Читаем без скачивания Полная история рыцарских орденов в одной книге - Екатерина Монусова

Надо сказать, что фон Зальца был не только умен, но и отважен. Золотой крест из рук короля Иерусалима – знак признания заслуг главнокомандующего при штурме Дамьетты в 1219 году. Тр и месяца рыцари штурмовали крепостную башню, выстроенную прямо посреди Нила. После многочисленных бесплодных попыток они «взяли одно из своих парусных судов и посадили в него триста человек. Тогда они дождались ветра и таким образом отчалили, и двигались по реке, идя к горе, опасаясь столкнуться со скалами и разбиться. Но когда они оказались близ горной цепи, люди из города и из башни встретили их камнеметами и катапультами и так атаковали их, что рулевые растерялись и не справились с парусным судном, и оно поплыло без управления. Течение реки подхватило его и понесло к городу… Те, кто находился на нем, увидав сие, спустили парус и бросили якорь и очутились посреди реки. Сарацины навалились на них сверху… и оказалось их там добрых две тысячи человек, и когда оттесненные вниз под палубу увидали, что ускользнуть невозможно, они пожелали умереть на службе у Господа, истребляя его врагов. Тогда они взяли топоры и дробили дно корабля, отчего Он пошел ко дну, и утонуло более ста сорока христиан и более полутора тысяч сарацин…» Зарисовка из старой хроники как нельзя лучше показывает, что творилось в те дни у крепости.

Башня все-таки была взята. Египетский султан Аль-Адиль, находившийся в Дамаске, получив это известие, умер от горя. Однако защитники самой Дамьетты не сдавались. Многие рыцари, отчаявшись взять крепость, покинули войско. Но другие – и среди них доблестные тевтонцы – упорно продолжали осаду. Когда в окруженном городе начался голод, новый султан Аль-Камиль предложил крестоносцам снять блокаду. За это он сулил им Иерусалимское королевство и – мир на тридцать лет вперед. Рыцари гордо отказались. И в ночь на 5 ноября 1219 года Дамьетт пала…

Но, геройствуя в Святой Земле, мудрый гроссмейстер продолжал поглядывать в сторону Европы. Он хорошо понимал, что господство крестоносцев в Палестине не вечно. Оставалось умело направить их энергию в русло, близкое рыцарской идеологии – выгодное, в первую очередь, немцам. Направлением «главного удара» он выбирает Германию. С 1209 года именно здесь оседают деньги Ордена, строятся комтурства, возводятся храмы, вербуются новые братья. В Венеции – всего в паре шагов от Германии Фон Зальце основывает новую штаб-квартиру, юридически не подчиненную прежней резиденции в Акре. Теперь гроссмейстеру куда легче контролировать ситуацию в Европе. При этом никто не заподозрит его в том, что он отринул интересы Святой Земли, – ведь долгий путь паломников начинается именно в Венеции…

Итак, блестящий дебют разыгран. Новая линия священной войны проляжет по европейскому континенту. Либо на юг – где давно уже ждут своего часа погрязшие в расколе схизматики. Либо северо-восток, где до сих пор поклоняются своим языческим идолам жители Пруссии и Литвы. А там уж рукой подать и до православной Руси… Гроссмейстер строил смелые планы, а жизнь, между тем, вносила свои коррективы. В 1221 году король Венгрии Андрей пригласил тевтонских рыцарей разместиться на границе Трансильвании, где Византийской империи досаждали воинственные гунны. Вроде бы, южное направление одерживало верх – но венгерскому королю Андрею запросы немецких миссионеров в латах показались чрезмерными, и он потребовал от рыцарей покинуть его земли.

Молниеносная рокировка – и вот уже объявлен Крестовый поход против прусских язычников. Плацдармом для борьбы должна была стать Польша. Пруссы издавна досаждали этой стране, совершая опустошительные набеги, опустошая и разоряя Поморье и Мазовию. Пограничная Кульмская земля была превращена в пустыню – в руинах лежали двести пятьдесят церквей, горели часовни и монастыри… Чтобы остановить варваров, необходимо было наладить постоянную охрану границы. Польский князь Конрад Мазовецкий даже создал для этой цели собственный рыцарский Орден – Добринский или Добжинский (Добжин – маленький городок на берегу Вислы). Магистром стал он сам, а помимо местной шляхты в Орден было нанято полтора десятка германских рыцарей.

В 1237-м Конрад предпримет попытку укрепить Орден, пожаловав ему замок Дрогичин на восточном берегу Буга. Правда, некоторые полагают, что Конрад «пожаловал» рыцарям то, что никогда ему не принадлежало (во всяком случае, хроники умалчивают о том, что Дрогичин был владением Мазовецкого князя). Но – дело сделано, и рыцари Дрогичина, близ которого сходились польские, русские и прибалтийские владения, встал на их защиту, как от набегов язычников, так и от посягательств русских схизматиков. Именно последние под предвадительством Даниила Галицкого нанесут полякам решающий удар, наголову разбив Орден и отвоевав Дрогичин. После этого судьба добринцев теряется во мгле веков. По мнению одних, они примкнули к Ордену иоаннитов в Зоннебурге. По мнению других – осели в одном из монастырей тамплиеров в Мекленбурге. Та к или иначе, конец этого «кукольного» Ордена оказался бесславным, а сам он – абсолютно беспомощным. Несмотря на рыцарскую защиту, положение Польши всё ухудшалось, и Конрад пребывал в отчаяньи. Похоже, у него просто не осталось сил сопротивляться напору пруссов. Как-то раз их отряд, подойдя к замку, в котором князь пировал со знатными панами, потребовал от него лошадей и одежду. Конрад, не смея отказать, обобрал своих гостей и отослал их имущество врагам…

Неожиданный выход подсказал князь Генрих Бородатый. Он предложил обратиться к тевтонцам. И вот, в 1226 году Орден получил приглашение от мазовецкого князя осесть на двадцать лет в Кульмской земле для «умиротворения и христианизации» местного населения. За помощь во владение магистра должны были отойти города Кульм и Добрин. Герман фон Зальца предложением заинтересовался, князю посочувствовал, но, помня о провале орденской миссии в Венгрии, соглашаться не спешил.

Но не только Конрад пытался продвинуть немецких рыцарей в Пруссию. Папа Гонорий III и император священной Римской Империи Фридрих II тоже всеми правдами и неправдами поощряли Орден на этот поход. На землях неверных должны взойти «ростки добродетели во имя славы божьей, и даст сие обильные плоды»… Судя по всему, эти плоды стали падать в орденскую «корзину» еще до начала похода. Во всяком случае, дав-таки согласие и получив от Конрада Кульмские земли, фон Зальца тут же обратился к императору Фридриху с просьбой закрепить их за Орденом навечно. Фридриха нимало не смутил тот факт, что эта земля ему не принадлежала. И в 1226 году император направил гроссмейстеру Золотую буллу. Свиток был действительно скреплен золотой печатью. Он не только утверждал сделку с Конрадом, но и априори отдавал во владение Ордена любые земли, захваченные им в будущем. Именно на этих землях должно было появиться тевтонское государство на прусской земле – государство, в котором роль короля отводилась Великому магистру.

Для решения столь амбициозных задач необходимо было наращивать «мускулы». В общем-то, число самих рыцарей-тевтонцев было невелико. На помощь пришли братья по «бундес-вере» – многие германские государства отправили в Пруссию свои лучшие силы. Маркграф Генрих Мейсенский, подарив два военных корабля «Пилигрим» и «Фриделанд», сам, во главе рыцарского отряда, выступил в поход. Его примеру последовали маркграф Бранденбургский, ландграф Тюрингский, епископ Мерзебургский и другие германские феодалы. Как мы помним, пилигримы в латах прибывали обычно в начале весны, когда на Балтийском море открывалось судоходство. А спустя год отбывали обратно, с тем чтобы на их место встали новые бойцы – в отличие от ближневосточных, этот Крестовый поход не прекращался ни на сутки.

Была и другая разница. Несмотря ни на что, римские папы отнюдь не ставили знака равенства между Палестиной и Прибалтикой. Все-таки, одно дело – защита Гроба Господня и совсем иное – обращение язычников где-то «на севере диком»! Так, в послании, отправленном Гонорием III в ответ на прошение князей Гнезненского архиепископства, загоревшихся желанием вместо Палестины отправиться в соседние прусские земли, четко указано, что судьба Святой Земли несравненно важнее дела крещения пруссов. А когда в первой половине 1216 года немецкий феодал Альберт фон Орламюнде решил-таки посетить Ливонию, то он не смог отыскать и десятка рыцарей, не успевших уже дать обет отправиться освобождать Гроб Господень. Графу пришлось аппелировать к папе – тот благословил поход, но отметил, что все же «большему благу не стоит предпочитать меньшее».

Правда, по свидетельству хрониста Генриха Латвийского, еще первый ливонский епископ Мейнгард ухитрился добиться от Целестина III буллы, в которой «гостям» Балтии было обещано полное отпущение грехов – но сам документ, увы, не сохранился. Подобную буллу получил от Иннокентия III в 1199 году и рижский епископ Альберт. Рыцарские действия в Ливонии, вроде, одобрены – но ни слова о том, что они приравнены к походам в Святую Землю. Более того, папа полагал, что ехать в Ливонию могли лишь рыцари из ближайших к ней Саксонии и Вестфалии. И это, кстати, не снимало с них обязательства посетить-таки Восток. Исключение делалось для больных и неимущих – но с ними, как говорится, каши не сваришь…