Пока миллифирковская интеллигенция сочиняла проекты образования независимого крымскотатарского государства, на полуострове сформировались боевые националистические татарские отряды. Начало им в октябре 1941 г положил добровольческий отряд, организованный жителями деревни Коуш[367] близ Бахчисарая. Командование поставило перед ними задачу «частыми нападениями и диверсиями держать в постоянном напряжении бандитов (партизан. — В.Е.), истреблять их живую силу, грабить продовольственные базы». Опыт этого отряда оказался столь удачным, что командующий 11-ой армией генерал-полковник фон Манштейн приказал распространить его на весь Крым.
С начала 1942 г. с согласия Гитлера в Крыму стали формировать татарские добровольческие роты в составе 11-ой армии вермахта. Всего было сформировано четырнадцать таких рот. К ним добавились то ли шесть, то ли восемь батальонов «Шума» (идет спор, и у каждой стороны свои документы из фашистских архивов). «Шумой» назывались особые охранные отряды, которые формировались из местных добровольцев на территории Украины и подчинялись полиции или жандармерии. «Татарские добровольцы присягали на Коране на верность фюреру и клялись в том, что до последней капли крови будут бороться вместе с германским народом против большевиков»[368]. Всего таких добровольцев было от 15 до 20 тыс. человек. Но следует учитывать и то, что в т. н. татарских ротах и батальонах было достаточно и русских, и украинцев, и армян, и крымских немцев, и болгар. О точном числе татар ведется спор. В любом случае, при общей численности крымских татар в 218 тыс. человек (при исключении женщин, стариков и детей) из ныне публикуемой статистики получается, что на сторону фашистов открыто перешел примерно каждый третий мужчина-татарин призывного возраста (от 18 до 45 лет). В Красной Армии с 1941 г. воевало около 10 тыс. крымских татар и немногим более 1 тыс. человек боролись с врагом в партизанских отрядах. Правда, по данным НКВД 1944 г. «… все призванные в Красную Армию составляли 90 тыс. чел., в том числе 20 тыс. крымских татар… 20 тыс. крымских татар дезертировали в 1941 году из 51-й армии при отступлении её из Крыма…»[369].показательны данные по конкретным деревням: в деревне Коуш в Красную Армию было призвано 130 человек, из них 122 после прихода немцев вернулись домой; в деревне Бешуй[370] из 98 призванных вернулось 92 человека и т. д.[371]
Впрочем, все это антураж. В гораздо большей мере нас интересуют в данном случае следующие выводы О. В. Романенко — признанного авторитета в вопросах фашистской оккупации Крыма:
«Исследуя проблему использования крымско-татарских добровольческих формирований, нельзя пройти мимо еще одной ее стороны: зверств по отношению к партизанам, и прежде всего к мирным жителям. Вопрос этот очень неоднозначен и крайне сложен для объективного понимания, так как в нем отчетливо выделяется два контекста: идеологический и национально-религиозный. То есть, с одной стороны, татарские добровольцы могли воевать с партизанами и участвовать в акциях против мирных жителей, как против поддерживающих советскую власть идеологических оппонентов. В этом случае репрессий не могли избежать даже их соплеменники. С другой же стороны, многие участники татарских формирований видели в своих противниках не просто, скажем, коммунистов, а заклятых врагов, к которым у них были исторические, национальные или религиозные претензии. Часто эти контексты могли переплетаться между собой. Однако если верх брал второй, “обычная” карательная акция превращалась в чудовищную резню со средневековыми пытками.
Как правило, зверства крымско-татарских добровольцев против мирных жителей могли происходить в трех случаях:
— если они участвовали в специальных карательных акциях против поддерживающих партизан сел;
— если участвовали в акциях ликвидаций мирного населения или советских военнопленных;
— и если служили в охране концентрационных лагерей или других подобных учреждений»[372].
Описывать жестокости, которым подвергали жителей полуострова крымскотатарские националисты, я не стану. Одни кошмары в концлагере при совхозе «Красный» чего стоят. Причем палачи измывались над и сжигали заживо, живьем бросали в колодцы или зарывали живыми в землю людей всех национальностей, в том числе и своих же татар. Об этом много рассказано в открытой печати, отсылаю интересующихся к таким публикациям. С горечью приходится признать, что подобные жестокости вообще характерны для оккупированных фашистами Европы советских территорий. И совершали их немногочисленные группы озверелых больных националистов малых народов. Следует признать другое: в сравнении с тем, что творили литовские, эстонские, латышские, галицийские националисты, как измывались над безоружными пленниками румынские, венгерские, особенно финские националисты, преступления крымскотатарских националистов смотрятся детскими игрушками.
Однако нельзя отрицать и тот факт, что в 1941–1942 гг. крымскотатарские националисты тайком от немцев попытались провести на полуострове этническую чистку и вырезать русских. «Так, уже в ноябре 1941 года после организации первых отрядов самообороны ходили слухи, что татары собираются вырезать русские деревни, и даже кое-где уже режут русское население… зимой 1942 года руководители Бахчисарайского и Алуштинского мусульманских комитетов обратились к немецким властям с предложением уничтожить всех русских. Известно, что немцы никак не отреагировали на это. Тем не менее, сам факт обращения стал достоянием местного татарского населения, которое на свой страх и риск начало расправляться с русскими. Например, такие этнические чистки имели место в Бахчисарайском районе, а именно: в деревнях Верхний Керменчик[373] и Бия-Сала[374]»[375].
И сколько бы современные апологеты крымскотатарского народа не заявляли, что это делали темные массы, а крымскотатарская интеллигенция к таким преступлениям отношения не имеет, как показывает исторический опыт, вдохновляет националистов на геноцид других народов исключительно интеллигенция. Пусть не впрямую, пусть всего лишь жалуясь на страдания собственного народа и т. д. (подобная болтовня широко известна), но ответственность за преступления такого рода всегда несла и будет нести исключительно национальная интеллигенция. В годы Крымской войны татары зверски грабили русское население, избивали, но этнических чисток не было. В дни революции 1917 г. на полуострове со стороны крымского народа не было ни одной попытки этнической чистки русских. Всего за двадцать лет людей накрутили до состояния животной ненависти, и сделать подобное могла только национальная интеллигенция.
И все-таки не жестокость националистов важна в данном случае. Гораздо важнее следующий факт: «…не проходило ни одного месяца, чтобы немцы или татары не производили нападения на партизанские отряды. В нападении на партизанские отряды большую роль играли всегда местные татары, которые, хорошо зная лес, дороги и тропы, являлись проводниками и всегда приводили с той стороны, откуда их меньше всего ожидали. И если бы не предательство со стороны татар, фашистским войскам трудно было бы вести борьбу с партизанами»[376].
* * *
Красная Армия освободила полуостров в ходе Крымской наступательной операции, которая проходила с 8 апреля по 12 мая 1944 г. Далее события развивались с молниеносной быстротой. Еще только был отбит у фашистов Севастополь (9 мая), но продолжались бои за Херсонес, а 10 мая Л. П. Берия уже подал на имя И. В. Сталина официальное письмо следующего содержания:
«10 мая 1944 [года]
№ 424/6
Государственный Комитет Обороны товарищу Сталину И. В.
Органами НКВД и НКГБ проводится в Крыму работа по выявлению и изъятию агентуры противника, изменников Родине, пособников немецко-фашистских оккупантов и другого антисоветского элемента.
По состоянию на 7 мая с.г. арестовано таких лиц 5 381 человек.
Изъято незаконно хранящегося населением оружия: 5 395 винтовок, 337 пулеметов, 250 автоматов, 31 миномет и большое количество гранат и винтовочных патронов.
Кроме того, оперативно-войсковыми группами НКВД собрано и сдано в трофейные части значительное количество брошенного оружия и боеприпасов.
Следственным и агентурным путем, а также заявлениями местных жителей установлено, что значительная часть татарского населения Крыма активно сотрудничала с немецко-фашистскими оккупантами и вела борьбу против Советской власти. Из частей Красной Армии в 1941 году дезертировало свыше 20 тысяч татар, которые изменили Родине, перешли на службу к немцам и с оружием в руках боролись против Красной Армии.
