долго мечтала. И она должна была выяснить, кто это сделал.
Пнув напоследок остатки шатра, Дафна выскочила из номера и пулей промчалась по коридору. Но когда она выбежала в фойе, то успела заметить лишь то, как закрывается входная дверь. Сестра ускользнула.
За приемной стойкой спал Бастиан Шильке – запрокинув голову и широко открыв рот. Зубы у него были противно желтые, и даже с лестницы Дафна услышала тягучий запах чеснока. Что ж, один из вопросов отпал сам собой: управляющий не любовник Клары, она ушла с кем-то другим. Дафна сбежала вниз по ступенькам. Ей не разрешалось выходить из отеля без разрешения, но время не ждет. Пока она будет отпрашиваться у матери, Клара с любовником десять раз успеют улизнуть.
Она добежала до двери и повернула тяжелую ручку. В фойе ворвался колючий ветер с улицы, закружил по полу скомканную бумажку. Дафна поежилась – выходить на улицу без пальто и в легких туфлях не хотелось, но возвращаться за одеждой не было времени.
– Эй! – Шильке поднял голову. – Куда это ты собралась, малявка?
– За молоком, – не раздумывая ответила Дафна. – Мама просила сбегать.
Шильке зевнул. Его отвислая губа дрожала, будто он пытался что-то сказать, но в самый последний момент забывал слова. Дафна подумала, что Шильке похож на обиженную обезьяну, у которой отобрали банан. Хорошо, что не он любовник Клары – с остальными хоть как-то можно смириться.
– За молоком, – пробурчал управляющий. – Будто у нас много денег, чтобы ими разбрасываться.
– Но это же мамины деньги, – захлопала глазами Дафна.
Шильке ощерился.
– Иди давай и дверь за собой закрой. Нечего тут выстужать.
Он ни слова не сказал по поводу того, что девочка одета совсем не по погоде. Скорее всего, даже не заметил.
Дафна вышла и остановилась на пороге, пряча ладошки под мышками. Ветер, словно приветствуя, лизнул лицо моросью, украсил волосы мелким бисером. Девочка поморщилась, но вытирать лицо не стала.
Клару она не увидела, сестра опять ускользнула. На набережной не было ни одного человека; лишь по каналу, извергая клубы черного дыма, ползла пузатая баржа. Кораблик был доверху нагружен мусором и отбросами, и запах от него шел такой, что Дафна зажала нос пальцами. Фу… По огромной мусорной куче ползали жирные крысы и парочка мальчишек, младше ее, в промасленных робах и с такими грязными физиономиями, что казались чернее мавров. Заметив Дафну, они громко захохотали, тыча в нее пальцами и показывая неприличные жесты. А затем один из них спустил штаны и демонстративно помочился в воду. В тот же момент кто-то заорал на него из рубки, а что было дальше, Дафна не увидела. Мусорная баржа нырнула под арку и скрылась под городом. С явным опозданием девочка погрозила кулаком ей вслед.
Дафна побежала направо, к ближайшему повороту. Она не собиралась задерживаться на улице – слишком холодно и мокро, – просто посмотрит, и все. Однако когда она заглянула за угол, то Клары не увидела, даже вдалеке. Не могла же сестра уйти так быстро? Наверняка она просто куда-то свернула… Но куда?
У обочины стоял припаркованный молочный фургон. Высокий мужчина с лицом красным, как шмат сырого мяса, курил, сидя на подножке кабины; когда Дафна вышла из-за угла, он мельком глянул в ее сторону и тут же отвернулся. Еще один мужчина ковырялся в моторе грузовичка, то и дело выкрикивая слова, которые приличной девочке знать не полагается.
Дафна в нерешительности поджала губы. Если Клара прошла здесь, то эти двое должны были ее видеть. Подойти и спросить было, конечно, боязно, но она собралась с силами и зашагала к молочному фургону.
– Здравствуйте…
– И тебе не хворать, – кивнул краснолицый, отбросив окурок в ближайшую лужу. – Ты кто такая?
– Я? Дафна. А вы не видели…
– А сколько тебе, Дафна, лет? – перебил мужчина, пригвоздив ее к месту тяжелым взглядом.
– Семь…
– Подходит, – сказал другой мужчина. Он с грохотом захлопнул капот и вытер руки о живот. – Рыбка в сети.
– А вы не видели… – снова начала Дафна и опять не смогла договорить.
Краснолицый шагнул к ней и положил ладонь на плечо. Рука у него была тяжелая, будто отлитая из свинца. У Дафны даже колени подогнулись.
– Дафна, а ты любишь это…
– Мороженое, – подсказал его приятель. Он прошел вдоль фургона и открыл заднюю дверь.
– Точно. Ты мороженое любишь?
– Мороженое? – Девочка попятилась. Вернее, попыталась, но краснолицый держал ее крепко.
– Пойдем, я тебя угощу, – сказал он, подталкивая ее к задним дверям машины.
– Я не… – Дафна хотела закричать, но мужчина так сильно сжал ее плечо, что крик застрял в горле, а из глаз брызнули слезы.
– Везет же нам! – сказал другой мужчина. – Я думал, работенка посложнее будет.
Дафна дернулась вперед, вырываясь из цепкой хватки. Но куда там! Громила схватил ее поперек пояса и легко поднял над землей. Второй рукой он зажал девочке рот. Все, что она могла, – это мычать да дергать ногами, но от страха не делала ни того ни другого.
– Эй! Что здесь происходит?
Резкий окрик заставил громилу остановиться. Не отпуская Дафну, он обернулся.
– Че?
– Я… Что… что вы делаете? – Голос дрогнул.
Волосы падали Дафне на глаза, и все же она смогла разглядеть, кто же пришел ей на помощь, а еще раньше узнала голос. Рядом с фургоном, пряча руки в карманах, стоял Бастиан Шильке. Никогда прежде Дафна не была так рада видеть управляющего и даже представить не могла, что такое может случиться.
– Дя… – попыталась крикнуть она, но краснолицый только сильнее зажал ей рот.
Управляющий топтался на месте, переводя взгляд с девочки на ее похитителя, и нервно улыбался. Оттопыренная губа дрожала сильнее обычного. Краснолицый шагнул в его сторону, и Шильке отпрыгнул назад. Но с другой стороны фургона вышел второй молочник и недолго думая обнял управляющего за плечи.
– Привет! Как жизнь?
– Я… – пискнул Шильке и замолчал.
– Шел бы ты отсюда, приятель, – ласково сказал краснолицый. – Не лезь не в свое дело.
Управляющий сглотнул. Кадык на цыплячьей шее дергался, будто Шильке проглотил мышь и та отчаянно пыталась выбраться наружу. С нарастающим ужасом Дафна поняла, что ждать от него помощи бессмысленно. Она снова задергалась, попыталась укусить краснолицего, но тот сжал ее так крепко, что она услышала, как хрустнули кости, а перед глазами помутилось.
– Эта девчонка что-то натворила? – спросил Шильке и, прежде чем ему ответили, сам выдвинул версию: – Она пыталась стащить молоко?
– Точняк, – кивнул краснолицый. – Мелкая воровка. Все они такие.
– Придется ее забрать, – сказал его приятель, не отпуская Шильке. – Отвезем в одно место – господин Бреши устроил приют для таких малолетних преступников. Там их перевоспитывают. Объясняют все про этот…
