... Колонна роты уже в движении, ревут мощные дизели, танки и бронированные машины разведывательного отряда проходят исходный пункт. Длинные стволы орудий удивляюсь вправо-влево, готовы хлопнуть огнем.
Стальная глыба танка трудно катила вдоль лесозащитной полосы. Все три танка взвода свернули с автомагистрали, там, где у высотки отходила в поле грунтовая дорога и живо шли вперед. Маршрут пролегал мимо сожженных на рассвете советских танков, а потом низинкой вдоль до пруда, а далее по склону высоты до ручья. Выскочил и бросился в сторону заяц. Откуда он здесь взялся? Чувствует, что люди покинули эти места?
- "Бук", я - "девятый", - Адаменко услышал в наушниках голос командира роты, - увеличить скорость, обороты максимальны. "Четвертый", направление - высота 181.8. Скорость, скорость! Прием.
- "Девятый", я - "четвертый", понял, направление - высота 181.8, я - "четвертый", прием.
Старший лейтенант торопил свои танки, отряд шел полем, минуя городок, оставлял за собой негустую облачко дыма и пыли, которая медленно растекалась и таяла в спокойном рассветном воздухе.
Ильченко понимал, что ОРД [66] "красных", который уничтожили его танкисты, появился не сам по себе. За ним непременно двигаться авангард главных сил и сейчас необходимо определить это можно раньше. Поэтому и гнал свои танки на максимальной скорости, чтобы перехватить противника поближе к переправе.
Литовченко наблюдал, как плоский зеленый жук - бронированная разведывательно-дозорная машина - обходит ставок по невысокой плотины и, оставляя за собой слабый след пыли, мчится к ветрозащитной посадки. Сержант развернул командирскую башенку, с недовольством посмотрел на значительно гуще шлейф, который оставлял его танк и танки его взвода. И ничего тут не поделаешь, колесные машины для разведки более пригодны. Танки разведывательного дозора приближались к ручью и нужно было искать брод. Можно было преодолеть ручей там, где его одолевали тридцатьчетверки "красных", между рекам и байховые, но душа у сержанта чего к этому не лежала. Тем более, что легко можно нарваться на мину. Вдруг бравые ребята из самообороны, а они наверняка видели, как советские танки форсировали ручей, о вся случай накрасили брод минами. Он отдал приказ моторизованной разведгруппе искать другой брод. Береженого Бог бережет.
Дозор форсировал ручей, обходя хутор байховые с востока. Прорезав рубчатый колеей зеленый луг, танки вышли в низинку между высотами, только БРДМ свернула в сторону, на скорости вимчала на высоту и там притаилась за курганом на вершине. Командир разведгруппы обглядав местность, впереди внизу, у ручья виднелись домики поселка Бондаревщина. Они казались заброшенными, мертвыми, но так оно и было в действительности. Командир дал команду, и БРДМ, пихнувшы выхлопом, понеслась вниз, обходя брошенные дома по большой дуге. Принцип, когда она притаилась в поселке, сейчас должна разоблачить себя огнем - разведчики явно не собирались входить в этот покинутый жителями населенный пункт. Когда там засада, то танки Литовченко прикроют разведывательную группу, дадут уйти. Однако со стороны Бондаревщина не прозвучало ни одного выстрела. Командир разведгруппы доложил об этом сержанту.
- Хорошо, ищите брод. После форсирования ручья направление движения - высота 192.2.
Брод долго искать не пришлось - вода указала мелководный перекат неподалеку от разрушенного моста. На всякий случай, командир разведгруппы выслал двух разведчиков, они преодолели ручей по пояс в воде, держа наготове штурмовые карабины и гранаты. Пулеметы разведывательно-дозорной машины - крупнокалиберный и спаренный - были готовы ежесекундно прикрыть разведчиков огнем. Дно было твердое, неожиданностей не обещало, глубина ручья была по пояс. Вслед за разведчиками переправилась и машина, вышли на связь, доложили о найденном брод. Две пары разведчиков прочесали неширокий гаек, но противника в нем не обнаружили. По восточному склону высоты добрались до ее вершины.
Подождали, пока танки разведывательного дозора форсируют ручей, и, от укрытия к укрытию, двинулись дальше стремительными бросками до высоты 190.4. С ее вершины можно было оглядеть всю местность вплоть до самой Павловки.
Очки командирского прибора наблюдения хорошо приближали отдаленные предметы и командир разведывательной группы увидел, как заклубилась пылью полевая дорога за Катериновка. "Право, наши танки такую пыль не поднимают", - подумал про себя младший сержант и нажал тангенту радиостанции.
- "Девятый", я - "Семнадцатого", вижу танки противника на дороге с Катериновки. Вероятно, дозор. Идут вдоль сухого ручья. - Сержант подождал еще две минуты. Вслед за первыми тремя танками, в отдалении в полтора-два километра в дозорным взводом, двигалась значительно больше колонна танков. Тридцатьчетверки поднимали пыль до небес, будто по дороге двигался танковый полк, а не десяток-полтора танков. - "Девятый", вижу танковую колонну, идет по дозором, пятнадцать единиц, я - "Семнадцатого", прием.
"А что там у нас по правому борту?" - Сержант развернул башенку. Справа от Катериновки тоже курилась пылью темная тучка. "Один, два ... десять. семнадцать! Э "- высоту, где притаилась БРДМ разведывательной группы, обходила с востока еще одна танковая колонна" красных ".
- "Девятый", в лощине сухого ручья восточнее Катериновки вижу еще одну танковую колонну противника. Семнадцать единиц. Двигаются в обход высоты 196.2 с запада, я - "Семнадцатого", прием.
Реакция командира роты была мгновенной и приказ не заставил себя долго ждать.
- Вас понял, "Семнадцати", продолжайте наблюдение. - Отдал приказ Ильченко командиру разведывательной группы. И всей роте. - "Бук", вперед, дозором занять место в колонне. К бою!
Главные силы разведывательного отряда двигались по низинам между высотами и сейчас выходили прямо между двумя колоннами советских танков. Замысел боя родился у старшего лейтенанта мгновенно - сказались постоянные тренировки в тактическом классе и занятия на командирском ящике - заготовок было приготовлено десятки, именно для этой местности, Ильченко оставалось только выбрать наилучшую для данной ситуации. Помог выбрать нужное решение и ветер, который дул вдоль линии государственной границы.
- "Семнадцатый", я - "девятый", поставить дымовую завесу. "Семнадцатый", запали обе шашки, сними их на землю и немедленно беги с высоты. - Танки роты обходили высоту и выходили на склон, где их ничто не скрывало от наблюдения противника. Через несколько секунд на высоте, где находилась БРДМ разведывательной группы закурился грязно-серый дымок, стал сгущаться и поток вниз, в низину, вытягиваясь вдоль высохшего ручья, берегом которого двигалась ближняя из колонн советских танков. БРДМ сбросил дымовые шашки и опрометью помчался по склону высоты. Достаточно было разведчикам загаятися на несколько секунд и симдесятишестимилиметрови пушки тридцатьчетверок разнесут их броневик на куски.
Между тем танковая колонна стремительно обходила высотку по руслу высохшего потоке. По команде командира роты зенитно-пулеметные и минометные самоходные установки остановились, готовясь огнем с места поддержать атаку танковой роты. А с вершины высоты между тем ползла вниз серая дымная туча, закрывая от левой колонны советских танков происходящее на соседней высоте.
- "Бук", я - "девятый", вторая передача, справа, в линию, марш! - Танки дружно повернули к гребню высоты, прикрывавший их пока от правой танковой колонны. - Бронебойным, 1200, с ходу ...
Рота вместе дружно развернулась в сторону гребню, по которому в низинци двигались советские танки. На гребень они вышли одновременно и прямо перед собой увидели вереницу тридцатьчетверок. Вот он, враг!
- Огонь! - Командир роты не успел закончить команду, как дружно хлопнули выстрелы десяти танковых пушек его роты. А дальше уже каждый экипаж вел стрельбу самостоятельно и в максимальном темпе.
Литовченко еще перед гребнем высоты посмотрел вправо-влево, определяя, как разворачиваются в боевую линию танки его взвода. И остался доволен. Все делались четко, как на показательных учениях. Справа вышла на одну линию с командирским танком "пятьдесят четвертая" машина Дмитрия Адаменко, на полсотни метров дальше - "пятьдесят пятая". Танк командира роты с белой цифрой "49" оказался на самом левом фланге атакующей линии. Танк Литовченко был словно в самом центре атакующих танков.
- Гриша, коленки не дрожат? - Услышал в наушниках сержант голос механика-водителя. - Война же.
- Ты за своими следи. - Буркнул в ответ наводчик.
- Прекратить разговоры! - Танк вот-вот перевалит за гребень. - Не отвлекаться!
