— Кто убрал отсюда робота?
— Трибун Флакк, явившись, сразу перевез его в атрий.
«Почему вы позволили ему это сделать? » — хотел спросить Корвин.
«Я не посмел возразить патрицию», — таков мог быть ответ.
Марк должен будет возмутиться:
«Похищен ребенок. И женщина. Убито двое охранников. Это уголовное дело, Секст Главк».
Но вигил ответит:
«Разумеется, префект Корвин. Но месяц назад я раскрыл три убийства. И я был префектом по уголовным делам. А теперь я — рядовой вигил. Из-за того, что сказал: беспамятным жить легче».
«На планете введено чрезвычайное положение. Вы знаете эту формулу: „Пусть консулы следят за тем, чтобы Республика не понесла ущерба"».
«Его ввел ваш сенат».
«Его ввел наш сенат. Если бы похитили детей плебеев, сенат точно так же принял бы чрезвычайные меры».
«Но ни одного патриция не отстранили бы от работы. Вы слишком недавно вернулись на Лаций, префект. Вы идеализируете эту паршивую планету».
Стоп! Марк едва не выкрикнул этот приказ вслух. Даже споря сам с собой, он пришел в ярость… пусть не бешеную пока, но…
Корвин включил комбраслет:
— Говорит префект Корвин. Я прошу назначить моим помощником префекта Секста Главка. Мне нужны люди… Да… Именно его… Да, он вновь префект.
«Того, кто возразит — убью», — решил Марк.
Но возражать ему не стали.
Он чувствовал на себе изумленный взгляд Главка и улыбался одной половиной рта. Той, которую не видел плебей.
— Вы знаете подробности убийства молодого Фабия? — спросил Марк таким тоном, будто никакой размолвки вообще не было. — Труп подкинули. Как?
— Тело нашли в кабине подвесной дороги. Где его подкинули — неизвестно. Проверяем записи, но пока ничего обнаружить не можем.
— А как был нейтрализован сигнальный чип?
— Задействовали военный излучатель. Как здесь.
— Значит, сигнальные чипы охранников отключились?
— Нет, только у ребенка и няньки. На вигилах были специальные жилеты.
— Секст, возьмите флайер, вызовите помощников и посетите соседние дома. Опросите всех, кого можно. Проверьте записывающие камеры, особенно те, с которых можно увидеть усадьбу или дороги. В общем, не мне вам объяснять, что делать. Вы — опытный следователь.
Секст поднял руку, прощаясь. Шагнул. Остановился.
— Вы знаете, за что меня разжаловали?
— Нет.
— И не поинтересовались?
— Это скажется на вашей работе?
— Нет, — не колеблясь, заявил Главк.
— Тогда идите.
Уже поздно вечером Марк очутился дома. У него есть дом! Настоящий дом, родовое гнездо. Марк никак не мог к этому привыкнуть. И в то же время, он тысячи раз (в памяти) гулял по этим дорожкам, видел свет плавающего фонаря у входа, аллеи, обсаженные кипарисами. Все тот же терпкий запах кипарисов ощущался в ночном воздухе, все так же мягкий свет струился из окон двухэтажного здания. Здесь все оставалось по-прежнему, сельская тишина и покой.
Ах нет, не по-прежнему. В атрии новая видеокартина: римлянин Марк Валерий сражается с галлом перед началом битвы. Два войска сошлись и замерли, глядя на поединок. Галл с золотым торквесом на шее куда выше и мощнее римлянина, но Марк Валерий все равно победит. Потому что с неба ему на шлем спустился ворон. Смелая птица вскричала пронзительно, забила крыльями, взлетела и принялась когтить варвару лицо, норовя попасть в глаза. Еще и клювом помогала. Галл растерялся, взмахнул мечом — но разве от птицы отобьешься? Один удар, другой — все мимо. Варвар уже почти ничего не видит — кровь заливает глаза. Римлянин нанес лишь один удар. Не промахнулся. Снял с поверженного врага торквес.
«Знак богов, они отдают нам победу!» — закричали римляне.
И действо на видеокартине началось вновь.
В тот день, утверждают историки, римляне победили. А молодой военный трибун Марк Валерий получил прозвище Корв, или, как позднее его называли, — Корвин. Легенда? Истина? Или смесь того и другого… Кто ответит теперь? Историк записал, миллионы прочли… Удачная реконструкция, ласкающая сердце.
«Прошло столько веков, — думал нынешний Корвин. — Возможно, в моих жилах в самом деле течет капля крови того, прежнего Валерия… Если бы мне на голову вот так же спустилась вещая птица и указала путь… Уверовал бы я тогда в богов? Или отыскал подходящее объяснение?»
Управляющий Табий принес молодому хозяину в атрий холодное мясо и вино.
— Кто заказал картину, Табий? Лери? Или сенатор? — Марк залпом осушил бокал.
— Ваш отец, доминус…
— Кто? Отец?
— Ну да, вы не ослышались. Картину заказал ваш отец, буквально накануне своей гибели. Но сенатор, ваш дед, велел ее из атрия убрать. А я теперь повесил. Подумал, вам будет приятно ее видеть.
— Погоди… — Марк нахмурился. — Ты что, думаешь, что сенатор больше не вернется? Ты знаешь? Говори!
— Ну что вы, доминус! — потупился Табий. — Я ничего не знаю. Ничегошеньки. Сенатор уехал и ничего не сказал… я подумал, что картина вам понравится…
— Ты лжешь!
— Нет-нет, доминус, ни на палец ни лгу.
— Деда похитили? — Марк тяжело дышал. Его злило, что в его же собственном доме прислуга разыгрывает нелепые мистерии, в то время как речь идёт о жизни и смерти.
— Клянусь звездой Фидес — нет! Что за глупая фантазия, доминус! Он уехал. Сам, никто его не принуждал, — упрямился Табий.
— Но ты знаешь, ты что-то скрываешь. Допросить тебя под гипнозом? Или впрыснуть сыворотку правды? А?
— Я покончу с собой, — заявил Табий с твердостью. — В тот же миг перережу себе вены.
Несколько секунд они смотрели друг другу в глаза — юный патриций и старый плебей. Будто мерились силой.
— Ты участвуешь в заговоре «очистителей»? — усмехнулся Корвин. Нет, сам он ни секунды так не думал, но это был единственный шанс заставить Табия признаться.
Тот бухнулся на колени, схватил руку Марка и стал целовать.
— Всегда, каждую минуту, каждую секунду предан вам… клянусь нашим Лацием… Но сказать ничего не могу. Хоть убейте… Вы сами не знаете, о
чем просите.
— Иди! — устало махнул рукой Марк. — Но знай, любую тайну я разгадаю.
Он опустился на ложе напротив картины и допил вино.
«Ты делаешь что-то не то», — шепнул голос.
«Я делаю что-то не то, — согласился Марк. — Веду себя некрасиво и подло. Потому что устал. Потому что страшусь…»
«Опомнись! Подлости нет оправдания!»
«Я уже опомнился… И понял, где ошибался. Я действовал неверно, глупец…»
Да, ответ лежал на поверхности. Марк искал преступника как группу лиц, как банду, шайку. А между тем эта секта планировала в случае успеха захватить власть на всей планете. Но переворот возможен лишь в том случае, если большинство жителей поддержит сектантов. То есть любой плебей — потенциальный участник заговора. И пусть секта — сугубо законспирированное предприятие, среди непосвященных участники заговора должны были готовить почву. Исподволь, намеками, неясными слухами, а порой и напрямую, вербуя новых членов… Профессиональные коллегии — вот где о секте должны постоянно вестись разговоры. Коллегия строителей кораблей и коллегия строителей домов, коллегия виноградарей и виноделов, коллегия текстильщиков и коллегия башмачников, коллегия видеомейкеров и коллегия вигилов… Сколько их всего? Даже в памяти патриция не сразу всплывет полный список. Но каждая коллегия имеет свое здание, свои счета, портал в галанете. Пирушки в дни праздников, поминальные обеды в день похорон, свои знамена и гербы. И — главное — повсюду записывающие устройства, как и во всех общественных местах. Но как среди не потока — океана информации — найти отдельные фразы и намеки, которые могут послужить ключом к раскрытию тайны?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
