рассказывал в основном про какую-то медсестру из их школы, в которую все были влюблены.
— А с вашей матерью он тоже не говорил про машину?
— Не знаю. — Дэвид тёр переносицу и лоб, как будто хотел избавить ся от нестерпимой головной боли. — Но если говорил, то она, получается…
— Она защитила своего сына, — тихо произнесла Айрис.
Любая — или почти любая — мать на её месте попыталась бы выгородить своего ребёнка, спасти от суда и тюрьмы. Но вот отправить в тюрьму невиновного? Была леди Клементина на это способна или нет?
— Мне кажется, она не знала, — Дэвид положил письмо на стол. — Я могу допустить, что она скрыла правду, чтобы спасти Руперта. Но тогда она помогла бы Вилли. Да, она могла бы солгать ради меня, ради любого другого из родни, но она не была жестокой. У Вилли были бы самые лучшие адвокаты, моя мать задействовала бы все связи, какие могла… Я думаю, что Вилли отделался бы крупным штрафом. Его бы не посадили. Или посадили не на такой долгий срок. Она бы помогла ему. Но она этого не сделала. Думаю, она считала его по-настоящему виновным, а про Руперта узнала только из письма.
— И решила всё сжечь.
— Вилли уже было не помочь. Какой смысл уничтожать Руперта, портить ему жизнь? Думаю, она рассуждала так.
— Но его семья… Его родители потеряли сына, и он так и остался для всех преступником. Они бы хотели знать правду, даже если Вилли уже не помочь. Каково им…
Айрис замолчала на полуслове.
Дэвид посмотрел на неё, и по его взгляду она поняла, что он тоже догадался.
— Чеки, — сказала Айрис. — Десять тысяч фунтов.
— Она хотела… Она пыталась возместить им потерю. Сделать хоть что-то…
— И что, они приняли? — неверяще покачала головой Айрис. — Спустили всё Руперту с рук и взяли деньги?! За своего погибшего сына?
— У них был второй сын. Им нужны были деньги. Я могу только предполагать, но, возможно… — Дэвид сглотнул. — Возможно, им было не до гордости. Вилли ведь не вернуть, а так они хотя бы могли устроить свою жизнь.
— Инспектор Годдард хотел найти Дженкинсов, чтобы повторно взять показания. Если у него получилось, они могут всё рассказать. Возможно, это просто совпадение, и никаких денег они не получали.
— Думаю, не совпадение. Моя мать ездила в Стоктон в предыдущий день. Они получили от неё чеки, а потом сняли всю сумму.
— Но почему не рассказать про это полиции, когда их допрашивали? Они только всё запутали! Просто ужасно запутали!
Дэвид пожал плечами:
— Вы бы на их месте рассказали? Рассказали бы, что взяли деньги вместо того, чтобы восстановить честное имя своего погибшего сына? Я думаю, им было стыдно… А может быть, она им даже не сказала ничего про Руперта. Просто предложила помочь.
— И они ничего не заподозрили?
— Даже если и заподозрили — у них же не было никаких доказательств виновности Руперта. С чем бы они пошли в суд? С тем, что леди Клементина Вентворт захотела дать им денег?
Айрис вздохнула:
— Надеюсь, они хотя бы сумели с умом употребить эти десять тысяч.
— Надеюсь… — Дэвид слепо смотрел перед собой. — Только вот Руперт…
— Что Руперт?
— Он всё знал. Знал, что Вилли Дженкинс не виноват и позволил этому случиться. Хотя бы матери он мог рассказать! Она бы… Я не знаю, что она сумела бы сделать, но эта история могла кончиться иначе, если бы он рассказал ей правду. Я уверен.
В голосе Дэвида звучало разочарование. Не злость, не гнев, не неверие — одно только разочарование.
— Ему было семнадцать. Он испугался, — сказала Айрис.
Дэвид сложил письмо, потом разложил снова, опять сложил… Айрис и на этот раз догадывалась, о чём он думал. Знал ли Руперт про письмо и фотографии из школы?
________________________________________
¹ История Бамбергеров и Уоткинсов — реальная.
² В связи с Суэцким кризисом с ноября 1956 по апрель 1957 года в Великобритании экзамены на получение водительских прав не проводились, права не выдавались.
Глава 19. Совпадение
20 сентября 1964 года
Айрис стояла на крыльце, которое выходило в малый парк, и ждала, когда Уилсон подгонит машину. Она договорилась съездить вместе с ним в Стоктон — на этот раз за покупками. Ей нужны были чулки и ещё одна блузка на смену — ничего особенного, но даже такого в Теддингтон-Грин не было, по крайней мере, тех марок, к которым Айрис привыкла.
У нижних ступенек крыльца стояла коляска Мэтью, а сам он вместе с обоими родителями качался на качелях. Даже с такого расстояния до Айрис долетал звонкий смех Кристины и весёлые повизгивания Мэтью.
Удачный брак, милый ребёнок, прогулки и катание на качелях, счастливая и спокойная жизнь…
А Вилли Дженкинс сел в тюрьму за преступление, которого не совершал, и умер там.
Возможно, жизнь Руперта сейчас была бы другой, скажи он правду. Но в этом мире ведь каждый за себя, так?
«Нет, не так», — подумала Айрис.
Интересно, что думала про это леди Клементина? Что сделанного не воротишь? Или, может быть, что Руперт должен понести наказание за свой обман?
Машина остановилась перед ней и скрыла Руперта и Кристину.
В Стоктоне Айрис управилась быстро, купив всё, что нужно, в первых же двух магазинах. С Уилсоном они договорились встретиться у церкви в половине двенадцатого, так что у Айрис ещё оставалось время, и даже много. Она нашла маленький ресторанчик и думала скоротать время там, но вылетела наружу, едва допив шоколад: кухонный воздух шёл в зал, и ей казалось, она за десять минут вся пропахла томатным супом, подгоревшей рыбой и горячим маслом. Она села на скамейку у входа в ресторан, размышляя, куда ей податься теперь, и почти сразу же упёрлась взглядом в идущего по другой стороне улицы инспектора Годдарда.
Прежде, чем она сообразила, что делает, Айрис махнула ему рукой, как старому приятелю. Она тут же опустила руку, для надёжности даже спрятала за спину, но Годдард всё видел.
Он перешёл улицу и направился к ней.
— Я думала, вы уезжаете в Лондон на выходные, — сказала Айрис и тут же поправилась, вспомнив, что вчера, в субботу, Годдард был на кладбище: — На выходной.
— Не имеет смысла ездить туда-сюда, — сказал Годдард. — Уеду во вторник, насовсем, если станет понятно, что это дело… затягивается окончательно.
— А что будет во вторник? — спросила Айрис.
— Обещали завершить вторую экспертизу, на этот раз в Лондоне. Правда, они не торопятся браться за моё
