никакого внимания. Его работа была следить за полковником, но Глеб, он следил за ними обоими. И очень боялся сделать ошибку. Ему было страшно подумать, что этот изверг делал с девушкой, прежде чем выкинул ее на обочине. И он не мог допустить, чтобы тоже самое случилось с Кристиной.
Минут через сорок после того, как они приехали к клубу, Шаров вдруг завел машину и поехал вперед.
– Не понял? Все что ли? Домой? – вопросительно поднял брови Глеб.
– Я же тебе говорил, – самодовольно ответил его напарник. – Шеф прав, он только собирает информацию.
Развернувшись и выехав на трассу, где в потоке машин уже не было видно черной «тойоты» полковника, ребята в который раз мысленно поблагодарили своего шефа за дальновидность и маячок, установленный на машину Шарова. Легко следуя по карте за ехавшей метрах в двухстах впереди машиной, ребята немного ускорились. Судя по маршруту, Шаров действительно ехал домой. Рядом с домом была многоуровневая платная парковка, на которой у полковника было выкуплено место. Нужно было успеть до того, как он поставит машину, они не должны были выпускать его из виду. По дороге, успели отзвониться напарникам, которые меняли их на ночь. Осталось проводить полковника до дома, дождаться сменщиков, которые приедут примерно через час и можно разъезжаться по домам. Глеб заранее подсуетился и теперь оставлял свою машину на этой же стоянке и на том же этаже, что и Шаров.
– Ух как я хочу домой, Светка пирожки напекла, – мечтательно протянул Иван, сворачивая к стоянке.
На парковку они въезжали третьими после Шарова. Иван, как всегда, остался возле одного из выходов с парковки. Место было выбрано удачное. С него хорошо был виден первый и второй выход и только один из выездов не просматривался, но он был и не нужен. Обычно полковник свой ритуал не нарушал. Его парковочное место на втором этаже. Он въезжает, ставит машину, забирает документы, проверяет окна, запирает машину и идет вниз, через тот выход, который ближе к его дому. Там, где обычно стоит Иван, сообщая по телефону Глебу, что клиент прошел мимо. Или спускается по второму выходу, когда идет в магазин, но это бывает гораздо реже. И, опять-таки, Ивану, со своего «наблюдательного пункта» его хорошо видно. Глеб выезжает следом за ним, чуть задерживаясь, чтобы прогреть машину. Иван дожидается идущего пешком полковника, и аккуратно едет за ним к дому, ну или сначала к магазину, а потом к дому. Дорога до дома как на ладони. Этот алгоритм не нарушается никогда. Но сегодня все пошло не по плану. Поднявшись на второй этаж и проходя его насквозь, чтобы убедиться, что полковник уже вышел, Глеб привычно набрал Ивану и увидев пустую машину сообщил, что клиент выходит. Лениво кинул взгляд на стоящую рядом с машиной полковника белую «хонду», с открытым багажником, в который по пояс занырнул ее владелец Глеб развернулся, дошел до своей машины, стоящей в самом начале ряда, и, через пару минут поехал вниз там же, где обычно выходил Шаров. Проехав мимо сидящего в машине Ивана, Глеб пару секунд тупил, а потом резко ударил по тормозам.
– Где полковник? – прокричал он в трубку, едва услышав голос Ивана.
– Он еще не выходил, – обескуражено ответил ему Иван.
Глеб выскочил из машины и бегом вернулся на второй этаж к машине полковника.
– Его машина на месте, – в замешательстве крикнул он. – Пустая стоит. Его нет. Он уже должен был пройти.
– Не было его, я бы не пропустил, – растерянно озирался по сторонам Иван.
– Вань, мы его упустили! – скрывая испуг раздражением прошипел в трубку Глеб.
– Подожди, не паникуй, – успокаивал напарника Иван. – Давай так. Я сейчас еду к его дому, посмотрю на окна есть свет или нет. Немного подожду, вдруг он в магазин зашел. У тебя видеорегистратор есть?
– Да, но его не будет видно, – отмахнулся Глеб. – Только стоящие напротив машины попадают. Но сейчас-то мне это что даст?
– Если мы его сейчас не найдем, то будем звонить шефу, а до этого, нужно найти охранников или администрацию, чтобы видео с камер парковки просмотреть, или владельцев стоящих напротив него машин искать, – собранно ответил Иван.
– Сейчас-то что делать? – немного успокаиваясь повторил вопрос Глеб.
– Езжай к ближайшему магазину, а я к дому. Может нам повезет, и он просто из другого выхода вышел так, что я не заметил?
– Слушай, когда я только поднялся, рядом с его машиной стояла белая «хонда», в ней, в багажнике, кто-то что-то делал, я не видел кто, – досадуя на свою халатность вспомнил Глеб. – И этот человек мог видеть куда пошел Шаров или это сам Шаров и был. Может это, конечно, паранойя, но я думаю, что сам полковник сейчас на этой машине едет к клубу, пока мы тут его ищем.
– Да хрен его знает, мог это он быть или нет, – надеясь на то, что это все же не так, ответил Иван. – Я не видел машины, но мог и просто внимание не обратить, не машину же я ждал, да и эта машина мне была не знакома.
Глеб и Иван были подавлены. Они осознавали какой это косяк. Больше всего их пугали последствия их ошибки. Нет, не то, что их могут турнуть с высокооплачиваемой работы, да с такими характеристиками, что только в супермаркет охранником идти. Они боялись, что именно сейчас Шаров увозит из клуба Кристину, а это значит новая трагедия, которую они в силах были предотвратить, но не справились.
Исколесив пол-Москвы и сделав все, что только возможно, чтобы выяснить номер машины, на которой уехал Шаров и убедившись, что Кристины в ночном клубе уже нет, хотя ее подружка была там и недоумевала, куда та запропастилась. Глеб, Иван и их сменщики, которых Глеб практически сразу же попросил ехать в клуб, а не к дому полковника, в сопровождении пришедшего в бешенство шефа, несмотря на то, что время уже перевалило за-полночь, поехали сдаваться Звягинцеву.
Интерлюдия
Широкой, страшной полосой тянулся кровавый след до самого Великого Новгорода. Наконец, прибывши в окрест Новгорода, царь отправил часть войска в город, а для остальных велел разбить лагерь. Черной змеей вползало войско в Новгород. Оплетало и обездвиживало оно церкви и храмы, сковывало страхом торговые ряды, обуяло тревогой боярство и купечество. Несколько дней выжидал Иван Васильевич, прежде чем войти. Видела Марья, что не его это решение. Сущность не давала ему так запросто в город въехать. Выжидала она, чтобы он злости накопил, раззадорился да на многие казни настроен
