class="p1">Поставку пообещали в ближайшие пару дней. На прощание попросили не распространяться заранее о скором пополнении ассортимента. Якобы, товар лишаковый и списанный с баланса подразделения.
— А почему всего десять комплектов? — недоумевал Макс, по пути к следующей торговой точке.
— Магазин слабый, больше не купит. А если назвать, сколько у нас есть снаряжения, то поймёт, что будем продавать и другим. Конкуренция растёт — цены падают. Нам такое незачем.
— О-о-о! — в унисон протянули солдаты, слышавшие разговор. Синьор офицер не переставал их восхищать своим всесторонним развитием. Стреляет лучше всех. Дерётся так, что Свет упаси. О чём не спроси — во всём грамотен. За что не возьмётся — всему ладу даст. И зря, что варвар степнячий!
Благодаря внешности и придирчивости командира, весь взвод чувствовал свою уникальность. Порой, сами не замечали, как на тренировках и в работе из кожи вон лезли. Похвала от такого умного мужа — вдвойне отрадна. Портачить тоже старались поменьше. Потому как и наказания были вдвойне неприятны, а порой — опасны для жизни и здоровья.
Бездна… Если так рассуждать, то страшно представить, что творится среди подчинённых Венги. Хотя, она их вроде тоже гоняла знатно. Но чисто по-бабски.
До обеда обошли почти все магазины. Даже один профильный нашли, с оружием и бронёй. Хозяин клялся купить всё, что принесут. Видимо, собирался спекулировать. Ну удачи, удачи…
Кстати, там купили Максу латные рукавицы. Он сначала хотел перчатки, чтобы стрелять из ружей и пистолетов не снимая. Но Кен отговорил, ссылаясь на меньшую защиту. Мол без разницы лёгкий или тяжёлый клинок, если по пальцам ударят, то маленькими пластинами может и кости раздробить. В итоге, выбрали настоящие кованные бастионы с рёбрами жёсткости и большим количеством подвижных сочленений.
Выложить пришлось четыре золотых. Но оно и не странно, учитывая обстоятельства и внешний вид покупателей. Зато бритву получили в подарок.
Затем заглянули к антиквару. Увы, не слишком продуктивно. За кость выторговали всего пятьдесят серебряных, а проволоку в кожухе вообще брать не захотел. Сказал, что и у самих такого мусора хватает. Причём, разного сечения и большей длины. Якобы, толстые — фермеры во время пахоты регулярно плугами из-под земли поднимают. А тонкие — под штукатуркой в старых домах находят.
Что оно такое и зачем древние прятали эти жилы — бездна знает. Извлечённый из них металл слишком мягкий, разве что для пуговиц и для посуды годился. Хозяин лавки продемонстрировал чайный сервиз из светлого материала. По цвету и весу он подозрительно напоминал Батину мятую кружку.
Ничего стоящего или интересного в магазинчике не нашлось. Ни документов, ни книг, ни карт. Макс даже попробовал описать свой пояс, но антиквар лишь пожал плечами.
Кен при этом облегчённо выдохнул. Ему не нравилась мысль, о соседстве сразу с двумя железными кровопийцами.
Обедать пошли в заведение сродни салону Стиллролла. Похоже, что Лай сюда давеча наведывался, поначалу на компанию воинов смотрели с подозрением.
В этот раз публики было куда больше, чем за завтраком. С парой господ даже пообщались. Тех интересовала длительность войны и успехи на фронтах. Кеншин как мог подбадривал бюргеров и осыпал их военной терминологией. У бедолаг аж уши стали заворачиваться. Со слов наёмника, бедуинам грозил холод, голод и всевозможные болезни, в связи с утерей топлива.
— Гер Циндао. — перебил один из мужчин. — Но вы же со своей катапультой только крайние области достали? А там ещё и внутренняя одна. Та, в которой они корабли свои приземлили.
— На многотысячное войско — всё равно мало! Вот, смотрите. Расход дров на одно отделение в сутки… — степняк макнул палец в пиво и принялся расписывать какое-то уравнение на полированной столешнице.
От количества переменных и действий, у мужчин полезли глаза на лоб.
А вот Макс нахмурился. Насколько он разбирался в арифметике и в военном деле — Кен откровенно бредоносил. Но, сука, как уверенно он это делал…
— Из перечисленного следует, что наши теплолюбивые друзья столкнутся с дефицитом топлива уже в первые недели настоящих холодов. Всё понятно, дорогие геррен?
— О! Йа! Йа! — богатеи как могли корчили умные мины и кивали наперебой.
С воинами горячо попрощались и даже предложили оплатить их счёт. Но те демонстративно отказались и снова расщедрились на чаевые.
Неужели и правда помогать прилетели, а не за деньгами?!
— Ты ему сколько монет сыпанул?! — возмутился Макс, едва отдалились от ресторана.
— Пол сотни серебром. Если честно, то я и сам не ожидал, что у них цены такие.
Солдаты семенили следом и были тише воды, ниже травы. Не хватало ещё, чтобы и их скидываться заставили.
После сытного обеда желание шататься по Шварцштайну категорически отпало. Офицеры объявили задачу выполненной и решили возвращаться.
* * *
Остальная часть бригады явилась в расположение затемно и в подозрительно хорошем настроении.
На вечернем совещании Батя рассказал детали выхода на стену. Оказалось, что имел место инцидент. Причём, разгромный для бедуинов.
В одном месте оккупанты решили посмотреть, чего это там местные затеяли. В разгар работы, парочка любопытствующих подошли почти к самому пролому. Ну-у-у… Это как им самим казалось. На деле же, их просто подпустили.
Арбалетчики сработали чётко. Обоих храбрецов (ну или дураков) оставили лежать перед «рвом». Их товарищи, видимо, тоже умом не блистали. Рванули то ли спасать, то ли мстить… В полный рост, да по ровной куртине!
Ведь действительно, чего бояться? У ополчения вон, только стрелы какие-то.
Одного разрозненного залпа сотни мушкетов хватило, чтобы положить почти всех. А самых смекалистых, уползающих вдоль парапета, «догоняли» меткие сержанты. В общей сложности, насчитали чуть больше сорока трупов.
Батя сокрушался, что бронированные щиты забыли. Иначе, можно было бы попробовать штурмовать пост пустынников. Народу то у них поубавилось!
Все трофеи записали и передали фольксштурму во временное пользование. По условиям договора — вся добыча бригады ей и оставалась. Но не обеспечить союзников огневой мощью и защитой было бы глупо.
После короткой стычки Райнер словно расцвёл! Начал петь дифирамбы и превозносить выучку и хитрость чёрной бригады. Заинтересовали, подманили, спровоцировали и ка-а-ак вдарили! Да без потерь! С начала вторжения, сам он таких успехов не совершал.
Всё это старый вояка вещал развалившись на чьём-то спальном месте. Дымящаяся трубка придавала его образу царственности. А пафоса в голосе было столько, что можно было подумать, что он самолично угомонил взвод неприятеля.
— Лай, я не понял. Хер ли ты булки расслабил? У тебя наряд, вообще-то.
— Слушаюсь, есть наряд… — вымучено протянул наёмник и пошёл огорчать своих подчинённых. Но не успел выйти из помещения, как снизу раздался
