С 20-х чисел сентября противник начал воздушные атаки кораблей КБФ. 22 сентября погиб эсминец «Стерегущий». 23 сентября прямые попадания бомб получили линкор «Марат», эсминцы «Сильный» и «Грозный». В ночь с 23 на 24 сентября затонул лидер «Минск», две 100-кг бомбы попали в крейсер «Киров»[499].
Таким образом, все силы КБФ были задействованы в боях на сухопутном фронте. Окружение Ленинграда и разгром защищавших его войск угрожали и существованию КБФ. Удержаться длительное время в Кронштадте и в районе Ораниенбаума флот не мог. Прорыв через все Балтийское море и Датские проливы в Атлантический океан имел мизерные шансы на успех. Поэтому удержать немцев под Ленинградом было жизненно важно и для КБФ. Тем не менее, допустим, что в этих условиях флот все-таки смог выделить силы для эвакуации гарнизона Моонзундских островов. При таком варианте, как правило, вспоминают эвакуацию из Ханко. Однако эту проведенную операцию и предполагаемую Моонзундскую сравнивать нельзя. Во-первых, они проводились бы в разных оперативных условиях. Из Ханко советские войска эвакуировались, когда фронт под Ленинградом уже стабилизировался. В данном же периоде в первой половине сентября немецкие войска штурмовали Ленинград. Во-вторых, эвакуация с Ханко проводилась из глубоководного порта. На Моонзундских островах такими портами были Куйвасту и Курессааре. Прорываться к ним пришлось бы через контролируемый немцами с эстонского материка или (и) острова Вормси, глубоководный канал и фарватеры. Можно было бы провести эвакуацию через порт Кярдла. Однако третьим ее препятствием является разбросанность гарнизона островов. В отличие от Ханко, где все войска были сосредоточены на небольшом участке, на Моонзундских островах основная масса войск находилась на Сааремаа. Их надо было отвести на север острова и переправить на Хийумаа. Все сооружения береговой обороны и прочую инфраструктуру необходимо было бы уничтожить. Не вызывает сомнения, что немецкая авиация попыталась бы сорвать переправу с одного острова на другой, а пехота 61-й пд начала бы немедленно десантироваться на Муху и наступать далее на Сааремаа. Вполне возможно, что гарнизон островов ожидал бы еще более тяжелый разгром.
По мнению автора, в условиях, когда противоборствующие стороны под Ленинградом бросали в бой все возможные силы, задействование на западе Эстонии двух немецких пехотных дивизий против одной советской стрелковой бригады было неравноценным именно для немецкой стороны. Союзниками советских войск было море и подготовленные заранее в инженерном отношении позиции.
Конечно же, комендант БОБР генерал-лейтенант А. Б. Елисеев понимал это подавляющее преимущество немцев и усиливал бригаду, создавая импровизированные подвижные стрелковые подразделения. Однако, как показали бои, состояние их боевой выучки оказалось невелико (что и неудивительно). Инженерные батальоны (по сути, стройбаты), отряд моряков (по сути, запасники с непехотными специальностями), кавалерийский отряд (конные моряки), истребительные батальон и рота (гражданские люди) состояли из смелых и храбрых людей, но не могли противостоять немецкой пехоте. В ситуации с эстонским батальоном из мобилизованных командование БОБР оказалось заложником внутриполитической ситуации в Эстонии. И распустить по домам этих людей оно не имело права, и использовать их в боях было опасно.
Помимо этих факторов, предопределивших поражение, генерал Елисеев совершил несколько ошибок. Введенный в заблуждение демонстрационными операциями немцев, он слишком поздно определил направление их главного удара. Имея на западном побережье островов несколько стационарных береговых батарей, построенных еще до войны, он держал здесь же хорошо подготовленные подразделения 3-й осбр. На восточном побережье Муху, до которого немцы могли добраться с материка в течение 40 минут, находился один ослабленный в боях на материке стрелковый батальон, усиленный тремя строительными ротами. На ориссарской позиции находился еще один ослабленный в боях на материке стрелковый батальон, усиленный моряками. Даже в условиях, когда определилось направление главного удара немцев, к дамбе были переброшены эстонский батальон, самокатная рота и кавалерийский отряд. В то же время в этот решающий момент на западном и юго-западном побережье оставались два еще не бывавших в боях стрелковых батальона, отдельный пулеметный батальон и два артиллерийских дивизиона. Последние, правда, применялись уже в боях за дамбу. Немецкое командование, и так имевшее подавляющее превосходство в силах, еще и имело возможность бить подразделения гарнизона по частям. Немецкие войска неоправданно быстро сумели сломить сопротивление советских войск на Муху и затем в районе ориссарской дамбы. Крах обороны на этих позициях не позволил ни эвакуировать часть личного состава на Хийумаа, ни создать более сильную группировку береговой артиллерии на Сырве. Некоторые недостатки в организации советской обороны даны в анализе командования XXXXII АК и 61-й пд, находящемся в приложениях 8 и 9.
О том, что, вполне возможно, было бы и более длительное сопротивление советских войск на островах, можно судить по боям на Сырве. Имея в своем распоряжении два стрелковых и один пулеметный батальоны, усилив их на последнем этапе боев сводным батальоном (всего четыре батальона), советское командование организовало достойное сопротивление на последнем этапе трем немецким полкам (девять батальонов). И только израсходование почти всех стрелковых и артиллерийских боеприпасов прекратило сопротивление советских войск.
Неоднозначной остается оценка качества управленческих решений и эвакуации командования БОБР с Сааремаа и командования СУС с Хийумаа. Сейчас, зная реальные планы немецкого командования, легко быть провидцем. Как говорится: «Каждый мнит себя стратегом, видя бой со стороны». За время изучения истории обороны островов у автора ни разу не возникло сомнения в компетентности командования БОБР, 3-й осбр и СУС. Практика равномерного размещения сил по фронту была свойственна почти всем высшим командирам Красной армии. Так же и с эвакуацией. На взгляд автора, нет оснований для упрека комендантам БОБР и СУС, командованию 3-й осбр за оставление своего личного состава. Не предъявило претензий генералу Елисееву командование КБФ, не будем предъявлять ему их и мы.
БЛАГОДАРНОСТИ
Уважаемый читатель! Вы прочитали мое первое большое военно-историческое исследование. Несмотря на то что на обложке вы видите только мою фамилию, данная работа стала возможной благодаря бескорыстным усилиям многих людей, и я считаю необходимым с чувством большой благодарности назвать их. Значительное количество немецких документов мне предоставил А. Пересторонин. Их мне перевели с немецкого И. Борисенко (особенно большой объем), В. Лобанов, Ю. Шульц и Р. Лехман. Некоторые эстонские источники мне прислали О. Пунда, Э. Пююа (в том числе фотографии) и Э. Куби. Особая благодарность Э. Куби за перевод некоторых из них с эстонского. Учитывая то, что флот не мой профиль, хочу отметить помощь и консультации по военно-морской тематике и перевод немецких морских документов М. Э. Морозова. Значительный цикл работ по обороне Моонзундских островов в 1941 году, опубликовал историк К. Б. Стрельбицкий. В своей работе
