— грубое, плохо обработанное. Но некоторые мечи, топоры и луки явно имели не местное происхождение.
— Оружием, доспехами и одеждой с ними расплачиваются чаще всего, — заметив мои заинтересованные взгляды, объяснила Илара, — Золото и драгоценности им без надобности. Насколько знаю, в долине есть пещеры, в которых горцы иногда добывают алмазы, рубины, изумруды, и меняют их на полезные для себя вещи. По выгодному курсу, ха-ха!
— Насколько выгодному? — заинтересовалась Ада.
— Скажем так, — Илара хитро улыбнулась, — Те два самострела, которые мы отдали, могли оценить в целый изумруд.
Слушая их разговор краем уха, я крутил головой, не переставая, наблюдая за жизнью местного племени. Все были заняты делом — дети плели корзины, женщины чистили рыбу, мясо, готовили еду и стирали, мужчины что-то строили, куда-то тащили на себе туши убитых животных или о чём-то негромко переговаривались на своём гортанном наречии.
Жизнь, очевидно, у этих людей была не самая простая — но судя по их здоровому виду и часто встречающимся улыбающимся лицам, большей частью они были довольны.
У одного из домов, построенном на вытянутой над ущельем скалистой площадке, я заметил высокую фигуру в плаще, расшитом птичьими перьями и с оленьими рогами, закреплёнными на голове. Сухопарый старик в этом странном облачении стоял на краю площадки опираясь на посох, и внимательно смотрел на нас…
Вообще, на отряд пялились все, и без зазрения совести. Иной раз — даже что-то выкрикивали вслед, но капитан велел не обращать на это внимания.
Вскоре правая сторона ущелья, по которой мы ехали, раздалась вширь. Здесь стало больше домов, они были построены из камня, а не дерева, и расположены полукругом, образуя что-то вроде площади с несколькими вырезанными из здоровенных брёвен идолами. Вокруг них собралось несколько десятков человек.
В центре, среди полукруга домов, возвышалось массивное жилище, явно принадлежащее кому-то важному.
Собственно, по фигуре, вышедшей из этого дома на широкое крыльцо, всё стало понятно. Ростом с Рак’кха, а то и повыше, мускулистый, седовласый мужчина с длинной, заплетённой косой, в хороших, хоть и явно старых, доспехах, встречал нас распахнув руки в приветственном жесте.
— А-а-а! — прорычал он, спускаясь по ступеням, — Гости! Рад видеть жителей большого мира!
Судя по всему, его знание всеобщего было куда лучше, чем у Рак’кха.
Пока мы спешивались, к мужчине подбежали наши проводники и что-то тихо ему сказали. Здоровяк кивнул и подошёл к нам. Ухмыльнувшись, он остановился перед капитаном Ардом:
— А-А! Острие копья! Ард, друг Урда!
— Приветствую, Гар’кх, — улыбнулся капитан и пожал протянутую руку.
Очевидно, они были знакомы.
— И я тебя. Ты встретил моего сына и сделал подарок! Достойно!
— Благодарю. Мы привезли подарки и тебе, вождь.
— А-А! Хорошо! Что за подарки?
— Разные, — уклончиво ответил Ард, — Нам нужны проводники, которые отведут нас на запад. Взамен…
— Э-э-э… — протянул вождь, будто бы разочарованно, — С этим есть трудности, Ард.
— Трудности?
— Идём, — вождь положил свою здоровенную лапищу на плечо капитану и потянул за собой в сторону дома, — Расскажу как есть. И твои люди — все идём! Вы сделали достойный подарок моему сыну! Накормим вас достойной едой!
— Не суйтесь в разговор, — шепнула нам Илара, пока мы привязывали лошадей к небольшому плетню, — И ведите себя потише. Гар’кх хороший мужик, если можно так сказать, но не любит, когда его перебивают.
Мы вошли в большой дом вождя. Постройка могла вместить раза в два больше людей, так что места хватило всем — и это учитывая, что у стен сидела личная охрана Гар’кха в количестве двенадцати человек.
На стенах висело оружие, и головы животных — оленей, волков, медведей и даже диких барсов. По углам были установлены тотемы, схожие с теми, которые мы видели на улице. На полу — шкуры разных животных. Столы и стулья имелись, но всем за ними не хватило бы места — а может, это была какая-то традиция — так что нас рассадили на тех самых шкурах, разложенных вокруг огороженного камнями здоровенного очага по центру большого зала. По щелчку пальцев Гар’кха из второй части дома, отгороженной стеной, вышли несколько женщин и начали разносить бурдюки с напитками.
Затем те же женщины начали приносить котелки с похлёбкой, кашей, нарезанную зелень и сыр, какие-то лепёшки. Еда была простой — но пахла отменно, а после долгой и трудной дороги и вовсе показалась мне самым вкусным, что я ел.
Мы принялись орудовать ложками, прислушиваясь к разговору капитана «Гончих» и вождя.
— Острие копья, ты встречался с моим сыном, и знаешь о наших проблемах, — размеренно вёл разговор Гар’кх, — Моленкары, сожри их лесные барсы, в последнюю луну начали нападать на нас… Сначала — мало. Пришли с гор, ловили охотников. Потом стали тайно забираться в деревни и красть людей прямо оттуда. А потом осмелели… Та деревня, в которой вы были — Йорд, отбила первое нападение. Оно случилось десять малых лун назад, и наши братья потеряли полсотни человек, включая тех, кого увели моленкары. Тварей было много, и старейшина послал к нам за помощью людей. Это случилось семь малых лун назад. А теперь я узнаю, что в Йорде никого не осталось…
Вождь нахмурился и скрипнул зубами.
— Как рассказали посыльный Йорда, никто никогда не видел такого числа моленкаров. Их было две с лишним сотни… Раньше они не спускались с гор в таком количестве… И теперь я беспокоюсь. Хочу отправить на помощь сыну ещё воинов.
— Мне жаль, что так произошло, — ответил капитан Ард, — Надеюсь, наши подарки помогут вам в борьбе с людоедами.
— Да! Помогут! — улыбнулся Гар’кх, — И за это я дал бы тебе проводников без сомнений! Но моленкары — не единственная наша беда. Видно, мы чем-то прогневили предков, раз в одно время случилось два несчастья!
— Что стало вторым? — насторожённо спросил капитан.
— Путь, по которому вы ходили, сейчас перекрыт.
— Перекрыт? — удивился Ард, — Но кем?
— Демоном!
Мы с Торгримом и Адой переглянулись. Мне всё меньше и меньше нравилось, куда поворачивает разговор, и уж совсем не хотелось повторения истории с Забытой Пустошью…
— Что за демон? — спросил Ард так буднично, будто-бы ел таких тварей на завтрак.
— Пришёл откуда-то с гор на севере, если верить следам. Большой, быстрый, кровавый. Убил несколько наших проводников и полтора десятка
