Ноздри Де Йонга раздувались; он бросился к лежащему на полу телу Джозефа Уилсона и сорвал с его лица газету.
— Это… — проговорила женщина и замолчала. — Он… — Дрожащей рукой, унизанной кольцами, она тяжело оперлась о стол.
— Вы уверены? Ошибки быть не может? — спокойно спросил от двери Эллери.
— Никаких сомнений. Пятнадцать лет назад он попал в автомобильную катастрофу. Вы видите шрам на левой брови?
Люси Уилсон издала придушенный возглас и вскочила с кресла. Она потеряла всякий контроль на собой; под простеньким платьем взволнованно вздымалась грудь. Люси прыгнула вперед, будто намереваясь разорвать на куски другую женщину.
— Вы что себе позволяете? Вы что себе позволяете, явившись сюда? Кто вы такая?
Высокая женщина медленно повернула голову. Глаза их встретились — пылающие черные молодые и пронзительно голубые, далеко не первой молодости.
Миссис Гимбол жестом оскорбленного самолюбия плотнее натянула на себя соболью накидку.
— А вы кто?
— Я? Я? — Голос Люси сорвался. — Я Люси Уилсон. А это Джо Уилсон из Филадельфии. Это мой муж!
На какое-то мгновение женщина в вечернем наряде растерялась. Потом, поискав глазами Эллери у двери, ледяным голосом проговорила:
— Что за бессмыслица! Боюсь, я не поняла, мистер Квин. Что это за игра?
— Мама, — сдавленным голосом произнесла Андреа Гимбол. — Мама, пожалуйста.
— Скажите миссис Уилсон, — не двинувшись с места, подал голос Эллери, — скажите, кто этот мужчина на полу, миссис Гимбол?
Холодная женщина отчеканила:
— Это Джозеф Кент Гимбол с Парк-авеню, Нью-Йорк. Мой муж. Мой муж.
Элла Эмити заверещала:
— О боже! — и, словно шальная кошка, вылетела из хижины.
Глава 2
ИСПЫТАНИЕ (Расследование)
…Да пройдут все испытание змеиное.
— Провалиться мне на этом месте! — рявкнул Де Йонг. — Вот так дела! — Резким движением он вырвал сигару изо рта и швырнул ее на пол. А потом рванул к двери вслед за рыжеволосой Эмити.
Люси Уилсон схватилась руками за горло, словно боясь, что оно сейчас разорвется. С нечеловеческим отчаянием она перевела взгляд с миссис Гимбол на человека, бездыханно лежавшего на полу. Андреа Гимбол всю трясло; она стояла, кусая губы.
— Гимбол, — потрясенным голосом произнес Билл. — Боже правый, миссис Гимбол, вы понимаете, что говорите?
Светская дама с величественным видом махнула изящной, хотя и подпорченной проступающими старческими венами рукой. На пальцах сверкнули бриллианты.
— Это какое-то безумие. Кто эти люди, мистер Квин? И почему я должна присутствовать при всем этом, когда мой муж… лежит здесь мертвый?
У Люси бешено раздувались ноздри.
— Ваш муж? Ваш? Это Джо Уилсон, говорю я вам. Может, ваш муж просто похож на моего Джо? О, будьте добры, уходите, прошу вас!
— Я отказываюсь обсуждать с вами личные дела, — высокомерно бросила дама в соболях. — Кто здесь главный? Более безобразных сцен…
— Джессика, — успокаивающе вмешался высокий мужчина, прибывший с Гимболами. — Может, лучше сядешь и позволишь мистеру Квину или мне заняться этим делом? Очевидно, произошла ужасная ошибка, но что толку нервничать и суетиться. — Он говорил таким тоном, будто разговаривал с ребенком. Сердитая складка на лбу разгладилась. — Джессика?
Миссис Гимбол обиженно поджала губы и села.
— Я правильно понял вас, — спросил учтивым голосом мужчина с цилиндром в руке, — что вы миссис Уилсон с Фермаунт-парк из Филадельфии?
— Да. Да! — крикнула Люси.
— Понятно. — Мужчина смерил ее холодным, оценивающим взглядом, словно прикидывая по своим стандартам, что в ней реальное и что фальшивое. — Понятно, — повторил он, и на его лбу снова появилась морщина.
— Боюсь, — усталым голосом пробормотал Билл, — я не запомнил ваше имя.
Высокий человек строго посмотрел на него:
— Гросвенор Финч. Я близкий друг Борденов и Гимболов, и очень давний. Не берусь даже сказать, с каких лет. Я приехал сюда только потому, что мистер Джаспер Борден, отец миссис Гимбол, недееспособен и попросил меня быть рядом с его дочерью. — Финч аккуратно положил цилиндр на стол. — Я приехал, как уже говорил, — продолжал он со свойственным ему спокойствием, — в качестве друга Гимболов. Складывается впечатление, что мне придется остаться в совершенно ином качестве.
— А что, собственно, — спросил Билл, — вы хотите этим сказать?
— Позвольте поинтересоваться, есть ли у вас право задавать вопросы, молодой человек?
Билл сверкнул глазами.
— Я Билл Энджел, адвокат из Филадельфии. Брат миссис Уилсон.
— Брат миссис Уилсон. Понятно. — Финч перевел взгляд на Эллери, кивнул ему вопросительно.
Эллери, все так же стоявший прислонившись к косяку, что-то промычал, а Финч обошел стол и встал над телом убитого. Он не дотрагивался до него. Некоторое время он сосредоточенно рассматривал окаменевшее, искаженное предсмертной гримасой лицо, затем негромко проговорил:
— Андреа, дорогая, не могла бы ты подойти…
Андреа побледнела, казалось, ей сейчас будет плохо. Но она, сжав зубы, сделала два шага и встала около него, заставив себя посмотреть вниз.
— Да, — бледнея еще больше, подтвердила она. — Это Джо. Джо, Дакки.
Финч кивнул, и Андреа, подойдя к стулу, на котором сидела мать, встала за ней с беспомощным видом.
— Миссис Уилсон, — продолжал импозантно выглядевший Финч, — вам следует понять, что вы совершаете ужасную ошибку.
— Да что вы говорите!
— Повторяю, ошибку. Я хотел бы искренне надеяться, что именно так, не более того.
Люси взмахнула руками в знак протеста.
— Еще раз смею вас заверить, — все таким же монотонным голосом продолжал приехавший, — что этот джентльмен на полу не кто иной, как Джозеф Кент Гимбол из Нью-Йорка, законный супруг дамы в кресле, в девичестве Джессики Борден, затем миссис Ричард Пейн Монстель, а ныне — после безвременной кончины Монстеля — миссис Джозеф Кент Гимбол. Юная леди — приемная дочь Джозефа Кента Гимбола Андреа, дочь миссис Джессики Гимбол от первого мужа.
— Можно без генеалогических подробностей, — вставил Эллери.
Но Финч и глазом не моргнул.
— Я знаю Джо Гимбола больше двадцати лет, с окончания Принстона. Я знал его отца — старину Роджера Гимбола из ветви семьи в Бэк-Бей. Он умер в войну. И его матушку, которая скончалась шесть лет назад, — Провиденс Кент. На протяжении многих поколений Гимболы были, — он запнулся, — одним из наших выдающихся семейств. Теперь вы видите, насколько это невероятно, чтобы этот человек был вашим мужем, миссис Уилсон?
Люси издала странный вздох, словно вздох надежды.
— Мы ничего такого собой не представляли. Просто трудящиеся люди. И Джо также. Джо никак не мог быть…
— Люси, дорогая, — мягко проговорил Билл. Потом продолжил: — Видите ли, если можно так сказать, забавная сторона всего этого в том, что мы также уверены, что он Джо Уилсон из Филадельфии, бродячий торговец, зарабатывавший на жизнь продажей недорогой бижутерии домохозяйкам среднего класса. Там, снаружи, его машина и образцы товара. Здесь содержимое его карманов, образцы его почерка, все свидетельствующие о том, что он был бродячим торговцем Уилсоном, а не Гимболом из высшего света. Невероятно, мистер Финч? Вы не можете в это поверить?
Высокий человек перевел свой взгляд на Билла; на его красивом лице появилось выражение недоверия и подозрительности.
— Бродячий торговец? — пробормотала Джессика. В голосе ее слышалось презрение.
Андреа смотрела на Билла с ужасом; это выражение не покидало ее с того самого момента, как она переступила порог хижины.
— Ответ, — подал голос Эллери с порога, — достаточно очевиден. Ты, конечно, прав, Билл. — Он пожал плечами. — Этот человек и то и другое.
* * *
В хижину влетел Де Йонг, глаза его торжествующе горели. Он остановился на пороге.
— А, познакомились? — бросил он, потирая руки. — Ну и каша заварилась! Нет смысла ходить вокруг да около. Все и без того из рук вон скверно, даже сказать невозможно, как скверно…
С дороги донесся рев отъезжающих машин.
— Мы только-только пришли к заключению, Де Йонг, — проговорил Эллери, медленно отрываясь от косяка двери, — что перед нами не пресловутый близнец или самозванец, а пример сознательного существования в двух ипостасях. Что случается гораздо чаще, чем многие думают. И никаких сомнений относительно этого факта быть не может. Перед вами определенное подтверждение с обеих сторон. Все сходится.
— Действительно? — переспросил Де Йонг.
— Нам известно, что этот человек на протяжении многих лет проводил всего два-три дня в неделю в Филадельфии с Люси Уилсон; ты сам, Билл, был несколько обеспокоен этой странностью его поведения. И я уверен, что миссис Гимбол скажет нам, что ее муж проводил несколько дней в неделю вне дома Гимболов в Нью-Йорке.
