Читаем без скачивания Личная жизнь шпиона. Книга вторая - Андрей Борисович Троицкий

два охранника и попытались заковать его в наручники, началась потасовка. Помнится, после нее голова болела целую неделю. Да, ситуация поменялась… Разин подумал, что встречу с Орловым можно перенести, дождаться, когда он будет один. Можно… Но только время кончилось, дальше торчать тут нельзя. Что-то такое, чему нет названия, подсказывало, шептало в ухо, что сегодня хороший день, чтобы все закончить.

Молодые люди, что-то обсуждая, выкурили по сигарете и ушли. Разин подождал около получаса, вылез, открыл багажник, поставил на асфальт два огненно-красных огнетушителя на двадцать литров каждый. Он запер багажник на ключ, подхватил свою ношу и направился к дому. В арке, как всегда, даже в сухие дни не просыхали лужи, в подъезде было темно. Разин, поднимаясь вверх, медленно перебирал ступеньки ногами. На третьем этаже он остановился, чтобы перевести дух. Сверху доносились голоса, чей-то смех, потом все стихло.

Преодолев последний лестничный пролет, он поставил огнетушители на пол, расстегнул плащ, вытащил из кармана «браунинг», стоявший на боевом взводе. Проверил его и снова опустил в карман. Все, пора. Пальцем левой руки он нажал на кнопку звонка. С другой стороны двери послышались шаги. Человек с незнакомым низким голосом спросил, кто там? Спросил машинально, видимо, всегда так делал.

— Свои, — негромко ответил Разин.

Можно было не отвечать. Человек даже не стал дожидаться ответа, он был уверен, что чужие сюда никогда не придут.

Открыть дверь вышел Саша Устименко, мужчина, славившийся недюжинной физической силой и тем, что мог, если надо, вести допрос сутки без перерыва. Тихо звякнув, упала цепочка, повернули замок. Разин поднял огнетушитель до уровня груди, держа его за ручку правой рукой, а снизу левой. В последнюю секунду Разин отступил от двери на полтора шага и, как только щелкнул замок, рванулся вперед, чуть подпрыгнул и въехал в дверь подметкой правой ноги. Удар был такой силы, что Устименко, получив дверью по лбу, отлетел к противоположной стене, приложился спиной, но каким-то чудом устоял на ногах.

Разин, ворвавшись в прихожую, ударил его днищем огнетушителя в грудь. Устименко снова отлетел к стене и вскрикнул, словно раненый зверь. Разин уже развернул плечо. Правой рукой держа огнетушитель за рукоятку, разогнал его по траектории. Огнетушитель с новой силой ударил плашмя в грудь, сбив Устименко с ног. Разин захлопнул ногой входную дверь. Он оказался в длинном полутемном коридоре. Из кухни, еще ничего не понимая, вышел Горох, на ходу доставая табельный пистолет из подплечной кобуры. Разин не видел лица Гороха, по контуру фигуры успел понять, что это не Орлов.

Расстегнув перепонку подплечной кобуры, Горох медленно вынул пистолет и снял его с предохранителя. Разин уже бросил огнетушитель на пол, свободной рукой выключил свет и отступил в дверную нишу.

— Эй, кто тут? — крикнул Горох.

Он остановился посреди коридора, ожидая ответа. Когда глаза привыкли к темноте, стало видно человека, неподвижно лежавшего вдоль коридора, кажется, это был Устименко. Рядом, в дверной нише, прятался чужой гражданин, неизвестно как попавший в квартиру. Так это или не так, — надо проверить. Вся эта сцена была похожа на плохой розыгрыш, чувство опасности еще не коснулось Гороха.

Человек, стоявший в нише, шагнул вперед и выстрелил. И тут же отступил назад. Пуля ударила Гороха в правую сторону, чуть выше груди. Он пошатнулся и трижды выстрелил в ответ, но, кажется, промазал. Разин, не целясь, выстрелил на поражение, зная, что не промахнется. Горох, получив две пули в живот, вскрикнул, падая спиной, несколько раз выстрелил в потолок и потерял сознание.

* * *

Прошлая ночь майора Орлова выдалась долгой и веселой. Он всласть погулял в ресторане «Лабиринт» на дне рождения новой подружки, потом поехал провожать ее, ума хватило не тащиться на своей машине, а взять такси. Он вернулся домой уже утром, чтобы принять душ и переодеться. На квартире в районе Сретенки была назначена встреча с осведомителем, Орлов приехал пораньше, выкроил часик, чтобы вздремнуть на кожаном диване. Он подложил под голову пуховую подушку, насквозь пропахшую женскими духами всех возможных наименований. Он крепко дремал, когда в прихожей началась возня и крик. И выбрался из объятий дремоты, когда прозвучал первый выстрел. Неведомая сила, природный инстинкт, когда-то уже спасавший жизнь, сбросил его с дивана на пол.

Толком ничего не соображая, еще не проснувшись до конца, он на карачках добрался до стула, на котором висел пиджак, головой опрокинул стул. Тут кто-то выстрелил в коридоре, в ответ грохнуло два или три выстрела. Орлов сунул руку во внутренний карман пиджака. Он успел вытащить пистолет, выключить предохранитель и вскочить на ноги. Он окончательно пришел в себя и увидел знакомую большую комнату, залитую дневным светом. Этажерку с книгами и слониками, горшок с цветами на подоконнике…

На пороге стоял человек. Орлов не стал поднимать руку и целиться, — на это уже не осталось времени. Он выстрелил от бедра, но в следующее мгновение почувствовал удар в правое плечо возле ключицы, боль, пронизывающую все тело, показалось, что током садануло. Пистолет выскочил из руки. В следующее мгновение подскочил Разин и наотмашь ударил по лицу справа и слева. Свет померк, будто шторы задернули, Орлов согнулся, получил кулаком по затылку и рухнул на пол.

* * *

Он пришел в себя даже не от пульсирующей боли, от двух выстрелов. Но кто в кого стрелял, понял не сразу. Задетое пулей правое плечо жгло огнем. Он сидел на полу в левом углу комнаты у окна, в луже крови. Правая рука была пристегнута наручниками к вертикальной отопительной трубе. Орлов посмотрел на разорванную пулей рубашку, на мокрый от крови рукав, на рану, которая выглядела большой, пугающей, но на самом деле, кажется, серьезной опасности не представляла. Задеты мягкие ткани дельтовидной мышцы, возможно, повреждены сухожилия и ключица, но жизни ничего не угрожает.

Разин передвинул стол в этот угол. Заметив, что Орлов пришел в себя, подошел, протянул руку и помог сесть на стул. Сам сел напротив, положил ногу на ногу, одну руку опустил в карман плаща. Теперь, с этой позиции, Орлов увидел Сашу Устименко, лежавшего на пороге комнаты. Вокруг него рассыпанная колода карт, стрелянные гильзы и две пары наручников, которые он носил с собой. Рядом с убитым, у стены, стоял огненно-красный огнетушитель, неизвестно как сюда попавший. Утром его точно не было. Тогда откуда он появился? Разин, что ли принес?

Орлов постарался восстановить очередность событий. Выходит дело, Устименко, уже раненый, доплелся сюда из коридора, чтобы получить окончательный расчет. Глупая смерть… Впрочем, это лишь догадка, версия, которая теперь