- Тогда, почему же ты не напал на меня?
- Не хотел прерывать разыгрываемое тобой шоу. Хотелось досмотреть его до конца, - oн коротко рассмеялся и продолжил: - Все-таки мне повезло и, в конце концов, я поймал тебя. А тогда мне очень хотелось узнать, что же ты будешь делать дальше. Представляешь, как мне хотелось последовать вдогонку за твоей машиной с трупом Тони в багажнике?
- И что ты потом делал? Побежал обратно в лес и снова показывал Майло фотографии?
- К сожалению, тогда у меня не было с собой фотоаппарата. Брать его с собой ночью опасно. Вспышка может выдать меня. Нет, я остался в доме. Стал дожидаться, когда ты вернешься. Ждал и ждал. Очень долго. Ожидание превратилось в настоящую муку, потому что ты не можешь даже представить, как я о тебе мечтал. В конце концов, я решил, что ночью ты уже не вернешься, и решил прийти на следующий день. Так что я попрощался с твоим домом и отправился через лес обратно в наш лагерь… И что же я там увидел? Тебя! Такую дикую и грациозную, борющуюся с моим дорогим полоумным другом Майло!
- И ты ничего не предпринял, а просто стоял и смотрел?
- Это было просто незабываемое шоу!
- Ты просто… Позволил мне взять и убить его?
- Конечно.
- Почему ты не попытался спасти его?
- Не знаю, - пожал он плечами. - Почему? Действительно, почему? Возможно потому, что боялся, что ты убьешь и меня? У тебя же был пистолет. Я совсем не хотел рисковать своей жизнью ради Майло. Тем более, он успел надоесть мне. Он постоянно командовал. И всегда был первым.
Придав лицу задумчивое выражение, Стив сказал:
- Тогда я болел именно за тебя. Зачем мне было вступаться за Майло? Зачем мне было влезать и портить тем самым такое изумительное шоу? Тем более шоу, главную роль в котором играла ты? А потом я увлеченно слушал твой разговор с этой Джуди.
- Так ты и ее видел?
- И видел и слышал весь ваш разговор. Это было потрясающе.
- А что случилось потом? Ты отправился вслед за мной?
- О, нет. Я думал об этом, но… к тому времени я был очень уставшим. Поэтому я решил, что останусь в лагере и отдохну. А к тебе вернусь на следующий день. И вот он я, у тебя.
- А что с Джуди? - cпросила я.
- А что с ней?
- Что ты с ней сделал?
- Прирезал.
Глава 48. Жар тела
Стив кинул чипс в рот и начал с хрустом жевать.
- О… Это ужасно.
- Да ладно тебе, - сказал он. - Вполне нормальные чипсы. С низким содержанием жира и холестерина. Без соли.
- Только вкус у них как у бумаги.
Большим глотком он допил Маргариту и сказал:
- Ты как, проголодалась? Я уже умираю от голода. Может, пойдем, глянем, как там наши стейки?
- Наверняка они еще не разморозились.
- Пойдем и посмотрим.
- Ну, если ты очень хочешь.
Стив встал вместе со мной из-за стола. Держа в правой руке саблю, он отправился за мной в дом. Подойдя к кухонному столу, я достала куски мяса из соуса терияки. Они были мокрые и скользкие, но так до сих пор и не отстали друг от друга. Ощущая присутствие Стива возле себя, я пригнулась и подцепила оба куска кончиками пальцев, пытаясь отделить их друг от друга. Со звуком разрывающейся ткани они, наконец, разъединились.
- Браво! - воскликнул Стив.
Я положила их на блюдо.
- Они все еще сильно заморожены, но…
- Сейчас я ускорю процесс, - сказал Стив, и, взяв меня за руку, развернул к себе.
Затем обеими руками он взял стейки и прижал к моим грудям.
От ледяного прикосновения я вздрогнула и ахнула.
- Так они оттают быстрее, - улыбаясь, сказал Стив.
- Нет, - попросила я, - не надо.
- Нет ничего лучше для разморозки стейков, чем жар тела.
- Пожалуйста.
- Не заставляй меня причинять тебе боль, - предупредил он.
Я уже было хотела перехватить его запястья, но вовремя сумела остановиться.
Я стала потихоньку пятиться назад. Он следовал за мной, ухмыляясь и потирая мою грудь стейками. В конце концов, я уперлась в угол, и Стив принялся растирать замороженным мясом мою грудь по всей ее длине. Лед буквально прожигал кожу. Соски затвердели и сильно болели. Соус терияки капал с груди и стекал вниз по животу.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Наконец, он бросил стейки на столешницу.
Крепко схватив меня, он присел на четвереньки и принялся вылизывать соус. Сначала облизал весь мой живот, а потом перешел на грудь. Он лизал и сосал ее.
После ледяной говядины тепло его рта очень даже согревало.
Мне было даже приятно, особенно когда он касался своими губами моих сосков.
Но я опасалась его зубов.
Что сделать, чтобы он не начал кусать?
Чтобы не начал пожирать меня?
Точно так же, как его приятель Майло пожирал Мэрилин.
А, может быть, они делали это вдвоем.
Я схватила Стива за плечи, готовая оттолкнуть в любой момент.
И взгляд мой упал на саблю.
Увлекшись игрой с размораживанием стейков, он оставил саблю прислоненной к кухонной полке в пяти или шести футах позади себя.
Он находился в полусогнутом положении, занятый вылизыванием моих грудей.
Один хороший толчок…
И он повалится на спину, оказавшись как раз в зоне досягаемости сабли.
И если он успеет ее схватить…
Мысли мои путались из-за того, что в данный момент он вытворял, но в тоже время я понимала, что это не самый подходящий момент для атаки.
Надо дождаться походящего момента.
А что, если он никогда не наступит?
Только не сейчас.
Внезапно он укусил правый сосок. Закричав, я ударила его коленом вверх. Он выпустил мой сосок изо рта, и я с силой толкнула его в плечи. Он отлетел назад и ударился спиной о кухонный пол.
С ужасом я увидела, что приземлился он как раз рядом с саблей.
Но прежде чем он успел это осознать, я рванулась вперед и нанесла ему удар ногой в пах. Удар мог бы оказаться очень мощным, если бы не одно но: он успел вытянуть руку и перехватить мою лодыжку, остановив удар.
Но ему удалось остановить лишь мою ногу, а не меня.
И я начала падать прямо на него, подогнув колени и целясь ими прямо в живот.
Брюшные мышцы оказались прочными. Но не достаточно.
В тот момент, когда мои колени врезались в его живот, он выпустил мою ногу. Губы его сложились в виде буквы "О" и он простонал:
- Ах!
Выпучив глаза, он начал приподнимать плечи и голову.
Я стояла на коленях на его животе, как на плоту, который преодолевал речные пороги. Я пыталась сохранить равновесие, но безуспешно. Падая, я увидела саблю и, вытянув правую руку вперед, смогла схватить ее прямо за лезвие.
С саблей в руке я пыталась соскочить с груди Стива, но внезапно он крепко обхватил меня за торс. Я перекатилась на спину, но он, не ослабляя хватки, перекатился вместе со мной. В итоге я оказалась лежащей на спине, а Стив надо мной, упершись лицом промеж грудей.
Дыхание его все еще было сбивчивым и хриплым.
Он пытался освободить руки из-под моей спины.
Сжимая в руке саблю, я размахнулась и ударила рукояткой Стива по голове. К сожалению, удар получился не очень сильным.
Но, тем не менее, я все-таки задела его.
Он хмыкнул и дернулся, после чего резко выдернул руки из-под моей спины. Опасаясь, что он сейчас предпримет, я нанесла рукояткой по его голове еще пять резких ударов. Сильных и быстрых. Руке моей с каждым ударом становилось все больнее, но я продолжала колотить, выбивая все дерьмо из его извращенной башки. Наконец, он отключился.
Он распластался на мне так, будто внезапно уснул. Из разошедшейся кожи на голове хлестала кровь, пропитывая его волосы и заливая мою грудь.
Кое-как перевернувшись, я отбросила его от себя.
Он упал на спину, а я встала. Правая рука страшно болела и мне пришлось переместить саблю в левую, после чего я решила осмотреть последние травмы. Их оказалось не так уж и много. Лезвие оставило на ладони и пальцах несколько глубоких вмятин, но никаких порезов не было.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
