Духовное и творческое оскудение молодежи в такой ситуации неизбежно. Более того, продолжающееся опустошение душевного мира неотступно ведет к обвальному нарастанию психических расстройств, наркомании, суицидов, безнравственности. Подобная «чума» страшнее всех других известных миру катаклизмов вместе взятых. Ее трудно остановить. Она может подорвать саму основу жизненной устойчивости человечества, сделать бессмысленными все дальнейшие открытия, изобретения и технические усовершенствования.
Болезни зависимости
Информационные технологии дали человеку определенные удобства в жизни, но и породили новый вид стресса – информационный стресс и новые варианты болезней зависимости. Произошли изменения не только в условиях жизни, но и в структуре психических расстройств, возникли предпосылки к появлению принципиально новых аномалий психики.
Быстро распространяется самостоятельная группа расстройств, обозначаемая понятиями болезни зависимости или аддиктивные расстройства (юридический термин Addictus применялся для человека, приговоренного к рабству за долги).
Зависимым поведением называют глубокую (рабскую) зависимость от некой принуждающей силы или страсти, требующей от человека тотального повиновения. Причем это поведение выглядит как добровольное. К числу наиболее известных из десятков болезней зависимости относятся: наркотическая зависимость; алкоголизм; табакокурение; лекарственная и нелекарственная токсикомания; телемания; сетемания («интернет-зависимость»); игромания, клептомания (безудержное мелкое воровство).
Подобной болезнью может стать принявшая патологические формы тяга к стяжательству и накопительству, к обильной еде, власти, занятию сексом, коллекционированию и даже к крепкому кофе или чаю. Собственно, все, что входит в привычку и начинает доставлять особо желанное удовольствие, делает нас зависимыми. Большинство таких зависимостей формируется в процессе социализации индивида. Они могут «поразить» различные сферы деятельности человека – бытовую, профессиональную, познавательную, досуговую и другие.
Близка к болезни и зависимость от деструктивных (тоталитарных) сект. Такая зависимость не менее опасна, чем наркотическая: оказавшись под влиянием секты, человек теряет семью, работу, друзей, имущество и, наконец, самого себя, свою внутреннюю свободу. Как и в случае с наркотиками, личностная деградация в этой ситуации практически неизбежна.
Болезни зависимости закрепляются на уровне подсознания и характеризуются такими качествами, как непреодолимость и ненасытность влечения, потеря контроля над происходящим, устойчивость влечения, импульсивная безусловность достижения желаемого, несмотря на явные лишения, потери, преграды.
Психиатры указывают на наличие единых механизмов возникновения и развития всех видов зависимого поведения. Современная, быстро меняющая свои векторы действительность в процессе социализации развивающегося индивида (уже с детства) формирует некий каркас зависимой личности, на который потом очень легко нанизываются технологии манипуляции и фетиши тех или иных аддиктивных расстройств. Сама жизнь создает фундамент для заболеваний зависимости, поощряя закрепление таких личностных качеств, как безоговорочное подчинение более значимым людям, конформизм, неумение отказать (сказать: «Нет!»), желание быть «человеком команды» (группы, коллектива), боязнь самостоятельности и ответственности, неумение организовать досуг, быть наедине с собой и находить нужные решения внутри себя, как следствие – страх одиночества.
Существует мнение, что наркотики, алкоголь, азартные игры могут использоваться в качестве защиты от давления повседневных зависимостей, избавления от всего навешенного на свое «я», попытки таким путем пробиться к нему. Проявляется желание изменить свое, тоже рабское, состояние, почувствовать нечто иное, хоть на мгновение, поднимающее над тем, что уже невыносимо, почувствовать себя другим и, может быть, – подлинным. Пережить эмоциональные переходы, контрасты чувств и переживаний. Человек бежит от одной – непрекращающейся – зависимости в другую, как потом оказывается, еще более порабощающую: «бежит от волка, чтобы нарваться на медведя».
Что есть зависимое поведение? Разве в повседневной жизни наше поведение не является зависимым? Видимо, в большинстве случаев полностью свободным его назвать нельзя. Разница лишь в том, что повседневные (социально-психологические) зависимости управляемы и понятны окружающим людям, они как бы естественные, нормальные. Показательно, что некоторые авторы, рассматривая работу психотерапевтов, видят в их усилиях стремление манипулировать людьми и вернуть этим в состояние привычных естественных зависимостей. Они не освобождают от зависимого поведения – это, видимо, и невозможно – они заменяют одну зависимость на другую, более приемлемую (или возвращают в привычную). Причем психотерапевты искренне убеждены, что проводят полезное для пациента лечение. Рационализация психики (к чему стремятся психоаналитики, психотерапевты, одито-ры дианетики и т. п.) – это ее упорядочение под определенные шаблоны и привычки.
Психологическое воздействие, направленное на реализацию проекта врача, можно назвать терапевтической манипуляцией.
С. В. УманскийПо этому же принципу действуют индивидуальная, семейная, групповая психотерапии – в частности, «Анонимные алкоголики (наркоманы, игроки)», «12 шагов» и др.
В современных публикациях среди болезней зависимости выделяют:
химические (связанные с употреблением каких-либо веществ);
нехимические (характеризующиеся отсутствием биохимического подкрепления).
Из нехимических зависимостей наиболее распространенными являются игромания и интернет-зависимость. Они оформились как заболевания совсем недавно и связаны главным образом с вхождением в нашу жизнь информационных технологий. По данным зарубежных исследований, зависимостью от азартных игр страдает примерно от 0,5 до 1,5 % населения развитых стран, где игорный бизнес легализован. При этом около 60 % населения хотя бы раз в год проводит свой досуг в игровых салонах. В число игроков входят люди из разных социальных слоев в возрасте от 7 до 80 лет. Стремительно растет процент участия в азартных играх подростков и юношей моложе 20 лет.
В нашей стране проблема зависимости от азартных игр также приняла массовый характер. Стихийная коммерциализация жизни привела к тому, что сегодня игровые заведения существуют практически во всех городах и крупных населенных пунктах страны. По количеству игровых автоматов на душу населения большинство городов России опережают все города мира, за исключением Лас-Вегаса, специально построенного для игорного бизнеса, отдыха и развлечений состоятельных граждан.
Последствия игромании, как правило, оказываются катастрофическими. Сегодня сотни тысяч людей, не относящихся к «состоятельным гражданам», как наркоманы на игле, сидят возле игровых автоматов, бросая в их пасть сбережения, квартиры, семейное благополучие, сломанные судьбы, собственное здоровье и здоровье своих близких.
Патологическая зависимость от азартных игр ворвалась в нашу жизнь, грозя эпидемией, сравнимой по своим разрушительным последствиям для личности и общества с распространением алкоголизма и наркомании.
В. Зайцев, А. ШайдулинаСуществует мнение, что потребность в играх не входит в число жизненных потребностей человека. Это не совсем так. Игра необходима человеку как средство, позволяющее избежать полной деградации эмоциональной сферы со всеми глубочайшими последствиями для психического здоровья.
Можно говорить об изначально присущей, по сути, фундаментальной, тяге человека к играм. Свойственные любой игре нелогичность, иррациональность, невозможность однозначной упорядоченности происходящего, непредсказуемое ожидание либо драматической развязки, либо ошеломляющего успеха неизменно ведут к контрастным переживаниям, резким переходам внутреннего состояния, своего рода умиранию и предвкушению ликующего возрождения. И в спорте нас, как участников состязаний, так и зрителей, привлекает не логическая предопределенность происходящего, а острейшее напряжение непредсказуемости и надежда на возможность завершить его взрывом ликования. Видимо, этим игры (соревнования) часто и оказываются для человека дороже всего логично обоснованного, стабильного. Собственно, и в жизни всегда было и есть не меньше игрового начала, чем логики и целесообразности, при всей склонности рациональной цивилизации к абсолютизации их роли.
Игра приходит к человеку первой, еще в дорациональном детстве, и сохраняет свою власть над ним, в той или иной форме, до конца жизни. Ребенку игра столь же необходима, как сон, воздух, пища. Не имея возможности играть, он не погибнет физически, но деградирует внутренне, утратит нечто крайне важное в психическом развитии, обеднит возможности воображения, вдохновения, интуитивного постижения мира, эмоционально насыщенного отношения к жизни.
