— Это оно! — кружевное облегающее фигуру платье, расходящееся к низу и имеющее небольшой шлейф, открытая спина…
Смотря на себя в зеркало, я представляла выражение лица Демьяна, когда он меня увидит в этом платье. На обратной дороге мы заехали к Шаховым, у Леры было ко мне несколько вопросов. Точнее, мне нужно было выбрать из нескольких вариантов свадебный торт, цветочное оформление на столы, арку на выездную регистрацию. Можно было это сделать и по телефону, но Лера видимо хотела увидеть мою реакцию. Она ее заслужила. Лера душу вкладывает в нашу свадьбу, самое малое, чем я могу сделать, это приехать и лично все обсудить.
Мне понравилось все, что она выбрала. Мы шумно спорили с девочками, а она сидела и улыбалась, наблюдая за нами…
Вечером мы собрались у костра, пели песни под гитару, пили вино и ели мясо. Я перестала чувствовать себя одинокой. Теперь у меня была большая дружная семья…
— Ты чего загрустила? — заглядывая мне в глаза.
— Устала, спать после вина хочется, — улыбаюсь.
Демьян меня хорошо чувствует, мне кажется, он и сейчас понимает, что я не договариваю. А я не могу ему сказать, что думала о брате. Он часть меня. Как бы я на него не злилась, не могу ненавидеть. Арес долго пытался встретиться и поговорить со мной, но потом сдался. В то время я не хотела его видеть, слушать объяснения, но со временем остыла. Я выхожу замуж, но единственного родного мне человека на свадьбе не будет. Я знаю, что сейчас он живет в другой стране и возвращаться пока не собирается. Наверное, пройдет время, мы обязательно встретимся и поговорим…
— Поедем домой? — спрашивает Демьян, нежно касаясь губ. Да, он может быть и таким. Дема вообще открывается с разных сторон, в которые я постоянно влюбляюсь.
— Вчерашний подвиг я не потяну, — шепчу ему на ушко.
— Сегодня ты будешь спать. Я помогу тебе принять душ, укутаю в свои объятия и спою колыбельную, — целуя в висок. Млею от его нежности. Кайсынов всегда держит слово…
Эпилог
РаянаГод спустя
Пританцовывая на кухне, я готовила завтрак любимому мужу, пока он мутузил внизу грушу. Есть мужчины, которые расслабляются после женитьбы, отращивают себе солидный животик, но это не про Демьяна, он продолжает тренироваться почти каждый день. Соблазняет меня ровными кубиками на прессе, от которых я просто тащусь.
В нашем браке животиком обзавелась я. Пока он только обозначился, но уже через несколько недель его будет не скрыть. Вылив на сковороду взбитую яичную массу, солю и накрываю крышкой. На экране телевизора меняется трек, звучит зажигательный танцевальный хит. Я так привыкла постоянно быть в движении, что порой забываю о своем деликатном положении. Слишком увлекаюсь и не замечаю появление Демьяна.
— Что тебе сказал врач на последнем приеме? — ловит в объятия, останавливая мой творческий полет. — Раяна, я каждый твой косяк буду записывать в отдельную папку, а когда родишь, за каждый спрошу, — рычит мой Демон. Он по-настоящему злится, а я закатываю глаза. На последнем приеме врач сказала, что у меня небольшой тонус, нужно себя поберечь. Потом она добавила, что в этом нет ничего страшного, но Демьян, видимо, пропустил не интересующую его информацию.
— Со мной все хорошо, — целую его во влажное после тренировки плечо. Подруги мне говорили, что в первые месяцы их раздражали запахи, по утрам тошнило, а у меня наоборот, я, как наркоманка, затягиваюсь запахом Демьяна.
— Раяна, давай ты немного сбавишь обороты, начнешь чуть больше отдыхать… — как только Демон узнал, что станет папой, включилась не просто забота — гиперопека.
— Демьян, прекрати. Ничего с малышом не случится, — иногда так и хочется на него порычать. Захватив пальцами подбородок, заставляет поднять лицо.
— Ты обязана беречь себя и нашего ребенка, — авторитарным тоном. Я натурально так рычу, а он, гад, смеется. Отвлекает меня, целуя в губы.
— Если не остановишься, будешь есть пригоревший омлет.
— Пока накрываешь на стол, я успею принять душ, — целуя в нос, выпускает из своих объятий. — Никаких бешеных танцев, — выключает музыкальный канал и включает классическую музыку. — Вдруг там принцесса, пусть приучается к великому, — подмигивает и уходит, стягивая с себя майку. Гад! Какой же он гад… но любимый.
После завтрака Демьян везет меня на работу. Он бы рад свалить все на Карину и Лешку, но я упираюсь всеми известными мне способами. Четыре месяца я точно еще смогу работать.
Здороваюсь с Кариной. Отмечаю, что она классно выглядит. Секс кому-то определенно пошел на пользу. У них с Лешкой все серьезно — любовь-морковь, дело идет к свадьбе и детям. Я за них безумно рада. Лешка молодец, настоящий мужик. Его терпению можно позавидовать. Каро его почти восемь месяцев мариновала, он не давил. Любил по-настоящему и заботился, ничего не требуя взамен. Сдалась моя подруга и наконец-то счастлива…
В обед звонит Ника, напоминает, что ждет нас с Демьяном вечером у себя. «Обязательно придем», — обещаю подруге. Удивительно, что спустя время Ника сумела отпустить прошлое. Они не сразу начали общаться, поначалу из уважения ко мне просто здоровались. Со временем подруга разобралась, что в той давней истории виноваты одинаково все: ее отец, мама и папа Демьяна. Нельзя сказать, что они стали близкими друзьями, но общаются вполне нормально.
На часах почти два часа дня. Я обещала Демьяну в обед отдохнуть, пора выполнять обещание, а то спросит с меня вечером. Сбрасываю кроссовки, ложусь на диван, ноги забрасываю на подлокотник. Захожу в наше приложение, которое запустили совсем недавно. Читаю положительные отзывы, лопаюсь от удовольствия. Наша популярность растет, подписчиков становится все больше. Карина предложила внести несколько платных разделов, над которыми уже трудится команда Германа.
Кто-то стучится в дверь. Так лень вставать, просто крикнуть: «Войдите!» — не могу себе позволить. Карина давно настаивает, чтобы я взяла секретаря. Вот в такие моменты понимаешь, что он необходим.
— К тебе можно, сестричка? — заглядывает в кабинет Арс, пока я пытаюсь натянуть на ноги кроссовки.
— Сразу не мог сказать, что это ты? — фыркнув, снимаю кроссовки и возвращаюсь на диван.
— Ты чего лежишь? Тебе плохо? — подлетает ко мне, садится на корточки, пытается найти ответы на моем лице.
— Я просто прилегла.
— Днем? — подозрительно смотрит на меня. Он еще не в курсе, что скоро станет дядей.
— Да, днем, — пожимаю плечами. Арес подтягивает к себе стул, садится возле меня, будто пришел проведать больную.
— Кайсыновы продали мне дом, на днях полностью перееду, — для меня это не является новостью. Прежде чем рассмотреть предложение Арсения о покупке дома, Демьян обсудил все со мной.
Верю ли я, что Арсений исправился? Не знаю. В прошлом он много чего совершил. Многие поступки нельзя оправдать, но брат уверяет, что искренне раскаивается во всем. Только время покажет, так это или нет. Но в любом случае мы родные другу люди и должны общаться.
Полгода назад умер родной отец Арса, оставив ему часть наследства, куда входил легальный бизнес, счет в банке и особняк. Арсений должен был вернуться, чтобы вступить в права наследования. Вместо того, чтобы решать свои дела, он позвонил мне, как только его самолет приземлился в Москве. Брат попросил о встрече. Я давно все отпустила, сама хотела с ним поговорить, поэтому согласилась, не задумываясь. Услышав об этом, Демьян запретил мне видеться с ним. Я понимала его опасения. Отец Арса был повязан с криминалом, после его смерти наверняка нашлись бы стервятники, желающие отжать часть наследства, а как это можно сделать? Например, похитить меня.
После долгих уговоров Демьян согласился, но встречу назначил на территории городка. Ждал меня в машине у ресторана, пока мы с братом заново узнавали друг друга. Больше трех часов мы просидели за крайним у стены столиком. Арсений рассказывал о своей жизни, а я слушала.
