А потому я лениво повернулась в чужих объятьях, зевнула в ладошку, чувствуя, как все-таки наваливается усталость последних довольно нервных дней. А ведь через пару месяцев первые зачеты пойдут, вот где выложиться придется!
— Темноликая госпожа Пятого дома, Шаэнна Нерг Шад, рад приветствовать вас в моей Академии. Вижу, что охрана уже предупреждена о вашем приезде, и потому пропустила на нашу территорию далеко не всю вашу свиту… — в голосе мужа звучали колкие льдинки.
Он явно был насторожен. И объятия стали крепче, как кольцами сдавил, змей-собственник!
На нас смотрела красивая высокая молодая женщина, обладательница почти эбеновой кожи и длинных серебряных волос, что оставались распущенными и спускались до талии. Правильные черты лица, чуть пухлые, удивительно манящие губы, резкие скулы и глаза — золотые с багрянцем. Она была удивительно высокой для местных женщин. И Заррас потрясающе походил именно на мать, тогда как я была похожа больше на отца.
— Это возмутительно, герцог! — Вмешалась в разговор вторая блондинка — она казалась старше матери, черты лица жестче, глаза — пустые холодные осколки и, несмотря на совершенную фигуру и облегающую одежду, женщина оставляла какое-то брезгливое ощущение, как будто затхлостью потянуло или и вовсе плесенью. — Как вы могли пренебречь нашим положением? Вы должны знать, что я это так не оставлю, в верхнем мире, вы, мужчины, — брезгливо процедила это дама, — взяли себе слишком много воли!
— Таэллина, не стоит, — заметила третья трау. Кажется, она была моложе говорившей, но старше матери. Черты лица холодные и спокойные, так же красива и смертоносно изящна, только через все лицо тянется безобразный шрам, — мы здесь лишь гости, к тому же сегодня праздник…
— Заирра, ты стала слишком мягка, не стоило тебя отправлять послом к надземникам, — предупреждающе зло осадила её эта Таэллина, — мы не отмечаем этот Зимний перелом, глупый никчемный праздник!
Зря она это сказала! Стихия за окном взъярилась, вокруг Неймира сгустились тени, и одна из них — хищная, крылатая, что нежно коснулась меня своим крылом, подалась вперед, сверкая черными глазами на обнаглевшую трау.
И быть бы тут смертоубивству, если бы под ноги надменной леди не бросился белый пушистый клубок. Нет, от «клубка» она увернулась, но клубок-то был не один…
— А-ааа крысак! — Раздался полный ужаса вопль, когда блондинка попыталась залезать то ли на руки к Шаэнне, то ли на стенку.
Маленькая серая мышь, которая, кажется, была иллюзией чьей-то наглой белой лапы — Ихме, например, зашевелила усиками и двинулась знакомиться гостями.
— Не знал, что великие леди так боятся обычных маленьких грызунов. Прошу прощения за такую встречу. В Академии в последнее время развелось много крыс, но мы, кажется, отловили уже всех. Эта была последней, — с насмешливой ехидцей пропел Неймир, продолжая обнимать меня крыльями своего дракона.
Трау со шрамом применила какую-то магию, успокаивая истерящую вторую леди, а вот мать продолжала смотреть на нас. Внимательно, чуть растерянно, как будто увидела то, к чему была совсем не готова.
— Матрона Таэллина когда-то попала в не слишком приятную ситуацию, в Подземье эти грызуны принимают куда большие размеры, а ещё обладают ядовитой слюной и весьма неприятной магией, я прошу прощения за поведение Госпожи Третьего Дома, — склонив голову, безупречно вежливо прошелестел леди Заирра.
Аж Третьего! Какая честь!
— Прошу, пройдемте в мой кабинет в таком случае. Не могу же я оставить гостий, пусть даже явившихся без приглашения, — и снова предупреждение в голосе Неймира.
— Мы не ожидали, что доберемся только к Зимнему празднику, сильные бураны сбили нас с пути, герцог, — леди Шаэнна величественно кивнула, но глаза её оставались печальными.
— Порой мир дает нам знаки, которые не все способны понять, — ядовито усмехнулся муж.
Я благоразумно молчала, с интересом изучая таких разных Матрон.
Мы уже поднялись на четвертый этаж и прошли к запертому сейчас кабинету, когда с другой стороны коридора послышались быстрые шаги, и показались спешащие к нам фигуры.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
О, да эта наша группа поддержки несется!
Зар, целитель Шелрах — видимо, чуть-чуть разминулся в воротах с Матронами — а может быть и специально, учитывая его проблемы, и… отец.
Все в том же парадном мундире, собранный и сосредоточенный.
И если Дзарр Шелрах и Заррас отвесили Матронам поклоны, показывая уважения, то Нир Ши лишь чуть склонил голову на бок, окидывая нашу композицию недобрым взглядом.
Вспыхнувший в коридоре яркий свет выхватил чуть бледную кожу, ярко сверкающие синие глаза и налипшие на лоб черные волосы.
— У нас оказывается гости. Надо же, как вовремя, — в голосе отца звучала неприкрытая издевка.
Мышка, кстати, исчезла. Так же быстро, как и пакостливый мой песец. Затаились, служба спасения пушистая!
— Нир… — леди Шаэнна посерела.
Наверное, именно в этот момент я перестала злиться на женщину, которая на самом деле была моей матерью. Я простила её в тот самый миг, когда увидела всю смесь вины, отчаянья, боли, беспокойства, неверия и нежности — обжигающей, переходящей в неконтролируемую страсть, в чужих глазах, в выражении лица, в голосе. Какой же вулкан страстей бурлил под внешней благопристойностью моей матушки!
— Вы приехали вовремя, моя леди, — добил матушку Заррас, — я как раз хотел писать вам, но мое письмо вас бы уже не застало. Позвольте представить вам моего отца, Великого князя Нир Ши, Владетеля Шаррад, архимага-абсолюта. И мою единокровную сестру милостью Стихий, Эстерру Нир Ши Нерг Шад, чье родство подтверждено печатью Хранителя мира, принца Крови.
Картина «Приплыли». Или «Грачи прилетели»? Черные совершенно дезориентированные траусские грачи!
Кстати, отец тот ещё скрытник! Оказывается ему дали титул князя, а это предполагает большие земельные владения и фактически собственное государство! Интересно эльфы пляшут!
— Что за чушь? — Голос Матроны Таэллины походил на визг порося. — Ты распустился, дерзкий мальчишка, как ты смеешь тешить Мать своего Дома надеждой, когда все мы знаем, что её дочь давно мертва?!
Вот точно по ней рыдает уютная камера в подземелье, а!
Неймир устало потер висок. Нахмурился, дернув щекой.
— Значит так, леди. Я вас услышал, — голос ректора как-то разом заполнил собой весь коридор, словно крыльями простерся дальше, охватывая нас, а кого-то и придавливая незримой тяжестью, — всех вас. И до тех пор, пока Академия Сангрэ является моей суверенной территорией, здесь будет один закон — это мое слово! — Глаза сверкнули серебром.
— Нир… — Шептала леди Шаэнна, не смотря больше ни на кого.
Хотя вру. Меня прожгли таким взглядом, что я забеспокоилась, как бы матушка на эмоциях меня не придушила от счастья.
— Вы. Прекрасные леди трау… привыкшие считать другие расы отбросами, застрявшие в своей косности в темных веках. Вы, кажется, забыли, что здесь действуют иные законы! Более того, вы настолько растеряли свои собственные древние обычаи, что даже не удосужились проверить, что на вашей расе лежит долг перед той, что пробудила ваш древний источник!
Тень дракона заполнила все пространство, трау побледнели, леди Шаэнна и вовсе едва держалась на ногах, но к ней неожиданно — или вполне ожидаемо как раз — подбежал отец. Позволил опереться о себя, видимо, как-то закрыл от силы Неймира и принялся что-то нашептывать в дергающееся остренькое ухо матери.
— Ней, — я тронула осторожно бушующего мужа за рукав. Нет, правильно бушует, но нам надо к целителю и поесть — напомнил ноющий живот. Потому что с утра на нервах толком ничего не перекусила, а теперь готова слона сожрать! — может, все же потом поговорим?
Удивительно, но я оставалась вполне спокойной. Появление матери? Мы его ждали, хоть и не сегодня. Да, пока я не чувствую её своей семьей и не знаю, но уже вижу, что гнили, как в других трау, в ней нет. Зар был прав. Вот и сейчас леди Шаэнна смотрела на меня, и с длинных ресниц женщины срывались слезы.
