— На свалку хочет, — объяснил им происходящее один из добытчиков.
Наконец они втроем прижали Зверева к полу. Тот продолжал рычать и сопротивляться. Эрик надавил на грудь, несколько раз хлопнул по щекам:
— Зверев! Славик! Слышишь меня? — дождался, пока тот посмотрит ему в глаза. — Ты отправляешься в карцер и будешь сидеть там, пока не придешь в себя. Понял? На цепь сажать не буду, просто запру, — с этими словами он кивнул Такаси. Они рывком подняли парня с пола, завернув руки за спину. Славик согнулся от боли, но и в таком положении пытался вырваться. Тогда руки вывернули еще сильнее. Он замер, уткнувшись носом в колени. Дыхание с хрипом вырывалось из груди.
— Подняли! — подал сигнал Эрик. Его поставили на ноги и, согнутым в поясе, повели по коридору. Благо никто этого не видел — Итиро и Дэйл всех увели. Открыв дверь в камеру, толкнули Зверева, быстро захлопнули и заперли. Эрик обессилено прислонился к холодному металлу. Поймал взгляд Такаси, тут же оттолкнулся, поправил форму.
— Быстро! Надо помочь майору.
Они поспешили обратно.
Четверг. Нью-Йорк.
Депрерадович откинулся на спинку кожаного кресла и побарабанил пальцами по столешнице. Задумчиво посмотрел на искусно склеенную из небольших кусков дерева поверхность. Таких вещей в любом городе осталось немного, настоящее произведение искусства. Кожаное кресло тоже мало кто мог себе позволить. Кожа, конечно, искусственная, но все равно очень дорогая. В основной массе рядовые трудяги и даже люди из администрации города пользуются пластиковой мебелью. Легко изготовить и легко переработать в случае поломки. Его кабинет, как и пентхауз на этаже + 84, лишь чуть ниже пентхауза мэра — это свидетельство положения, которого он достиг. Начиналась его жизнь на этаже -83. Но об этом Божан думать не любил.
Он потянулся к мышке и нажал воспроизведение файла. Голос сильно искажался. Специалисты из Токио создали чудо прибор, но даже он не мог сохранить оттенки голоса, после того, как звук дважды очистят от помех. И все-таки он знал, что это агент Бёрьессон, мистер Би:
"Ева, послушай меня внимательно. Не перебивай…"
В этом файле объединили самые значимые разговоры майора. Конечно, говорил он не так много, за последний разговор с женой, когда он рассказал все, не назвав ничего: ни города, на который работал, ни имени начальника, — он в душе даже похвалил агента. Вот за предыдущее решение, когда он готовился отдать добытые материалы в руки Лондона, он бы его скормил хищникам. Но судьба оказалась на стороне Депрерадовича — секретные документы по-прежнему у майора.
В Нью-Йорке, кажется, он один знал, что именно выкрала Лиза, а теперь держит в руках Йорген. А все потому, что привык не отмахиваться от слухов, а проверять их. Еще ребенком он задумался: почему так живуча легенда об Историке? Может, потому, что в ней есть доля истины? Может быть, фильмы, которые им показывают по телевизору не такая уж фантастика, и когда-то существовал мир с деревьями, машинами и голубым небом?
Если Историк не миф, то где-то могли сохраниться его записи. С тех пор, Депрерадович карабкался наверх, между делом собирая информацию, которая могла пригодиться. Когда он получил звание майора и стал отвечать за подготовку разведчиков, он уже знал, что если где-то и существовали сведения, которые он ищет, то только в Лондоне. Конечно, с этими материалами тоже не все однозначно. Если бы мифический Историк не зашифровал информацию, Лондон давно бы уже ею воспользовался. Наверно, они еще мечтают найти код к этим записям, иначе бы не охраняли так ревностно эту тайну.
Он отправил в Лондон двух лучших агентов из молодняка, чтобы они, в конечном итоге нашли, то, что ему нужно. Самую большую ставку делал на Лизу. Но мисс Би оказалась не так проста. Посмотрела материалы — и спрятала их, понимая, что даже если она сможет ускользнуть от лондонской контрразведки, ее убьет сам Депрерадович. Он думал, что материалы безвозвратно погибли. Кто знает, чем бы закончилась эта история, если бы в Лондоне не произошло новое назначение. Главой лондонской разведки стал Жозе Мануэл Баррозу. Он легко согласился передать определенные сведения Нью-Йорку за двадцать ящиков еды. Так у генерал-лейтенанта Депрерадовича снова возродилась надежда.
Только вот мертвая Лиза опять спутала карты. Вместо того чтобы просто оставить указания, где она спрятала материалы, она предупредила партнера об опасности. Теперь Йорген соображает, как выскользнуть из смертельной западни. Бог с ним, пусть соображает. Главное, чтобы материалы не уничтожил и лондонцам их не отдал.
А Баррозу не так прост, как казался. Божан думал, что дорого купил его, а Жозе, оказывается, решил таким способом вернуть украденные материалы и начал рискованную игру. Отдал стишок Божану, а потом усилил везде посты, чтобы перехватить нью-йоркского разведчика. Йорген оказался хитрее, но надолго ли его хватит? Наверняка там задействовали лучших из лучших. От успеха этой операции многое зависит. Кто победит — тот останется у руля. Кто проиграет, может закончить свои дни в крематории. Он тоже имеет возможность помочь Йоргену, чтобы его не сцапала полиция. А когда все утихнет, надо устроить с ним встречу чуть раньше намеченного срока, чтобы не успел сделать еще какой-нибудь глупости. Причем разработку операции надо начать прямо сейчас. Он нажал кнопку селектора:
— Вызовите ко мне Волоса срочно.
"Волос — именно тот, кто нужен. Никто другой не подготовит вторжение так, как этот ретивый подполковник"
Еще одна мысль подпортила оптимистические размышления: за теми, кто слушал и расшифровывал разговоры Йоргена, теперь тоже надо присматривать. Они слышали о том, что материалы — смертельно опасны и будут держать ушки на макушке. А что если проболтаются или тоже решат на этом подзаработать?
Он снова нажал кнопку селектора:
— Через час пригласите Нерсесянца.
Он должен как всегда просчитывать все варианты, если не хочет оказаться проигравшим.
Четверг. Приют.
Эрик, Итиро и Ким перетащили майора в медпункт, уложили на кушетку. Тот пару раз открывал глаза, обводил всех мутных взглядом и вновь зрачки закатывались. Эрик еле расцепил пальцы, чтобы вытащить пистолет. Отдал его сяньшеню — пусть пока спрячет.
Помогли Аревик Ашотовне раздеть Левицкого. Увидев раны, старушка всплеснула руками:
— Я не справлюсь! Тут доктора нужно, да лучше из Москвы.
Она стала обкладывать рваные раны Марка кровеостанавливающими салфетками, на всякий случай забинтовала сверху. Пройдет не меньше часа, прежде чем до них доберется врач. Надо чтобы Левицкий не истек кровью.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
