том, что ты меняешь пространство вокруг себя. Мой мир Блуйотера, продолжил жить после того как ты исчез из него. Я в первую нашу встречу дал тебе не книгу заклинаний, а перечень способностей коими обладают высшие вампиры. А также поставил на тебя метку. С помощью неё я тебя и втащил обратно сюда, правда, тащил я тебя аж два года. Но эффект колоссальный, даже от простого присутствия тебя тут. Наш мир, словно калька накладывается на твой. Ты батенька одним присутствием перетягиваешь Блуйотер в свой мир. А точнее вклиниваешь его в рисунок вашего пространства.

— Ты бухой что ли? Я да целый город на землю тащу⁈ Рога внутрь расти что ли стали⁈ — Трепыхался я на алтаре, пытаясь ухватить гада пальцами и хотя бы ущипнуть.

Сатана заржал и ударил тростью об каменные плиты.

— Это немного не так работает. Ты у нас контуженный по жизни, так что тонкостей не поймёшь. Даже не проси рассказать. Скажу лишь одно. Либо ты сейчас помогаешь мне, либо первый вариант с заменой металла на дерево. И поверь такую близость с природным продуктом ты не переживёшь вампирёныш.

— Ах ты ж хитрая жопа! — Подавился я от возмущения.

— Такая же, как и ты, — парировал Сатана. — Мне всего-то надо, чтобы ты умер на алтаре. Но ты сам должен выбрать полностью или нет. Ну что тебе стоит повалятьться трупиком пару минут, вы вампиры очень живучи, знаешь ли, прям как тараканы.

Несмотря на сильную головную боль, я понимал, что тут всё не так как хочет выставить этот рогатый гад. Уж больно он распинался, угрожая в лёгкой форме смертью. Но, что если это не так, и он просто развлекается?

— Если я соглашусь, ты вернёшь меня домой? — Решил потянуть время с ответом я.

— Ну, я как бы не думал об этом. Ты же башковитый придумаешь, что не то. — Отмахнулся он.

— Ах ты, пень рогатый! Засунул меня сюда. А как вытаскивать узнать не удосужился! — Взвыл я.

— Надо было сначала тебя сюда запихнуть. А там по ходу пьесы. Да не парься ты так. Тут не так плохо. Хочешь, я тебе пару тройку ведьмочек выдам, ты и забудешь, что домой надо, они такие искусницы. Закачаешься. — Закатил он глаза, имитируя блаженство.

— Пошёл ты на кол с блудницами своими. — Фыркнул я.

— Ну а я про что. Их только пошли на кол. — Заржал Сатана.

Я только хотел было открыть рот, как Сатана что-то будто учуял, и через секунду сплюнув прямо под свой же алтарь, отстранился от него и развернулся ко мне.

— Ладно. Некогда мне лясы точить. Дела у меня. Да или нет⁈

— Чего да или нет?

— Скажи да! — Гаркнул Сатана.

— Нет! — На автомате сказал я.

— Я тебе сейчас ноготь вырву. Говори быстро! — Склонился надо мной демон.

— А что тебе даст моё «Да». — Сказал я и не понял, что произошло.

Сатана рванул на груди мою рубаху, разрывая её, и ткнул пальцем в метку над пентаграммой, прижёг ее, превращая в ожог, словно от железного прута.

— И такое «Да» сгодится. — Смеялся он. — Я тут болтал не просто так, знаешь ли. Заклинанию силу надо было набрать. Смерть такого гения мысли запечатало бы нас обратно, и вся работа за два года в жопу полетела бы. Пришлось попугать слегка. Чтобы ты согласие дал на перенос. Ты же сам не в курсе, на что ты родной способен. Но поздравляю заочно. — Пожал он мою связанную цепями руку.

— С чем⁈ — вытаращился я в непонимании, что вообще происходит, на Сатану.

— Добро пожаловать в прошлое. — Расплылся в улыбке демон и исчез, будто его и не было.

А из прохода послышались шаги. Я повернул голову туда, где из арки вышли тринадцать человек в рясах с капюшонами на головах.

Они молча, медленно окружали меня. Их лиц не было видно, а одна из фигур прошествовала к книге.

Когда двенадцать подобий